Тел.  +3 8068 199 41 69    +3 8095 780 79 30

     e-mail: n0vak@rambler.ru

     icq: 177261776        

                             

                  Вадим Новак

 

            ТОЛСТЫХ НЕ ЛЮБИТ НИКТО

 

                                                          КИНО

 

 

 

                                           Эпиграф:

                                          «Жиромясокомбинат, промсосиска, лимонад!....»

                                                                                                             (из детства)

 

 

 

Глава 1. До титров.

 

 

Медленно гаснет свет.… Так, как это бывает в кинотеатрах. Все как-то тускнеет, а потом вообще ни хрена не видно, а потом на экране появляется картинка и в зале становится светлее. Слева дауноподобный тинэйджер начинает жрать свой сраный сникерс. Он как будто специально ждал, когда начнется фильм, он не мог сожрать свой сраный сникерс до фильма, он не может сожрать свой сраный сникерс после фильма, нет, ему надо сожрать свой сраный сникерс именно во время фильма! Потому что он насмотрелся тупых американских фильмов, в которых тупые американцы смотрят свои тупые фильмы и тупо жрут попкорн и пьют кока-колу. Странно, почему сосед-даун жрет сникерс, а не попкорн?! Ага, их там целая стайка! Поколение Z. Поколение Z – это я сам придумал, расшифровывается как поколение зироу – поколение ноль. Есть у них и попкорн и кока-кола, все нормально, все по схеме…

На экране какие-то светлые радужные пятна, как будто снимали мыльные пузыри с очень близкого расстояния, и воет сирена. Американско-ментовская сирена. Один из символов Голливуда. То, на чем держится половина их кинематографа. Щас (не сейчас, а именно «щас», даже «щазззз») появится комиссар Коломбо в задроченном плащике, прищурится с почти ленинской хитрецой и будет косить под идиота. Он всегда сначала косит под идиота. А потом, конечно, выведет на чистую воду высокопоставленных негодяев и продажных ментов, в смысле копов…

 

                                                   *   *   *

 

Ладно, давайте по-честному. Никакого фильма нет. Есть фантазия и чувство юмора. И еще есть компьютер. Этого пока достаточно, а там видно будет, может какой-нибудь Пол Верхувен и снимет кино под названием «Толстых не любит никто». Хотя лучше было бы, если б снял прогрессивный русский режиссер. Максим Пежемский, например.… Тот, что «Маму» снял. Не в смысле «Маму», «Маму» снял Денис Евстигнеев, а «Маму, не горюй».

Вот сейчас будет немного сложный момент, я попрошу внимания. Эта история задумана как фильм – не как книга, а исключительно как кино. Это раз. Действие происходит в Америке. Это два. Действие может происходить только в Америке, и снять это может или уж очень американский режиссер, или кто-то из наших, но уже как чудовищный стеб над всей их звездностью и полосатостью. Да, Балабанов еще подошел бы. И Роман Качанов – режиссер «Даун-Хауса». Поэтому, я буду писать так, как будто сижу и смотрю эту кинушку в кинотеатре.

 

                                                    *   *   *

Так, на чем мы там остановились? На пятнах и сирене. Сирена воет, пятна медленно фокусируются. Еще шум толпы. Небольшой толпы, не стадиона, человек 20-25. И проезжающие машины. Слева направо и справа налево. У нас же тут долби-сэрраунд. Все это плавно притухает, мы слышим диалог:

- Кто первым ее обнаружил?

- Водила-дальнобойщик. Он врезался в нее на скорости 90 миль в час, она разбила ему лобовое стекло.… Эта туша долбанула ему по кабине так, как будто он столкнулся с другим грузовиком. У парня сломана половина ребер, сотрясение мозга средней тяжести и сильный шок.

- Женщина погибла, судя по всему страшной смертью, не надо говорить о ней «туша»!

- Да, мэм.

- Я могу поговорить с водилой?

 

На словах «я могу поговорить с водилой?» пятна и пузыри на экране окончательно фокусируются в каплю жидкости. Огромная капля на пол-экрана. Она блестит, она отражает солнце. Вокруг капли дырочки и палочки. Камера очень медленно отъезжает. Становится понятно, что это капля воды на коже человека. Капля пота на теле женщины. Капля пота на теле женщины-копа. Капля пота на теле толстой женщины-копа. Очень толстой. В наших килограммах – ну так 120-130. При росте 1.80. Фильм американский, поэтому переводим в фунты и футы. Итак: вес около 320 фунтов, рост около 6 футов. Капля пота блестит в ложбинке между сиськами, форменная рубашка мокрая от пота, подмышками выступила соль, чуть выглядывает влажный и не совсем свежий лифчик. Уж простите мне эти подробности, если кого-то плющит от натурализма, закрывайте книжку и больше не читайте – дальше там будут сцены просто тошнотворные.

 

- Я могу поговорить с водилой?

- Наверное, можете, мэм, он в сознании, скорая еще не уехала.

- Не называйте меня «мэм». Инспектор Сваровски, можно просто Марта. Я допрошу водилу, а вы, сержант, не в службу, а в дружбу, раздобудьте где-нибудь пару бутылок пива. Чем холоднее – тем лучше, 10 утра, а жарко, как в жопе у афроамериканца. Бу-га-га-га!!

 

Камера отъезжает от Марты Сваровски и оставшегося неизвестным патрульного, берет их в полный рост, затем взмывает вверх (камера взмывает), затем медленно опускается, медленно вращаясь. Пригород мегаполиса, еще неизвестно какого именно, но, скорее всего Лос-Анджелеса. Вы заметили, что половина американских фильмов про Лос-Анджелес. Наш фильм не просто американский, он квазиамериканский, он мега- и гигаамериканский, поэтому только Лос-Анджелес, тут других вариантов быть не может. А вот и щит с буквами L.A., придорожный мотель с покосившейся неоновой вывеской, дорожная развязка, на обочине «Студебеккер» с рефрижератором, патрульные на мотоциклах, копы на машинах с мигалками, желтые ленты, «emergency» (скорая по-нашему).

 

Камера опускается.

Патрульный: Какого пива, мэм?… То есть Марта…

Марта: Любого. Главное похолоднее. И чипсов каких-нибудь…

Патрульный: С беконом?

Марта: С беконом.

 

Под мощным кактусов (кажется, они называются рододендроны) сидит здоровенный бородатый детина в джинсовом комбезе, бейсболке «L.A. Lakers» и ботинках «Caterpiller». ZZ Top, 1.5 : 1. Он весь в крови. Типичный американский док (типа Клуни), радостно улыбаясь, протирает руку дальнобойщика спиртом и делает укол. Врача веселит наколка на руке – Мэрилин Монро, делающая минет Бэтмену. Чувствуется, что Голливуд совсем рядом. «Клуни» делает укол точно в попу Мэрилин Монро.

 

- Марта Сваровски, отдел расследования убийств. Что за гадость Вы ему вкололи, док?

- ?

- Когда он отрубится? У меня есть 10 минут?

- У Вас есть 5 мин и не надо сильно давить на парня….

- И не надо мне срать на мозги! Я за сраных 2 штуки собираю жмуров по всему Лос-Анджелесу! И в то самое время, когда ты после смены колешь себе промедол и трахаешь медсестру, я сижу в сраном морге и копаюсь в кишках у трупаков!! Так что не надо мне тут засерать мозги лекциями про гуманизм!

Дальнобойщик с уважением смотрит на Марту, потом протягивает руку.

- Боб Валентино. Меня зовут Боб Валентино, мэм…

- Марта. Инспектор Сваровски. Так кто на кого тут наехал, Боб?

- Мэм, Вы не поверите…

- Марта.

- Вы не поверите, Марта, она свалилась прямо с неба…. Такая огромная, с выпученными глазами и высунутым языком! Она ударила меня. Очень сильно. Она мне все ребра переломала! Я думал, что никогда не выберусь из-под этой туши! Хорошо, что мне удалось остановить грузовик. И если бы не патрульные копы, я бы просто умер от ужаса. Она лежала на мне и заливала кровью…

- Она была еще жива?

- У нее голова висела на лоскутке, мэм….

- Марта.

- Марта. И кровь хлестала как из брандспойта.

 

Камера опять резко взлетает метров на 20, как бы ищет кого-то в толпе… Находит. Это патрульный с упаковкой пива. Он быстро подходит к Марте Сваровски. Камера опускается на уровень его лица. Из-под шлема и темных очков течет пот. Видно, что патрульный уже немолод. Смуглую кожу рассекают глубокие морщины. Ему нравится его ремесло. «Крепкий орешек» Южной Калифорнии.

 

- Ваше пиво, Марта. «Бадвайзер» - говно, но другого не было.

- Мужик, ты просто ангел.

Марта открывает бутылку и высасывает ее в один глоток. Тут же ее лицо покрывается крупными каплями пота.

- Боб, как насчет пивка? Для рывка? Ты ж сегодня не за рулем. Бу-га-га-га-га!...

- Он уже спит, - это врач. «Клуни».

- Ладно, док, давай чисто без обид. У тебя своя работа у меня своя. Забирай парня в больничку. Если что, я завтра подъеду. Пиво будешь?

- Буду.

 

Глава 2. Титры.

 

Это совсем короткая глава. Док и санитары грузят Боба в скорую, аварийная служба цепляет «студебеккер» и куда-то увозит, какого-то хера над всем этим кружит вертолет. Марта садится в полицейскую машину на заднее сиденье и открывает вторую бутылку. Машина едет в Лос-Анджелес. Во время этих кадров идут титры:

 

Такой-то сякой-то, такой-то сякой-то, такая-то сякая-то….

И такой-то перетакой-то в роли серийного маньяка в фильме супер-дупер режиссера растакого-то. Приглашенная звезда – Джо Фрэзер в роли начальника убойного отдела. И звучит тревожно-демоническая музыка. Потом это все куда-то незаметно сворачивается что ли…. Такой плавный и незаметный переход к следующему кадру, который к предыдущему не имел никакого отношения.

 

Глава 3. Вызов.

 

Отрывной календарь. Крупно. Любая летняя дата, неважно какая, но обязательно воскресенье – Сандэй. Чтоб было понятно, что это воскресное утро.

Громкий пронзительный звонок. Мерзкий такой…. Надтреснутый и в то же время громкий. Заспанная,  с козявками в глазах и опухшим лицом, Марта дотягивается до будильника и давит на кнопку. Опять звонок. Марта тупо смотрит на будильник…. До нее доходит, что это телефон. Снимает трубку, откашливается, открывает рот, чтоб сказать «алло» или «слушаю», но трубка уже говорит:

- Слушай внимательно, вонючая жирная сука! Я ненавижу всех жирных сук! Всех жирных сук надо пустить на мыло! И я пущу на мыло всех жирных сук! Ты же понимаешь т е п е р ь, что я не шучу!  Ты меня слышишь жирная полицейская тварь?!

- Чего ты хочешь?

- Я хочу предложить тебе сделку. Сколько ты весишь?

- Пошел ты в жопу, урод!

 

Марта резко кладет…. Даже не кладет, а бросает трубку на телефон. Крупный план: видно как корпус телефона трескается. Телефон, естественно, «старый добрый», на новых этих пиндюрках такой кадр не снимешь.

Телефон опять звонит.

 

- Пошел ты в жопу, урод!! ….. Извините, сэр, нет не Вам, сэр…. Да, сэр… Через полчаса, сэр.

 

                                               *   *   *

 

Типичный кабинет начальника полиции. За столом сидит пожилой негр, очень похожий на звезду профессионального бокса Джо Фрэзера. Это и есть Джо Фрэзер. Он же «гестинг стар» – приглашенная звезда. Джо Фрэзер – кайфовое имя, поэтому ничего мы тут придумывать не будем: начальника отдела зовут Джо Фрэзер. Один глаз у него не видит из-за катаракты, зато второй смотрит так, как будто уже повидал все на белом свете. Это недалеко от истины.

 

- Они сняли номер в мотеле. Хозяин запомнил их. Туда часто приезжают парочки на одну ночь, не очень молодые, не очень богатые, не очень красивые, похожие друг на друга…  Но этих нельзя было не запомнить: он невысокий, худощавый, а она высокая и толстая женщина. Она весила раза в два больше спутника….

- Зарегистрировались они как мистер и миссис Смит?

- Нет, как Гарри Поттер и добрая фея!! Сваровски мне совсем невесело! Мне осталось пять месяцев до этой гребаной пенсии и совсем не хочется напоследок облажаться! И этот сраный маньяк мне на хер не нужен! У нас нет никаких примет, кроме того, что он дьявольски ловок и умен. Он заманил эту бабу на мост, надел ей на голову петлю стального троса, повесил на грудь табличку с надписью «чтоб ты сдохла жирная сука» и перебросил ее через перила. Сколько ты весишь Сваровски?

- …

- Жертва весила 310 фунтов, приблизительно как ты. Ей был 31 год, она была в сборной Калифорнии по женскому сумо. Тебе 36, и ты никаким сумо не занимаешься. По сравнению с жертвой ты просто студень, просто жиртрест.

- Мистер Фрэзер!!...

- Я уже 62 года мистер Фрэзер. А теперь скажи мне, Сваровски, ты бы позволила мужику весом в 150 фунтов повесить себе на шею табличку «Сваровски – говно» и устроить суд Линча прямо на хайвэе средь бела дня?

- Разве жертва негритянка?

- Белая, Сваровски, белая! Здоровенная белая баба. У нее объем бицепса был 20 дюймов! Двадцать, сука, дюймов! Знаешь, сколько было у Арнольда в 75-м в Йоханнесбурге?

- ….

- Двадцать один с половиной. А у этой бабы двадцать. Она на тренировках вот такую доску разбивала об колено! Пятидюймовый гвоздь наматывала на палец!.. Мне уже звонили из мэрии, через два месяца выборы. Короче, говнюка надо срочно ловить. У тебя уже есть какие-нибудь мысли?

- Он мне звонил.

- ….

- Сегодня утром, прямо перед Вами.

- Сваровски, твою мать, с этого надо было начинать! Что он тебе сказал?

- Он предлагал сделку.

- Какую сделку, Сваровски, ну рожай быстрее!

- Я не знаю какую, он кричал, как он ненавидит всех жирных сук, а потом спросил, сколько я вешу…. После этого я послала его в жопу.

- Твою мать, Сваровски, твою мать!!! С кем приходится работать! Посылать маньяков в жопу ты будешь на пенсии! Ты это понимаешь, мать твою, или нет?!

- Мистер Фрэзер…

- Заткнись и слушай. Никогда не посылай подозреваемого в жопу, до тех пор, пока не докажешь его вину. Никогда не посылай в жопу маньяка, до тех пор, пока не посадишь его на электрический стул. Ты меня поняла, Марта?

- Да, сэр.

- И последнее – он ненавидит всех жирных сук… Ты следишь за ходом мысли?

- Да, сэр.

- Да, сэр… Да, сэр…. Все. Докладывать мне каждый день.

 

Маленькая сцена. Маленький джаз-банд. Рояль, контрабас, саксофон и вокалистка. На самом деле вокалистка – это трансвестит. Лучше этого не знать – низкий женский вокал – очень круто. Табачный дым, неоновый свет, барная стойка. Из-за стойки выходит официант с подносом и идет к столику. За столиком сидит Марта Сваровски. Перед ней на две трети пустая литровая бутылка  текилы, нарезанный лимон, пепельница. В пепельнице с десяток окурков «Лаки Страйт». Огромная полупьяная баба, с короткой, почти мужской стрижкой.

- Марта Сваровски?

- …?

- Вас спрашивают, - официант протягивает поднос с телефонной трубкой. Марта берет трубку, официант уходит.

 

- Тебя, наверное, интересуют две вещи: как я подвесил ту жирную суку на мосту, и какую сделку предлагал тебе?

- Ошибаешься, говнюк. Меня интересует, кто убил Джона Кеннеди и комбинация джек-пота национальной лотереи.

- Юмор? Ценю. Но ты все-таки послушай. Эту слониху я снял в баре. Она была такая же поддатая, как ты сейчас… Не крути репой, Марта, и слушай, а то я положу трубку.

- Я слушаю.

- Так вот, она снялась за две минуты, ее видно не дрючили с выпускного бала, так ей хотелось… Кстати, Марта, а когда ты в последний раз держала в руках член?

- Пошел, ты…

- Если ты еще раз пошлешь меня в жопу, Марта, я положу трубку и пойду убью еще одну жирную суку. И это будет на твоей совести, Марта.

- Я слушаю.

- Слушай, это интересно. Можешь даже подрочить. Тебя возбуждает секс по телефону? Или ты предпочитаешь Интернет? ………….. Ладно…. На чем мы остановились?

- На члене.

- Да на члене. Марта, поверь, членом там было делать нечего. Это все равно, что запускать шаттл в черную дыру. Я лизал ей всю ночь… Ты меня слушаешь?

- Слушаю, не останавливайся, милый…

- Ты мне начинаешь нравиться, инспектор Сваровски… Она кончила раз десять…. Или двенадцать, я сбился со счета. К утру она готова была выйти за меня замуж и уехать на край света.

- Но ты обманул девушку.

- Да и очень цинично. Я ей сказал «ты помнишь сцену на мосту из «Прирожденных убийц»? И она сама потащила меня на мост. Трос с петлей и табличку я приготовил заранее. Я все рассчитал. Потом я сказал ей, чтоб она закрыла глаза, развела руки в стороны и подошла к перилам, как в «Титанике». Я одел ей на шею табличку и петлю и сказал «не открывай глаза, это сюрприз». Если б не этот долбаный грузовик, картина получилась бы просто прелестной. Просто для учебника по маньякам. Ты считаешь меня маньяком, Марта?

- Диагноз тебе поставит психиатр, мое дело взять тебя за жопу и передать правосудию.

- Конечно, Марта, но сейчас я – правосудие, и я предлагаю тебе сделку. Сколько ты весишь?

- …………………………………Ну, фунтов 310…

- 330, Марта, а то и 340. Условия сделки таковы. Сегодня воскресенье, к следующему воскресенью ты должна сбросить 25 фунтов. Завтра по почте ты получишь напольные весы, я немного их усовершенствовал, теперь они передают результат взвешивания на коротких волнах. А чтоб кто-нибудь другой не взвесился вместо тебя, мой пупсик…. Можно я буду называть тебя мой пупсик? Так вот, мой пупсик взвесится на площади возле мэрии ровно в полдень. Будем считать, что сегодня в тебе 335 фунтов. Если через неделю в тебе будет больше 310, еще одна жирная сука отправится на небеса.

 

Марта наливает полный тонкостенный 250-граммовый стакан текилы, выпивает залпом и закусывает лимоном. Из угла ее рта свисает слюна. Со словами «еще одна жирная сука отправится на небеса» Марта разбивает бутылку об стол.

Странно, но к этому моменту уже звучит песня Тома Петти «Мэри Джейнс Ласт Дэнс», где-то с минуту звучит, а мы и не заметили. Под песню идет нарезка кадров: Марта Сваровски бегает по утрам (сначала ей очень тяжело, она задыхается, это даже не бег, это неуклюжая попытка хоть чуть-чуть разогнать бесформенное тело, потом дело налаживается, Марта становится стройнее, жир исчезает…. Ей далеко до идеала, но на нее уже не так противно смотреть…), Марта качается в спортзале, мокрая футболка, шумное дыхание, Марта у стилиста, Марта у психоаналитика…. Огромная афиша – «Калифорнийский конкурс красоты Miss Police», финал конкурса, на сцене шесть финалисток. У Марты номер четыре, у нее на руке кружок, на кружке - №4. Конкурс в купальниках. В жюри сидит Джо Фрэзер, он улыбается Марте. Он одет как боксер: в ярко-алые трусы и перчатки «Everlast», рядом суетятся какие-то люди, на их одежде надпись «Klitchko». Члены жюри выставляют оценки и что-то говорят в микрофон. Джо Фрэзер (широко улыбаясь):

- В этом году конкурс «Мисс Полис» удался как никогда, у меня даже встал…

 

В зале наступает напряженная тишина.

 

- Но одна жирная сука все портит, мы должны прямо сейчас взвесить участницу под номером 4, и если ее вес больше 310 фунтов….

 

Все свои слова Джо Фрэзер сопровождает энергичными ударами кулака по столу. Удары становятся просто громоподобными, голос звучит как известие о Божьей каре. Ну знаете, в Sound Forge есть всякие примочки: реверберация, компрессия…

Марта просыпается. Стучат в дверь. Вернее стучали, уже не стучат. Да, чтоб вы были в курсе, Марта живет в типичном американском одноэтажном доме. Ну, как обычно, белые стены, чердак, газон, ставни. В черной полупрозрачной комбинашке и шлепанцах инспектор Сваровски выскакивает из дома и догоняет пожилого почтальона. Ее могучие сиськи колышутся прямо перед носом сухонького аккуратного старичка.

- Я звонил. Два раза….        Почтальон всегда звонит дважды….       Вы не открывали. Тогда я стал стучать.

- Да, да, извините, я спала и не слышала, как Вы звонили…

- И стучал.

- И стучали.

 

Изо рта у Марты довольно гадко пахнет. Вчерашняя текила, сегодняшние нечищеные зубы. Почтальон заметно морщится и сует ей квитанцию и ручку.

 

Глава 4. Первый раунд.

 

«Милый пупсик! Совсем забыл, весы нельзя разбирать. От этого они испортятся раз и навсегда. А то тебе или твоим друзьям еще придет в голову мысль что-нибудь там подкрутить, чтоб они показывали меньший вес.

Я уже присмотрел очаровательную толстушку. Фунтов 350, не меньше. Все зависит только от тебя.

                                                                                         Твой дистрофик.

P.S. Хотя откуда у тебя могут быть друзья? Не забывай – толстых не любит никто.»

 

- Никаких отпечатков, внутри капсула с кислотой, снимаем крышку – кислота растворяет микросхему. Ты знаешь свой точный вес, Сваровски?

- 337 фунтов.

- Точно?

- Я взвесилась в нашем спортзале.

- Ну и что мы будем делать? Ты можешь сбросить 27 фунтов своего тупого сала за неделю? ….. Не молчи, Сваровски! Скажи что-нибудь, а то я тут совсем ебанусь на всю свою старую черножопую голову!!!

- Мистер Фрэзер!...

- Заткнись и слушай! Я когда-то занимался боксом. По-взрослому занимался. Боксеры лучше всех умеют за короткий срок сбросить вес. Диета, сауна, клизмы, промывание желудка, электромассажеры… Кроссы, кач пресса в целлофановых штанах… Короче, вся херня идет в ход – но к бою ты должен быть в своей категории….

- А если не получилось?

- А если не получилось – тебе пиздец… Платишь неустойку….    Сваровски, твою мать, если у тебя не получится, он замочит еще одну жирную бабу….

- Мистер Фрэзер….

- Да, да!! Жирную тупую бабу, которая только и умеет жрать без перерыва все эти сраные гамбургеры и чизбургеры, бобы с салом и прочее говно, а потом срать, так, что унитазы не выдерживают!!! Лучшие, сука, голландские унитазы разносит, блядь, как от прямого попадания из фаустпатрона!! ….. Извини……  ….накатило…. Ты тут не при чем…

 

Джо Фрэзер достает мобильный, делает глазами знак помолчать и набирает номер.

 

- Это ты старый педик? …………………………….  Ну не такой уж и старый, я на полгода моложе тебя, засранец…………………………………….

….Да, надо бы….  У меня к тебе небольшое дельце, окажи услугу в память о нашей славной молодости……………….. Тут к тебе подойдет человек….. девушка….. у нее небольшие проблемы с весом….. поделись с ней опытом и сделай абонемент на неделю….. она тебе сама все расскажет………  Аста ла виста, амиго!

 

                                                *   *   *                  

 

Черный квартал Лос-Анджелеса. Унылая кирпичная постройка, бывшая фабрика, скорее всего. На ржавом листе железа выцветшие буквы «Alfredos». У входа стоит классический розовый «Кадиллак». За рулем сидит здоровенный негр, обдолбанный стероидами по самые патиссоны. У него на редкость тупое лицо. Звучит очень сильно гангста-рэп. Песня о том как чернокожие парни, ловкие и гордые чернокожие парни, которые не хотят всю жизнь гнуть спину на белых мудаков, решили сами взять то, что им причитается, и они залезли в один особняк – о! там было что взять, мой маленький темнокожий брат – а там в ванне нежилась белая красотка, нежная как лилия и золотоволосая, как языческая богиня, и она сама им дала – да маленький говнюк, ты можешь в это не верить, но все было именно так – и она сказала «вы просто жеребцы, парни» и показала им, где сейф и открыла его, там был миллион долларов, мешочек с бриллиантами и пакет кокаина…

 

Вот такую песню слушали возле клуба. В Кадиллаке сидел еще нигер, похожий на Тупака Шакура в фильме «Пуля» и три проститутки. Три начинающие проститутки… С точеными черными телами… Короче, под этой картинкой даже не надо было писать «найдите лишний предмет» - этим предметом была Марта Сваровски. Белая женщина-коп 337 фунтов.

 

Черные тоже припухли от такого разнообразия жизни и молча пропустили ее в клуб.

Клуб – это громко сказано, хотя, как написали классики - «кому и кобыла невеста» - в центре помост, на помосте ринг. Вполне приличный ринг, как по телевизору. По периметру – боксерские груши, старые ржавые штанги, гантели и прочие тренажеры, в углу ринг попроще, без понтов. На нем лупят друг друга два паренька: черный и мексиканец.

- Але, парни, - говорит Марта, один из боксеров отвлекается (черный) и тут же получает мощный апперкот. Он падает, как мешок с говном.

- Але, парень, - повторяет Сваровски, - Мне нужен Альфредо Гарсия. Он вроде тут хозяин.

- Да вон он, в углу… Отец, тут к тебе из полиции!!

Действительно, в темном углу, едва видимый, бесшумно прыгает через скакалку старый индеец Альфредо Гарсия. Потомок ацтекских вождей и чемпион мира в первом полусреднем с 1972-го по 1976-й.

 

- Мне звонил мой старый друг Джо, и просил тебе помочь… Сара, кажется?

- Марта.

- Да, Марта. Пойдем в кабинет.

 

В кабинете стояли: стол, явно довоенного производства, и современное офисное кресло. На столе – бронзовый чернильный прибор. Минимализм плюс абстракционизм.

Из ящика стола Альфредо достал ящичек и поставил его на стол. Уселся в кресло. Достал из ящичка сигару. Не спеша отрезал кончик и не спеша прикурил от длинной спички. Положил ноги на стол. Посмаковал дым…

 

- Людей губят не никотин и не алкоголь…. И даже не наркотики…

 

Альфредо многозначительно посмотрел на гостью, видимо ожидая вопроса, а что же все-таки губит людей… Марта стояла прямо перед ним, она нависала над старым индейцем по своей полицейской привычке. Во рту чуингам, руки в задних карманах джинсов.

 

- Людей губит отсутствие смысла жизни. Стержня на который можно вешать удачи, промахи, сегодня и завтра, хорошо и плохо… Убери этот стержень и ты хрен поймешь, что такое хорошо и что такое плохо. Ты видела этого маленького говнюка?

- ?

- Ему 15 лет, это мой младший сын, моя последняя надежда… Два года назад я уже вышел на финишную прямую. К полудню нажирался как свинья… Каждый день. Видно Господь никак не мог выбрать: грузовик, наркоманский нож или банальный цирроз. И вдруг объявляется этот маленький говнюк. В кармане сто песо и фотография, на которой я и его мать. «Мехико. 1990-й год». Это было два года назад. Сегодня я пробегаю 5 миль, тренируюсь в зале и еще спаррингую… А потом выкуриваю «гавану».

 

Альфредо Гарсия поднимает вверх черный указательный палец:

 

- Смысл!

- Мистер Фрэзер сказал, что Вы можете мне помочь…

- Да, я помню. Срочно похудеть. Сколько надо сбросить?

- 27 фунтов за неделю.

- Для легковеса это была бы засада, но для тебя, крошка…

- Меня зовут Марта. Марта Сваровски. Инспектор Сваровски, между прочим!

- Я вот что скажу тебе, крошка, если бы я пришел к тебе в кабинет, я бы называл тебя хоть английской королевой, хоть папой римским… Но сегодня ты пришла ко мне, поэтому давай сразу решим, кто тут босс…

- О’кей, Альфредо, Вы – босс. И давайте к делу, уже 17.45, а я еще не похудела ни на унцию.

- Ты права, крошка. Попроси моего мучачо одеть на тебя перчатки и пойди, отлупи грушу. Лупи ее как хочешь. Представь, что внутри нее все твои проблемы и все мудаки, которых ты встречала в жизни.

 

Юный мексиканец заматывает пластырем запястья Марты.

 

- Какую грушу лупить?

- Выбери ту, в которую поместятся все проблемы и все мудаки.

 

Марта выбирает самую большую грушу и начинает сначала неуверенно, а потом со все большим остервенением избивать спортивный снаряд. В это время выходит из глубокого нокаута чернокожий боксер. Он мутным взглядом обводит помещение и наводит резкость на Марту Сваровски. Его рот медленно открывается. Оттуда выпадает капа.

 

Дальше классический киноприем…. Ладно добавим немного авангарда к классике. Звучит блюз. Хороший такой «черный блюз». Настоящий. На экране вид сквозь бинокль. Из окна одного дома смотрят в окно дома напротив. В уютной маленькой квартире танцует симпатичная толстушка. Темнокожая и, видимо, довольно молодая девушка. Она очень полная и при этом симпатичная. Даже сквозь окна домов и линзы бинокля видно, что она милое и добродушное создание. А в чем авангард, спросите вы. А в том, что снято это все ускоренно, а воспроизводится замедленно. Да, и пусть это будет черно-белым. Такой черно-белый блюзовый сюр… Девушка нарядно одета, на столе свечи и бутылка вина. Она кого-то ждет. Этот кто-то – застенчивый белый очкарик. Это их первое серьезное свидание. Они смущаются, не знают, куда деть руки и что сказать. Он умудряется опрокинуть ей на платье бокал вина….          Несколько сопливо, не находите? Но это только половина. Вперемешку с этими кадрами – Марта Сваровски, взмыленная, с перекошенным лицом, избивающая грушу. Альфредо и его мучачо застыли рядом. На их лицах написано: «Ни хуя себе!!!» Вот теперь концептуально и живенько.

 

                                              *   *   *

 

Глубокий вечер. Около 12. У входа в зал все те же. Марта, еле передвигая руки и ноги, садится в свою машину. У нее старый «Форд»- грузовичок, как у Чака Норриса в «Техасском рейнджере».

 

- И еще запиши….

- Я запомню.

- Отварное мясо, отварная рыба, нежирный творог, овсянка, овощи,  фрукты… Пара яиц в день. Вареных. Всего 1500 ккал в сутки. Три приема пищи, лучше – четыре. Ничего жареного, копченого и консервированного, никаких сраных Макдоналдсов, никакой сраной кока-колы. Если чувствуешь, что переела, идешь в гости к унитазу и два пальца в рот… На ночь слабительное. Утром – просраться. Это важно! У меня каждый день в 17.00… и купи себе какую-нибудь форму: кроссовки, х/б белье и теплый костюм – ты должна сильно потеть.

 

                                                  *   *   *

 

Со словами «ничего консервированного!» Марта открывает огромную банку консервированных бобов со свининой. Она у себя на кухне. И прямо из банки с наслаждением ест. Запивая пивом из жестянки. «Бадвайзер» - говно, но другого нету!

Не надо быть гением сценарного ремесла, чтоб догадаться, что именно в этом месте зазвонит телефон. «Старый добрый», теперь еще и треснутый.

 

- Я смотрю, Марта, ты хочешь чьей-то смерти…

 

Марта быстро дожевывает и оглядывается по сторонам, как бы ища ту прореху, сквозь которую на нее смотрит маньяк… Затем задергивает шторы и гасит свет.

 

- Я и не знал, что ты такая стеснительная…

- Чего тебе от меня нужно?

- Ага, наконец-то ты доперла, что я к тебе неравнодушен…. Я хочу, чтобы ты стала красивой…  …стройной как пальма… … мы были бы с тобой красивой парой… ты ведь незамужем?

- Не твое дело, урод!!

- Незамужем. Дрочишь кабачками. Я забыл, как этот сорт называется? Цукаты?

- Цуккини.

- Точно, цуккини. Я тоже люблю все натуральное, а то понапридумывали всякого говна: вибраторы, бабы надувные, вагины с электроподогревом – все ведь синтетика, Марта! Ты меня слушаешь?

- Слушаю.

- Куда мы катимся, Марта?

- Слушай, давай или по делу или иди в жопу! И мне по херу, кого ты там грохнешь! А попадешься мне – я сама тебя грохну, удавлю на хер, как крысу!

- Ладно, Марта, не злись, я просто хотел тебе помочь, смотрю, ты нарушаешь диету… Я не хочу никого убивать, я хочу, чтобы ты стала красивой… …..Пип-пип-пип-пип………..

 

Марта выключает свет во всем доме и, надев прибор ночного видения, долго смотрит в щелку между штор. В руках у нее 2-килограммовая банка с консервированными бобами. Сваровски механически ест. Когда ложка ударяет о дно, Марта снимает ПНВ и заглядывает в банку. «И ничего консервированного, 1500 килокалорий в сутки» снова говорит наша главная героиня и громко пердит. А че ей стесняться? Она живет одна. И дрочит кабачками цуккини. Каждый день. На сон грядущий.

 

Глава 5. Нокдаун.

 

На экране голуби. Глупые, толстые и жадные твари. Они дерутся друг с другом из-за нескольких кусков печенья. Печенье им бросают мамаша с малышом. Симпатичным карапузом лет трех. Есть в этом некий эксгибиционизм – кормить голубей печеньем. Мало кто из нас делал кормушки для птиц и зверушек в лесу. Хлопотно это. А вот бросить пищу жирным птицам в центре города… Публично… Есть в этом что-то от избирательных кампаний.

Голуби взлетают. Их пугает тяжкая поступь Марты Сваровски. В руках у нее весы. Сейчас на площади перед мэрией состоится взвешивание. В ухе у Марты динамик и микрофон телесного цвета.

 

- Я на месте.

- Не волнуйся, Марта, наши ребята и ФБР оцепили всю площадь. Если он здесь, мы его возьмем.

 

Марта смотрит на часы. Ненавязчивая такая реклама «Casio» - 11.58, опускает на брусчатку весы и становится на них. Смотрит на шкалу…

 

- Сколько там?

- Где, мистер Фрэзер?

- Не задрачивай меня, Сваровски! Сколько ты весишь?!

- …………………..

- Сваровски, твою мать! Сколько на весах?

- ………………..318 фунтов… с половиной…. Но это с одеждой, с пистолетом, со всей, короче, лабудой… Джо, мы вообще тут маньяка ловим или делаем  из меня Дюймовочку?

- Какой я тебе на хрен Джо?! Хотя ладно… Весь этот геморрой сближает… Мы с тобой вроде как в одной упряжке. Да, Марта?

 

Ясен месяц, мобильник должен прозвенеть именно сейчас. Он и звенит. Вы не поверите, у Марты мелодия звонка – Бетховен, вот это вот – «Па-ба-ба бам!», и каждый звонок звучит как тревожный саундтрек, типа ну вот сейчас что-то случится.

 

- 318 с половиной фунтов! Как это понимать, Марта?!

- Это с одеждой… я старалась, как могла.. я полжизни потеряла в этом засранном спортзале!!

- Я знаю, Марта, но договор есть договор… Кстати, я недавно приобрел СВД…. Ты знаешь что это такое?

- Слушай, давай закончим… тут на меня уже люди смотрят…. Ты ведь понимаешь, что без одежды, пистолета, бумажника… ну, в общем, без всего я вписываюсь в 310 фунтов?

- Марта, СВД – это снайперская винтовка Драгунова, это то, из чего стрелял снайпер Зайцев. Ты слышала когда-нибудь про Зайцева?

- Еще минута и я ухожу….

- Нет Марта, никуда ты не уйдешь… я сейчас дошлю патрон… ты это услышишь… а та красотка, ну про которую я тебе писал, помнишь? … до нее ярдов 100, не больше…. я не промахнусь… кажется она собирается на свидание, у нее такие мечтательные глаза… у нее с этим парнем все серьезно… он такой неуклюжий, такой Жак Паганель… но очень милый, и он ее любит… уж поверь мне…

- Слушай, ты, гнида сраная! Ты, блядь, сука, извращенец вонючий, мы с тобой говорим уже 2 минуты, ФБРовцы тебя засекли. Тебя сейчас возьмут. Если ты ее убьешь – сядешь на электрический стул. Если доживешь до него. Таких как ты обычно мочат в камере. Ты меня понял, ты, гондон?!

- Фу, как не стыдно, Марта? Мы же с тобой интеллигентные люди. Такие слова мы можем шептать друг другу на ушко в постели…. Ты любишь грязные разговоры, Марта? Скажи твои трусики уже намокли?

- Смотри, не обгадь свои трусики, урод! У тебя осталось несколько минут.

- С чего ты взяла, что я в Лос-Анджелесе, Марта?

- ……………….

- У меня навалом времени. Поэтому снимай все лишнее – если в тебе меньше 310 фунтов, я не буду нажимать на курок. Если больше – извини, придется принять меры.

- Ты блефуешь!

- Нет, Марта! Если бы я был в Лос-Анджелесе, копы уже взяли бы меня. Посмотри на свой мобильник, я звоню не из автомата. Я купил себе новый сотовый ради такого случая. Я в Майами, и вы не успеваете. Никак!.... Ты хочешь спросить, как я смогу увидеть, что на весах именно ты? …….. Веб-камера, Марта, веб-камера… У тебя ровно две минуты, снимай все лишнее!

  

Таких сцен еще не было в мировом кинематографе. А если и были, то они не вошли в историю. Можно, конечно, провести аналогию с третьим «Крепким орешком»… Ну, когда Брюс Виллис в одном исподнем стоит в центре Гарлема с табличкой «Я ненавижу ниггеров!» Сильно, не спорю. Но чтоб в приличном белом центре, огромная белая баба!... У нас ведь в шоу-бизнесе как принято: если ты Брэд Питт, можешь творить все, что угодно, хоть фекалиями фрески писать.  Скажут «О, это вызов, это революция, это новое слово в живописи и кинематографе!!» Это если Брэд Питт… Или Кэмерон Диас… Помните, как она сперму по волосам размазывала? Схавали, как миленькие…. Так, с Кэмерон Диас и спермой мы можем уйти совсем в другой жанр, тут у нас черный триллер. Попрошу не забывать!

Итак, Марта Сваровски начинает раздеваться.

И поверьте мне, дорогие сограждане, Марта готовилась к этому. Бля буду, она знала, что придется раздеваться на людях. Ну а как иначе объяснить, эти черные кружева от «Harpers» за 499, 90$?!!!   ?????!!!!! Да она хотела этого! Да провалиться мне с моим компьютером! Чтоб я сдох!!! Она ждала этого момента!! Жуткая толстая баба раздевается в 12.00 по местному времени в центре города. А хули, она ж человека спасает! Поверьте мне, все нормальные бабы – эксгибиционистки. И еще… Чуть не забыл: она побрила ноги и подмышки. ВПЕРВЫЕ В ЖИЗНИ!!

Между нами, она и лобок побрила – то есть готовилась идти до конца.

Короче, вокруг собирается толпа, местные папарацци уже дрочат свою технику. Мамаши уводят детей. Джо Фрэзер с копами ковыляет, чтоб как-то урегулировать ситуацию… А Марта стоит на весах в черном «Harpers» с пистолетом в подмышечной кобуре! Дайте мне брому… Нет не так: брому мне брому…. А то я что-то перевозбудился!

312 фунтов….

 

- Марта, 312 фунтов….

 

Марта снимает пистолет с кобурой.

 

- 310 с половиной фунтов…

- Полфунта весит белье… даже больше…. я сделала, как ты сказал…

- На весах полфунта лишних… Даю тебе полминуты…

 

Камера движется по кругу: обыватели, полиция, репортеры, христианские активисты – все сливается в одну сумасшедшую карусель…

Выстрел.

ВЫСТРЕЛ.

В Ы С Т Р Е Л.

Казалось, его услышали все…

Но нет, вокруг все та же атмосфера местного скандальчика. Пикантный моментик в вечерних новостях.

 

                                        *   *   *

 

Вот они вечерние новости. Экран телевизора.

- Сегодня в Майами в собственной квартире была застрелена Элизабет Робски, темнокожая девушка 19-лет. Она была убита выстрелом из снайперской винтовки. Полиция пока не может установить мотивы преступления. В кадре мелькают: простреленное оконное стекло, пластиковый мешок, убитые горем родители и молодой человек с букетом хризантем. У него совершенно стеклянный взгляд.

В кабинете Джо Фрэзер, Марта Сваровски и женщина лет тридцати. Жгучая брюнетка в строгом деловом костюме. Ее макияж несколько выходит за рамки корпоративных стандартов. Это психолог из Департамента по внутренним расследованиям. Джо и психолог курят сигары. Сваровски жует «Wrigley’s»

- Познакомься, Марта, это психолог из внутренних расследований – Кармен Фиорентино.

- Инспектор Сваровски.

- Я тоже по должности инспектор, но зовите меня просто Кармен. Марта, Вы единственная, кто общался с маньяком. О чем вы говорили?

- В основном о том, как он ненавидит всех жирных сук и о моем весе…

- О Вашем весе?

- Да, он поставил условие – если я за неделю не сброшу 27 фунтов – он убьет еще одну жирную суку…. Это он так сказал…. Дальше вы знаете.

- Вы сбросили 27 фунтов?

- Да. Сбросила. Если без одежды.

- Я видела Вас на площади. А почему Вы не сняли белье?

- ………!!!?

- Речь шла о человеческой жизни…

- Я все прекрасно понимаю, не надо мне срать на мозги, леди! Не надо мне читать про чужую жизнь! Посмотри на меня внимательно, ты, сучка холеная!!! Я сильно похожа на стриптизершу?! Как ты думаешь, у кого-нибудь встанет от такого стриптиза?! Джо, какого хера здесь делает эта выдра?

 

В это время звонит телефон. «Старый добрый» полицейский телефон. Черный эбонит. Середина 70-х прошлого века.

Джо Фрэзер уходит назад он не в фокусе. На переднем плане крупно: Кармен придвигается вплотную к Марте и слегка хрипло говорит:

 

- Я не хотела на тебя давить. Работа, мать ее…. Пойдем лучше выпьем.

 

Нет смысла снимать «сцены в баре» в разных барах. Это лишние расходы. Пусть все будет в одном и том же баре. Пора уже придумать ему название. Если б я еще знал много слов по-английски! Буду выбирать из тех, что знаю. Так, у нас там был джаз-банд с вокалистом-трансвеститом, текила, темно-красная драпировка…. Ну?……. Ннннууууу!!.................

А, пусть будет «Dead Monkeys»…

Почему мертвые обезьянки??? Да хрен его знает, спросите об этом у моего психоаналитика.

Итак, 4 часа утра. «Dead Monkeys» работает до последнего посетителя.

Вот они – красавицы! – Марта и Кармен, бухие в жопу.

 

- И он знал про тебя все? Ик…… Ик… Даже как ты дрочила….. ик…….ик…….. Кабачками…… Ик…. Ик……….. Цук…………..ха-ха-ха-ха-ха…….

 

Кармен падает со стула на пол. Она стоит на четвереньках и задыхается от смеха…..

 

- ……ккини!..... ха-ха-ха……цук…. Ик…. кини……….

 

Марта протягивает руку и легко поднимает Кармен с пола. Та вроде как случайно плюхается на колени Марте. Обнимает ее за шею и неожиданно трезвым голосом произносит:

 

- Мне пора.

 

Хрипло произносит.

 

Глава 6. Между раундами.

 

Календарь. Отрывной. Крупно. Monday. Понедельник. Камера движется по комнатам. Это дом Марты Сваровски. Марта стоит возле зеркала в уже знаменитом белье «Harpers». Она стоит спиной к зеркалу и, выворачивая шею, внимательно рассматривает свою попу. Хотя если честно, то жопу. До попы ей еще кил 30-35 скидывать. Потом Марта поворачивается к зеркалу лицом, взвешивает на ладонях сиськи и втягивает живот. Таких процедур наша героиня не проделывала с выпускного класса. Она не была влюблена в капитана школьной команды по футболу, или по бейсболу…. Или по баскетболу. В баскетболе вообще были одни черные. Марта лет с 13, с первых менструаций и первых мастурбаций прекрасно понимала – она девочка некрасивая. Крупные, почти мужские черты лица, не то чтобы жирная, но мясистая такая…. Рост побольше, чем у многих мальчишек… Марта не строила иллюзий, а перебивалась чем могла. Точнее, кем могла. Лет до 25. А потом решила, что мужики на один раз (в лучшем случае на месяц)  – это хлопотно, дорого и, откровенно говоря, хуево. Ни один ее по-настоящему не удовлетворил. Ни один.

Марта оставила себе кабачки «цуккини» и плюнула на себя окончательно. Бесформенные комбинезоны, мужские ботинки, никакой косметики…. Жратва из «Макдоналдса»….

Телефонный звонок мог бы сейчас и не звенеть. Марта даже вздрогнула от неожиданности.

 

- Сваровски, мать твою, ты еще дома?

- Да, мистер Фрэзер, я еще дома, а что грохнули еще одну жирную суку?

 

Что-то у нее замкнуло в мозгах, она как-то даже с наслаждением это произнесла «е щ е   о д н у   ж и р н у ю   с у к у».

 

- Это я у тебя хотел узнать, там вообще собираются грохнуть еще одну жирную суку, или я могу расслабиться и пойти посрать?!

- Мистер Фрэзер, если Вы о маньяке, то больше он не звонил. Это раз. И после того, как он совершил два убийства – у нас и в Майами – им занимаются федералы. И Вы это прекрасно знаете!....

- Ладно, Марта, давай без этих интеллигентских соплей… Я – коп, ты тоже коп…

- Я, между прочим, еще и женщина!...

 

В трубке слышно, как что-то упало, и кто-то надсадно закашлялся….

 

- Мистер Фрэзер…. Джо…. Мистер Фрэзер, Вы там?

- Да, Марта…… гкхххх..хргх……… Да….. Сраный кофе…. Не в то горло пошел…. Марта, я ведь чисто по дружбе хотел тебе сказать, что на этом вся эта херня не закончилась, уж поверь старому ниггеру… Этот пидор не остановится…. А федералы….  Что федералы?....  Ты же знаешь этих обсосов..  Там, кроме понтов, ничего нет…. Я, собственно, чего звоню…. Ты походи к старому индейцу еще недельку-другую…. Тебе только на пользу пойдет… А с работой можешь пока особо не париться…. Лады?

- Как скажете, босс.

- Да, и если что, сразу звони и сама никуда не лезь. Это приказ.

- Да, мистер Фрэзер.

- Зови меня, Джо…….. пип-пип-пип-пип…………………

 

                                  *    *    *

 

Знакомая ржавая вывеска «Alfredos». Крупно. Камера медленно опускается и отъезжает. Поздний калифорнийский вечер. На манеже все те же. Розовый «Кадиллак», три девочки, культурист Чибо и «Тупак Шакур». Не спеша проезжают на роликах подростки: черный, китаец и латинос. Они символизируют расовую толерантность. А в основном приторговывают марафетом. Мелкие пушеры.

Из зала выходят Марта и Мигель, сын Альфредо. Они легонько бьют друг друга – кулак в кулак.

 

- До завтра, Марта!

- Пока, чемпион.

 

Мигель быстро сворачивает за угол, а Марта подходит к своему «Форду».

 

- Извините, мэм…

 

Марта, не оборачиваясь, берет в руки монтировку…

 

- Еще раз извините, мэм, я не подумал: нельзя подходить к человеку сзади в таком месте и в такое время….

 

«Тупак Шакур» медленно с поднятыми руками обходит «Форд» и садится на место рядом с водителем. Он преисполнен чувства собственного достоинства.

 

- Чибо!!

 

Рэп стихает. Слышно как поют цикады, и где-то плачет ребенок.

 

- Мы тут немного в курсе всех дел. Приходится вертеться… Линда была тогда на площади и все видела…. Правда, Линда?

 

Самая взрослая из трех проституток, 22-летняя Линда, не вынимая сигареты из ярко-розовых губ и не меняя «боевой» позы:

 

- Я все видела, и на площади и по телевизору…

 

Марта не понимает к чему все это. Она напряжена.

 

- Я хотел сказать только одно: не каждый черномазый гангстер смог бы сделать то, что сделали Вы, мэм. Тут надо иметь большие железные яйца…. Ну, Вы понимаете, о чем я… Вот мой телефон. Будут проблемы – звоните.

 

Марта хлюпает носом. Железная Марта Сваровски, инспектор убойного отдела Лос-Анджелеса хлюпает носом. Ком подкатывает к горлу. «Тупак Шакур» деликатно вылезает из машины и растворяется в ночи. Марта не сдерживает слез. Они текут по ее изрядно похудевшему за последние две недели лицу. Марта заводится и едет. Слезы очищают ее душу, она светлеет лицом. Все уже поняли, отчего плачет Марта. Понять то поняли, но объяснить это словами не так просто. Люди ее полюбили… Нет, не полюбили… Признали…. Людям есть дело до Марты Сваровски. Черным проституткам и сутенерам есть дело до инспектора Сваровски. Им не по херу Марта Сваровски. И шеф стал совсем другим. Вчера он принес Марте пончики и кофе. Поставил на стол. Потом сказал «старый, блядь, черножопый даун», забрал все и унес к себе в кабинет, вышел из кабинета и снова ушел, пришел через 12 минут и поставил на стол салат с мидиями и диетическую колу. Улыбнулся как эфиопский Санта-Клаус и пошел в кабинет.

А Мигель, сын Альфредо, так тот вообще – дружбан-не-разлей-вода. И, кажется, стал подумывать о карьере в полиции. После окончания боксерской карьеры. Целую неделю Мигель ставил Марте джеб и говорил, что с ее данными, если бы она начала заниматься боксом лет на 15 пораньше, то могла бы многого добиться.

Всю дорогу Марта плакала и улыбалась. Она уже почти подъехала к дому, когда…. Правильно – зазвонил мобильник.

 

- Ты просто молодец…

- …………………………

- Пупсик, это невежливо, я радуюсь твоим успехам… Нет, серьезно…. Мы ведь затем все это и начали…..

- Это начали не мы, это начал ты, урод.

- Ну-ну, Марта, не зазнавайся. Если нас поставить рядом, ты все-таки будешь большим уродом. Не обижайся только, ради Бога. Тут голые цифры: фунты, дюймы. Я пятнадцать лет занимаюсь фитнессом, хожу в бассейн, солярий, у меня прекрасное здоровье. Внешне я похож на молодого Джека Николсона – обаятелен и порочен.

- И такому красавцу не с кем поговорить?

- Есть, Марта. Тысячедолларовая шлюха сейчас моет в ванной свои сиськи-письки, а потом мы будем долго и задушевно беседовать. Это входит в стоимость. Не волнуйся, я не буду ее убивать. 90-60-90, 120 фунтов, идеал…. Жалко такую убивать. Кстати, ты читала русского писателя Достоевского?..... Марта?.....

- Нет.

- Жаль. Достоевский сказал «красота спасет мир». Ты следишь за моей мыслью?

- Слежу… Излагай быстрее, я спать хочу.

- Излагаю: если мир спасет красота, то погубит его уродство. Марта, я спасаю мир!............................................... Да ладно, шучу, шучу…. Я ведь не какой-нибудь сраный маньяк из фильма категории «С»!! Мир мне неинтересен, пусть он сам заботится о себе, этот сраный мир.

- Там твоя пизда уже отмыла свои дырки?

- О, узнаю мою Марту! Все-все-все…. Закругляюсь, я немного пьян и поэтому многословен. Мы ведь не закончили игру, Марта…. Сколько в тебе сейчас?

- ……………………

- Марта, я могу сделать и исключение…. Только ради тебя. И уронить, например, в ванну «моей пизде» фен или утюг… Нет, это пошло…. Я уроню микроволновку. Ха-ха..ха-ха… Марта, микроволновку… По моему это смешно… Ладно, пошутили и хватит. У тебя 30 минут, берешь весы, едешь на то же самое место и взвешиваешься. Без одежды. Совсем без одежды, Марта. Во-первых, я хочу полюбоваться на результат нашей совместной деятельности, а во-вторых, мне нужен точный вес инспектора Сваровски…  Насчет микроволновки я пошутил. Не люблю экспромтов и дилетантства. Я немного попортил проводку в ванной, один провод прикрепил к сливу, а другой в любой момент я могу замкнуть на трубу подачи воды. Горячей. Некоторые любят погорячее. Ха-ха-ха, Марта, сегодня у тебя все получится…. Все… Я перезвоню…

 

Глава 7. Второй раунд.

 

По ночной улице едет патрульная машина. В ней двое: старый коп и молодой коп. Молодой коп – совсем молодой коп, лет 20-ти, он старается выглядеть старше и круче. Он за рулем. Машина едет медленно… Если б она ехала быстро, то после таких тормозов могли бы быть человеческие жертвы. Отделались фигней – старый коп просто встрял носом в свой Биг-Мак, и пролил на штаны кофе. Дерьмовый суррогат из автомата. Кофе не жалко – жалко штанов, ну и яйца слегка обварил. Седые полицейские яйца.

 

- Микки, ты, блядь, охуел?! Ты факен крейзи скаут!!! Ты гонщик сраный!!! Какого хера так тормозить!! Мать твою…

 

В этом месте старый коп тоже замечает то, что минуту назад увидел молодой: на площади, прямо у входа в мэрию стоит рослая баба. Абсолютно голая. Час ночи. Если бы копы знали кто такой Рубенс или, не дай Бог, Кустодиев, они смогли бы провести некоторые параллели. Но копы не знали ни Рубенса, ни Кустодиева, поэтому голая баба – это только нарушение общественного порядка. Как минимум. Как максимум – отвлекающий маневр каких-нибудь сраных подпольных нацистов или коммунистов, которые в этот момент пиздят золотой запас США из Форт-Нокса.

Копы подходят сзади, с двух сторон. Марта стоит на весах и говорит по телефону. На брусчатке кроссовки «Найк», рядом аккуратно сложен спортивный костюм.

 

- Добрый вечер, мэм. Полиция Лос-Анджелеса…

- У меня 282 показывает…. У тебя столько же показывает?... Что еще?... Повернуться? Куда?.... Кругом?

 

Марта поворачивается лицом к подошедшим копам.

Да, жаль, что они ничего не слышали о Кустодиеве! Тут есть на что взглянуть. На любителя, конечно, но это совсем не то, что было раньше… Сваровски инстинктивно закрывается: правой рукой между ног, левой – грудь. Одной левой тут явно не хватает. Тут нужны как минимум две руки, две сильных мужских руки…

Из телефона, закрывающего срам, звучит: «А кто эти ребята? Кто эти ребята в форме? Я хочу с ними познакомиться!!!» Маньяк явно видит всю картину по Инету и явно забавляется – говорящая писька – не очень оригинально, но всегда смешно!! Пожилой коп пытается накинуть на Марту куртку от костюма. Писька орет:

 

- Мне всегда нравились мужики в форме!! И при исполнении!! И со стволами!! С большими горячими стволами!!! Ребята, покажите стволы!!

 

Копы начинают улыбаться. Марта тоже смеется и уже никого не стесняется. Она подносит телефон к уху:

 

- Ладно, говнюк! Перезвони минут через 15… У нас же интимный разговор….

 

Нажимает «отбой».

 

- О’кей, ребята, я все объясню. Марта Сваровски, отдел расследования убийств.

 

В это время просто подлетает фургон с надписью «Смерть мышам и тараканам!! Тел. 8991 435 12 09 Спросите ВИЛЛИ!» Из него вываливаются Джо Фрэзер и два ФБРовца.

 

- Ну что, умники!! Доигрались, придурки?! Марта, посмотри на этих холмсов и ватсонов, блядь!! ……. Все должно быть естественно!.. Все должно быть как всегда! На улице должны быть все, кто там обычно бывает!!!............... Марта, нам не хватила 10 секунд, чтоб запеленговать твоего маньячину!............... Патрульные свободны! Марта, может, ты оденешься?!

- Может, вы отвернетесь? Или скинетесь по двадцатке…. Нет, по полтиннику за представление? Номер-то эксклюзивный…

- Ладно, хорош паясничать, ты на работе….. Что собираешься дальше делать?

- Джо, давай для начала уточним, кто ловит маньяка, мы или ФБР?

- Марта, это не твое дело!

- Ни хера себе, не мое дело!............... А, хорошо – не мое дело. Я больше не буду беседовать по телефону с этим извращенцем…. Я снова начну жрать все говно из «Макдоналдса» - я ведь могу фунтов 400 набрать!... Джо, ты меня знаешь!

- Знаю.

- И пусть маньячина мочит жирных теток! Какое мое дело. Кому они на хер нужны, эти бегемотихи! Эти, блядь, слонихи с сиськами!....

 

«Человек в черном» вступает в разговор.

 

- А чем Вам, мисс Сваровски, собственно мешает ФБР?

- А тем, мистер Смит…

- Мистер Барлоу.

- Мистер Смит. Все вы – мистеры Смиты. Когда вы напялили на себя эти уродские костюмы и эти даунские очки, все вы стали мистерами Смитами. Вот скажи, мистер Смит, на кой хер тебе темные очки в….

 

Смотрит на часы (ненавязчивая реклама «Casio»)

 

-        Двенадцать минут второго ночи?!

-        ………………………………

-        Нет, ты скажи, мистер Смит!

-        Мы с вами свяжемся.

 

Оба «мистера Смита» садятся в фургон «Смерть мышам и тараканам!!» и уезжают.

 

Джо Фрэзер долгим взглядом провожает фургон, а потом показывает Марте большой палец.

 

- Может, ты все-таки оденешься?

- Да ладно. Не стесняйся. Весь этот геморрой так сближает. Я бы даже сказала, роднит.

 

Марта одевается, потом садится на весы и зашнуровывает кроссовки. Крупно. (Ненавязчивая реклама «Nike»)

 

- А что, правда, у тебя 282 фунта?

- Ну ты же слышал.

- Мне уйти?

- Я думаю, лучше уйти, Джо. Он, конечно, знал про все наши прослушки и системы поиска… И вообще, все это детский лепет на лужайке, Джо… Он разбирается во всей этой хрени лучше нас. Боюсь, что ни ты, ни ФБР мне не помогут. Ему нужна я, Джо. Ему не нужны эти несчастные толстые тетки. Они – это шпоры, которые он всаживает в мою задницу.

- Ладно, спокойной ночи…

 

                                         *   *   *

 

Директорский кабинет. Марта удобно устроилась в кресле, положив ноги на директорский стол.

 

- Нет, ну он просто сука! Марта, как ты могла пойти на это?! Как ты согласилась?! Ты же не сможешь этого сделать!............. Это еще один труп!

- Звонок откуда был?

- Из Денвера. Я не понимаю, у него что, свой истребитель?! В час ночи он звонил тебе из Майами, а в три тридцать семь из Денвера. Одна тысяча восемьсот миль с хвостиком… За два с половиной часа. Оба звонка из автомата.

- Я думаю, что все звонки из Майами. Он дурит нас, Джо. Нас и ФБР. Он какой-то компьютерный монстр. Есть только один способ взять его…

- ..?

- Вручную, Джо. Как в кино….. Гнаться за мудаком миль двести на машине, разбить ее на хер, потом бежать… Потом скакать верхом, потом плыть, потом обязательно оказаться на заброшенном цементном заводе…

- Лучше на сталелитейном.

- Ты прав. Сталелитейный лучше…. И отмудохать пидора вручную… И вножную… По яйцам, по ебальнику… По всему его педерастическому организму…

- Ладно, мечтать не вредно. Еще раз повтори его условия.

- Две недели. Двести фунтов. Как дважды два – четыре…

- 80 фунтов за две недели…

- 82, Джо.

- 82. По 41 фунту за неделю….. Мать твою, это не сгонка веса, это мультипликация!!! Это невозможно, Марта… Может просто послать его на хер, и пусть болит голова у федералов... Ты звонила индейцу?

- Звонила. Он сказал, теоретически можно. Утром бег – не меньше семи миль. Вечером тренировка в клубе. Жесткая диета. Витамины, аминокислоты, восстановители.

- На ближайшую неделю обещали 33 – 37 в тени. Сухая жаркая погода.

- Тем лучше – быстрей растает жир…

- Марта!!

- Что, Марта? Я 36 лет Марта…. И ты знаешь, Джо, впервые за 36 лет я почувствовала вкус жизни. Ей-богу, Джо, как будто я стою на пыльной улочке, а напротив – маньячина… И у каждого из нас по «кольту». И по-хорошему мы никак не разойдемся…  Знаешь еще что?.......

- Что?

- Позвони Кармен.

- Кармен? Как ты ее тогда назвала, «холеная выдра»?

- Холеная сучка. Джо, ты же знаешь, великая дружба всегда начинается с небольшой ссоры. Как у Тома Сойера и Гекльберри Финна. Звони.

 

                                            *   *   *

 

В кадре опять какие-то размытые пятна. Как будто кто-то снимал в упор мыльные пузыри. Фиолетовые мыльные пузыри и желтые мыльные пузыри. Еле слышно шумит прибой, кричат чайки…. Почти бесшумно карабкается на пальму краб «пальмовый вор»… Падает кокос…

- А ты не хотела….

- ………………..

- Говорила дорого.

- А что, не дорого?

- Дорого, моя дорогая, но на что бы ты еще потратила эти три с половиной штуки?

- Ну не знаю…

- А давай абсолютно откровенно… Считай, что это психологический тест.

- Ну не знаю…. Шмотки и украшения отпадают. Жратва?.... Может быть… Если я переживу все это….

- Еще есть варианты?

- …………………………..

- Секс?

- Секс?

- Да, секс.

- Три с половиной штуки за секс?

- За секс, Марта, за секс. Дрочить кабачками и секс это разные вещи.

 

Камера медленно отъезжает. Пятна фокусируются в два высоких бокала на столике: «Маргарита» и «Дайкири». По бокам два плетеных кресла. В них полулежат Марта и Кармен. Гавайские острова. Солнце, воздух и вода.

 

- Хочешь поговорить о сексе?

- О сексе вообще?

- О твоем сексе, Марта. Ты что не понимаешь, что этот… твой… Как он у вас там фигурирует? У него есть имя?

- Один раз он подписался – «дистрофик».

- Прекрасно, пусть будет Дистрофик. Ты понимаешь, что Дистрофик поставил тебя раком и брутально ебет. И кончает, Марта. Каждый раз, когда тебе хреново – он кончает. А хреново тебе всю дорогу. Вот такое, моя прелесть, извращение. Это тоже секс. В этом мире самая дорогая штука – это секс. Чем больше сил и бабла уходит на процесс – тем мощнее оргазм…..

 

Рот Кармен крупным планом. Хрипло:

 

- Поверь мне, Марта, я хорошо разбираюсь в оргазмах…….

 

Марта медленно поворачивает голову и смотрит на ярко накрашенные губы Кармен. Та медленно берет в рот соломинку и отпивает глоток «Маргариты».

 

- Почему именно меня? Почему не тебя? Почему не вон ту тетку с сувенирами. В ней точно фунтов 400…. Если его переклинило на толстых бабах, почему он выбрал меня?!

- Хороший вопрос, Марта. Главный, можно сказать, вопрос. Только давай вернемся к нему чуть позже. Я хочу принять душ и поковыряться в Интернете. Кстати, мне нужна твоя помощь…

- В принятии душа?...

- Если хочешь….

 

Глоток «Маргариты».

 

- Я хочу загрузить твое имя в поисковик и отсеять всех, кто мог быть к тебе неравнодушен.

 

                                          *   *   *

 

Еще один непростой момент. Сцена лесбийского полового акта на подходе. Ее не обойти. Ну никак! Написать эту сцену я могу. Даже с удовольствием. Кто-нибудь из вышеупомянутых режиссеров ее потом снимет. Тоже, я надеюсь, без отвращения. А вот дальше начнется геморрой! Всякие сраные борцы за нравственность будут вставлять нам палки в колеса, старые маразматики встанут грудью за иудео-христианские ценности. Своей старой сморщенной дряблой и бледной (даже синюшной) грудью.

Я не доставлю им такого удовольствия. Я сделаю все тоньше….

 

                                            *   *   *

 

Вечер. Номер отеля. Пятизвездочного. Балкон. Закат. Океан. Парус. Маленький столик, на нем: ноутбук, бутылка вина, два бокала и тарелка с сыром и маслинами.

Кармен открывает сайты, копирует текст в файл «Друзья Марты» и с наслаждением отпивает из бокала. На ней махровый белый халат с вышивкой «Матеата Тане» (это название отеля), мокрые волосы блестят.

- Смотри-ка, Гавайи, и настоящий французский «Камамбер»…. Ммммм…. Такие моменты – и есть счастье…

- Не отвлекайся, падшая женщина, у нас самолет через три часа. А потом мне пукнуть будет некогда.

- Ты так мило пукаешь…. Меня это так заводит…

- Я серьезно, Кармен.

- Все-все-все… Мест работы у тебя было всего четыре. Мест учебы – два: школа и полицейская академия. Итого шесть контор.

- Это много?

- Это было бы немного, если бы речь шла о семейном похоронном бюро с персоналом в 4 человека, а так смотри: школа – около 300 парней, полицейская академия – около 200 мужиков, не считая преподавателей… У тебя было что-то с преподавателями, дорогая?

- Было. Два раза.

- Два раза с одним или два раза с двумя?

- Два раза с тремя.

- Шутишь?

- Нет, я тогда такая отвязная была. Мне хотелось все попробовать…. Не смотри на меня так!!... Я тогда весила фунтов 190… максимум… И потом, ну представь себе: штат Вайоминг, ну просто полная жопа, а не штат… Тоска зеленая… Ну и как-то на практике мы замели мелких дилеров с травой…. С отличной гавайской, кстати, травой….

 

Марта и Кармен умолкают и смотрят друг на друга. Они понимают друг друга без слов.

Крупно: палец набирает номер. Крупно: губы говорят в трубку. Крупно: рука открывает дверь. Крупно: из рук в руки переходит пакетик, обратным путем – сотня баков.

 

Глава 8. Все еще второй раунд. (В таких противостояниях профессионалов не бывает, тут все любители, поэтому всего раундов будет три - как в любительском боксе).

 

На экране – кусочек жизни, подсмотренный в бинокль: квартал «красных фонарей», проститутки, сутенеры, наркоманы и наркодилеры. Спившиеся актеры и актрисы, сторчавшиеся на героине. Хорошо, если на героине. Даже не так: вначале на героине, а в конце на диком дерьме из ацетона и просроченного седуксена. Ш У Ч У. Художественный вымысел. Имею я право на художественный вымысел, или нет??! Я не знаю, на чем торчат актрисы-неудачницы и постаревшие чечеточники… Наверное, больше всего их радует, когда кто-то, кого они «прекрасно знали» выходит в тираж. Ну что, - говорят они, - Что, сука старая, выбросили и тебя на помойку? А ты думала, раз отсосала у режиссера, и всю жизнь будешь играть Офелию??!

Хотя эти персонажи нам не нужны. Они всего лишь декорации. Даже не кордебалет.

Тот, кто нам нужен, должен быть женщиной весом не менее 300 фунтов. Ищем ее.

И находим.

Кассир порнокинотеатра. Вот это бабец! Шесть с половиной футов рост. Около 400 фунтов вес. Розовое боа из страусовых перьев. Платье расцветки «саламандры огня не боятся». Каблуки!.... Вы не поверите!... Каблуки-шпильки опасной для здоровья владелицы и окружающих конфигурации. И что-то необычное во внешности еще…. Ага… Афрокитаянка – вот как это называется. Очень миленькая! Знаете в американских комедиях бывают такие персонажи – здоровенные тетки, которых боятся даже «ангелы ада». А потом оказывается, что эти тетки ранимы и сентиментальны, любят пожрать и чертовски сексуальны. Если, конечно, найдется отчаянный хлопец для борьбы в партере…

Вот точно такая. Один к одному. Заходит в свою каморку и открывает окошечко кассы. Над кассой небольшая афиша – «Старшеклассницы: зачет по физкультуре».

Неоновые огни расплываются и меняют форму, экран немного светлеет, вверх поднимается дымок. Это огонек от сигареты на весь экран. Это даже не сигарета – Марта и Кармен курят на двоих косячину. С отличной гавайской травой.

- Хи-хих-иии.. Всего 832 мужика… Хи-хи-хи…. Теоретически….Марта – ты просто сексбомба….Порностар….

- Ты забыла про баб.

- А на хрена нам…. Хи-хи-и-и-и-их…бабы? Дистрофик же мужик?

- А для полной… Бу-га-га-га….га-га… картины….

- Хххх…..Хххх…хгх-хгх…..ну у тебя и смех, моя девочка….

- Моя девочка….га-га-га-га……..А ты меня как любишь, как мальчика или как девочку?

- ……………………………………..Дай мне время….разобраться…ха-ха-ха… я тебя как человека люблю…. Я серьезно. Как там тебе этот пимп сказал, «с большими железными яйцами»?  Хгх-хх-игх-ха-ха….я люблю тебя как девочку с большими железными яйцами. Я серьезно, Марта, я всегда хотела такую, как ты.

 

                                                 *   *   *

 

Мальчик из отеля укладывает чемоданы в багажник такси и открывает заднюю дверь. Марта и Кармен садятся в машину.

 

- Добрый вечер! Куда будем ехать, дамы?

 

Марта и Кармен смотрят друг на друга и крутят головами. В такси никого больше нет. Не думали они, что так вставит от одного джойнта.

 

- Меня зовут Джерри… Если вы на Лос-анджелесский рейс – нам надо поторопиться…

 

В просвете между передними сиденьями появляется голова в бейсболке. Водителя можно было бы принять за ребенка, если бы не усы. Могучие мексиканские усы, как у героев фильмов Родригеса.

 

- На Лос-анджелесский?

 

Кармен и Марта кивают, а потом начинают громко ржать.

 

- Простите…. Как вас (смотрят на табличку), Джерри… Простите, Джерри, это мы о своем… ха-ха-ха-ха…о женском….

- Нет проблем, леди! Мне нравится, когда люди смеются. В детстве я мечтал стать комиком. Как Бенни Хилл. Я даже занимался в студии. Я из Тихуаны. У нас там скрывался один мужик из Голливуда. Он то ли любовницу зарезал, то ли жену утопил… В общем, у нас была театральная студия. Он сказал «из тебя должен получиться хороший комик, Джерри».

- Ну и как, получился?

- Не совсем… Я прочитал объявление в газете, что требуются люди в театр лилипутов… Правда я не лилипут, на самом деле…

- Не лилипут?

- Нет, леди, не лилипут. Я карлик.

- Карлик? А в чем разница?

- Лилипуты маленькие, но пропорциональные. Карлики маленькие и непропорциональные. Я – непропорциональный…

- ……………………………

- Зато у лилипутов не растут усы и как мужчины они так себе…

- А ты, Джерри как мужчина ого-го?

- Марта…. Как тебе не стыдно!

- Напрасно смеетесь, дамы. Я десять лет работал в театре лилипутов с силовыми номерами и снимался в порно. «Гном и семь Белоснежек», «Гавайский жеребчик», «Двенадцатидюймовый»…

- У тебя двенадцать дюймов, Джерри?!

- Ну, если честно, десять с половиной. Но «двенадцатидюймовый» - лучше звучит. Так считал продюсер.

- Какой вечер, Марта! Какой, мать его, вечер!

- Я всегда мечтала иметь личного шофера…

- Иметь личного шофера… ха-ха-ха-ха… Джерри, не боишься, если эта Дюймовочка тебя отымеет?!  Ха-ха-ха-ха!!

- Ну, прекрати, старая развратница… Я мечтала иметь личный лимузин и личного шофера. Сурового такого мужчинку. Какого-нибудь «зеленого берета» или «морского котика» в отставке.

- Мечты сбываются, дорогая. Сегодня все, как ты хотела. И личный шофер – порнозвезда.

 

                                          *   *   *

 

Вдалеке уже видны огни аэропорта Гонолулу. Велкам ту Гавайи! Огни расплываются и фокусируются в вывеску «Герлс, герлс, герлс…» Рядом афиша «Старшеклассницы: зачет по физкультуре». Знакомая афиша. Руки в тонких лайковых перчатках протягивают деньги в окошечко кассы.

 

- Добрый вечер… Три билета, пожалуйста. Последний ряд, посередине…

Кассир отмечает купленные места и отсчитывает сдачу. Руки в перчатках поигрывают зажигалкой. Крутят ее в пальцах, постукивают по мраморной столешнице, зажигают и гасят…. (Ненавязчивая реклама «Zippo»). Руки берут билеты и сдачу. Открывают бумажник, роняют купюры и билеты на землю, кладут зажигалку на столешницу, поднимают деньги и билеты, кладут их в бумажник, говорят «спасибо, извините», забывают зажигалку, исчезают…

 

- Эй, мистер!... Мистер!

- Я?

- Вы, мистер. Вы забыли зажигалку. Дорогая штучка, судя по всему…

- Я такой рассеянный… Спасибо Вам огромное… Эта вещь дорога мне как память… Ее подарил мне старший брат. Генри. Вы помните операцию «Буря в пустыне»? Там погибло около 600 американских солдат. Один из них – Генри.

- Мне очень жаль…

- Я ведь даже не курю… Так… Таскаю ее везде с собой… Четыре раза терял… Вернее пять… И Вы знаете, каждый раз она возвращалась ко мне. Это какое-то волшебство… Вы верите в волшебство?........ Ой, простите, я много говорю…. Как Вас зовут?

- Алиса.

- Алиса?……..

- Ну, если честно, Гэрриет.

- Я хочу Вас угостить, Гэрриет.. Как насчет стаканчика виски?

- Я работаю до 4 утра. Последний сеанс в 4….

- Я зайду за Вами в 4. Договорились?

- Как скажете, мистер…

 

                                                *   *   *

 

Счетчик такси. 47.50.

 

- С вас 47.50.

- Нет, Джерри. 47.50 – это просто неприлично для такого мужчины как ты. Правда, Марта?

- Правда, Кармен. Не меньше сотни. Держи, мужик. Будешь в Лос-Анджелесе – заходи в гости.

- Дадите адресок, леди?

- Зайдешь в полицейское управление, спросишь Марту Сваровски или Кармен Фиорентино.

- Так вы – копы?

- Копы. А тебе что, Джерри, не нравятся девушки в форме?

- Нравятся. Особенно медсестры. Но теперь, боюсь, вы не согласитесь…

- Не согласимся? Не согласимся на что?!

- Все, дамы, забудьте… спасибо за чаевые и удачного полета.

- Нет, Джерри, ты скажи, на что мы не согласимся?

- Да, маленький проказник! Заинтриговал девушек – так уж выкладывай все до конца… Сегодня такой вечер….. Слушай, Марта, меня до сих пор прет… Трудно придумать что-то, на что бы мы не согласились….

- О’кей, леди… Вы можете взять меня с собой в Лос-Анджелес?

- И всего-то, Джерри?! А мы то уж подумали о съемках фильма для взрослых. Гном… Ты не против быть гномом, Джерри?.... Дюймовочка и…… Марта, кто буду я?

- Красная Шапочка.

- Да, Красная Шапочка. Красное мне всегда шло.

- Я не шучу, дамы. Если бы можно было взять билет и улететь, я давно бы это сделал.

- И что тебе мешает?

- Не что, а кто. Я тут кое-кому задолжал, и этот кое-кто – не последний человек на острове. Мне просто не продадут билет. Вот такой капкан, дамы.

- И много ты должен, Джерри?

- 90 штук… Две недели назад они включили счетчик: капает по 200 баков в день… Так что, если быть точным, 92800.

- Ну и что ты предлагаешь?

- Положите меня в чемодан и сдайте в багаж.

- А рентген?

- Я сделаю так, что рентгена не будет.

 

Марта смотрит на Кармен, Кармен – на Марту. Их еще не отпустило. Им это кажется забавным. Им хочется, чтоб приключения продолжались. Уж очень необычный сегодня день.

 

- О’кей, Джерри, мы сделаем это для тебя… Но, когда прилетим в Лос-Анджелес, ты тоже сделаешь кое-что.

- Два раза. Марте и мне. …Ха-ха-ха-ха-ха……..

 

На стоянке возле аэропорта Джерри позвонил и сказал два слова «мы готовы», бросил мобильник в багажник такси, а сам уютно устроился в чемодане Марты, который очень кстати был наполовину пуст. Огромный черный чемодан на колесиках. Он легко катился к кассам. Никаких проблем.

 

                                                 *   *   *

 

Проблемы очень похожи на шпионов. На диверсантов, мать их за ногу. Они проникают в такие места, где все благополучно и спокойно, тихо, стабильно и безопасно – как в бункере у Гитлера, проникают суки такие, и творят всякую херню.

Спрашивается, ну какие могут быть проблемы при сдаче чемоданов в багаж?! Улыбчивый островитянин подмигнул Кармен и Марте и повесил бирки на их чемоданы, затем пронес мимо рентгена. Джерри не обманул – тут все было схвачено. Другой островитянин схватил чемодан Кармен и легко забросил его на транспортную ленту, уходящую куда-то в недра аэропорта. Видимо, так же легко он собирался забросить чемодан Марты. Чемодан – 11 фунтов, шмотки – примерно столько же, Джерри – фунтов 112-115. Итого: 137 фунтов. Этот парень на погрузке багажа явно не был готов к такому весу. Нет, он бы поднял эти 137 фунтов, не вопрос. Поднял бы, если бы знал заранее.

Чемодан Марты резко пошел вверх. 10 дюймов…. 20 дюймов…30….. Нужно поднять его на высоту 5 футов и поставить на ленту. На высоте двух с половиной футов движение замедляется – вторая рука подхватывает чемодан снизу и поднимает его еще на фут…. Парень понимает, что взялся неправильно: надо было брать не за ручку, а по краям. Надо было поднимать ногами  и спиной, а не одними руками. (Штангисты и пауэрлифтеры меня поймут).

137 фунтов с высоты 5 футов падают вниз. Чемодан падает на пол. Бьется одним углом о стальную ножку стойки транспортера. Тем углом, где голова Джерри. Для полного драматизма снято это все в «рапиде». Замедленные кадры. Открытые в ужасе рты Марты и Кармен. Слышен хруст. Ххррясссь!! Большие глаза Марты и Кармен. Время остановилось. Бесконечно долго падают на пол паспорт и билеты.

 

- Я надеюсь, в Вашем чемодане не было пробирки с бактериологическим оружием?

- Что?

- Я спрашиваю, не было ли в Вашем чемодане каких-либо хрупких предметов? Если были, и что-то разбилось, компания возместит вам убытки.

- Нет-нет, там только одежда и туалетные принадлежности…

- Тогда будем считать инцидент исчерпанным, леди. До вылета 9 минут, вам надо поторопиться.

 

Этот улыбчивый островитянин очень не хотел, чтобы чемодан открыли. Кармен и Марта тоже. Вторая попытка – чемодан уходит по транспортной ленте.

 

- Ты слышала этот звук?..... Этот хруст? Кармен, ты слышала?

- Не ори! … Слышала, мать его… И он мне очень не понравился….

- А если он…….?

- Поздно метаться, дорогая… Прилетим домой – будем решать проблемы… Если они есть… Ты не забыла про своего маньячину?... У нас три часа…. Давай поработаем….

- Мне нужно снять стресс… Будьте любезны, двойной «Абсолют». (Ненавязчивая реклама «Абсолюта»). Мне и моей подруге.

 

                                      *   *   *

 

- Это мне?

- Конечно… Кому же еще?

- Они такие чудесные!.... А как они называются?

- Это орхидеи.

- Орхидеи. Мне никто никогда не дарил орхидей. Мне вообще не дарили цветов.

- Не может быть. Чтоб такой девушке не дарили цветов…

- Скажите, мистер, Вы все это серьезно?! Или Вы решили посмеяться надо мной?

- Хочешь сразу расставить все точки над «i»?

- Да, мистер. Так удобнее. Я не верю в сказки про Золушку. Все прекрасные принцы достаются исключительно принцессам, а я, как Вы видите, не принцесса.

- Разве? Неужели я ошибся?

- Хх…. Смешно, мистер. Папашу своего я вообще не знала, но судя по некоторым приметам, он ниггер. Здоровенный такой черномазый ублюдок, Шакил, мать его, О’Нил – иначе в кого я такая выросла? Мамаша – проститутка. Из самых дешевых. Была. Где она сейчас, я не знаю. В 11 лет она отдала меня в массажный салон. Как я вообще выжила – хер его знает…

- Я не собираюсь на тебе жениться, Гэрриет…

- Разве?...

- Хм… Смешно…. Я хочу угостить тебя выпивкой и подарить эти цветы…

- И все, мистер?

- Пока все.

- О’кей, это Вам не будет стоить ничего.

 

Глава 9. Второй раунд. Все еще второй? – спрашиваете вы. Все еще, – отвечаю я.

 

Лос-Анджелес. Аэропорт. На парковке Марта и Кармен. За три часа полета они выпили по три двойных «Абсолюта». Девушек покачивает.

 

- Это у тебя звенит?

- Нет. Я думала, это у тебя.

- Блядь! Развелось этих сраных мобильников – все время у кого-то звенит…

- А вот это точно у тебя.

- Да. Да, мистер Фрэзер… То есть, Джо… Какой голос?… Нормальный, Джо, голос…. Да, просто устала…. Да, могу. Где это? ………….минут через 25-30. Да. Давай…..

- Что-то срочное?

- Срочнее не бывает. Ограбление «Вестернбанка». Есть трупы. Надо ехать… В конце концов – это моя работа, мать ее!

- Марта…..

- Что?

- Это то, что нам нужно.

- Что, то, что нам нужно? Слушай, Кармен, я что-то хреново соображаю… Ты о чем? Нам нужно срочно отделаться от этого долбанного лилипута!… Потом я буду врубаться во все остальное!

- Карлика, Марта. Джерри был карликом.

- Да не один хер, кем он был…. Кстати, ты уверена, что он умер?

- Если бы он не умер, Марта, он бы уже попросился выйти пописать…. Или пописал бы внутри чемодана, и мы бы это заметили. Он умер, Марта.

- Ты права, этот маленький говнюк умер. Но как он нас развел! А? Как он нас развел!!!

- Действительно, гавайская трава – лучшая в мире! Ладно, не хнычь, подруга, я знаю что делать… Скажи мне, как коп копу, где лучше всего прятать жмуров?

- … Ннууу….. топить в океане?...

- Ага, а потом рассказывать коллегам, что в этот день тебе приспичило порыбачить… Выйти на вечерней зорьке на тунца…

- Херня. Согласна.

- Думай!...

- Слушай, мисс Конгениальность, не томи, у нас мало времени.

- Не томлю: жмуров надо прятать среди жмуров.

- И?

- Блин, ну ты тупая сегодня! Ты куда едешь, инспектор Сваровски? Ты едешь на ограбление банка. Там трупы. Джерри был одним из грабителей, своих то они опознают, а сколько было преступников никто точно не знает. Прячем труп так, чтоб его не нашли часов 30. Через 30 часов ни один эксперт точно не скажет, сколько прошло с момента смерти, 30 часов или 33.

- По такой жаре да. А причина смерти?

- Возьмешь у кого-нибудь из своих ствол и прострелишь этой сраной порнозвезде башку, типа шальная пуля.

- Кармен, ты уверена, что это лучший выход?

- Если придумаю, что-нибудь получше, ты первая об этом узнаешь!

- ……….?!

- Блин, ну не тормози ты так! Шучу я! Поехали!

 

Кармен садится за руль красного «Крайслера». (Ненавязчивая реклама «Крайслера»).

 

- Красное тебе действительно идет…

- Бери чертов чемодан и прыгай назад. Надо как следует рассмотреть этого хренова карлика… Извини, дорогая, придется это сделать тебе.

- Я уже догадалась…

 

«Крайслер» несется по улицам Лос-Анджелеса. Вид сверху. Звучит «The Doors» - «Queen Of The Highway». Мы не видим Марту и Кармен, но слышим их разговор. Такая фишка.

 

- Что там?

- Что, что?! Дохлый лилипут.

- Карлик, Марта! Джерри был карликом…Он точно дохлый?

- Дохлее не бывает. У него проломлен череп. Ударился виском… Не повезло мужику….. Еб твою мать!!! Твою, блядь, сука, мать!!!

- Что?!!......Что такое?

- У него усы отклеились….

- Чтоооооооооо??!!

- Я говорю, у него усы отклеились.

- Я поняла, что у него отклеилось.. Это какая-то херня, Марта! Мне это очень сильно не нравится…… Обыщи его….

- ……………………………..

- Вынимай блядского гнома из чемодана и обыскивай!!

- Зачем?

- Затем, моя Дюймовочка, чтоб знать какие приключения мы отловили на наши многострадальные жопы!!!............................................ Что там?!

- Джеральд Моррис, водительское удостоверение… немного бабок….. Мы влипли… Кажется, мы влипли!....

- Что там?

- Посмотри сама….

- Этого следовало ожидать… Это самый простой ответ на вопрос… Ну не еб твою мать!!! Две, сука, дуры, обкурившиеся травы!!....

- Ты думаешь то же, что и я?

- Да хули тут думать: ебаный лилипут…

- Карлик…

- Ебаный карлик хочет пролезть на самолет так, чтоб никто об этом не знал. Что в первую очередь везут контрабандой?....................

- С Востока – героин, с Запада – кокаин.

- Тут не меньше 5 фунтов… Осмотри его как следует….

- Кармен….. Посмотри на это….

- Если я буду смотреть на то, что у тебя там, мы врежемся на хер в какой-нибудь встречный грузовик и таким образом решим все наши проблемы. Тебя устраивает такой вариант?!

- Не устраивает, но ты глянь…. Одним глазком…..

- Вот мудак…. Нет, ну все мужики – уроды!!

- «Двенадцатидюймовый»!! Если честно – десять с половиной!!! … Нет, ну как можно так гнать…. Ну вот скажи, ну на что он рассчитывал?

- На геройскую смерть он, сука, рассчитывал…. Больше ничего?

- Все. Водительское удостоверение, полтонны баков и 5 фунтов кокаина.

- И полтора дюйма писюна!!! Ха-ха-ха-ха!!!!!

- Полтора дюйма писюна!!! Ха-ха-ха-ха……

 

                                             *   *   *

 

Тут картина почти как в самом начале. Только вначале была окраина, а сейчас – центр. «Вестернбанк». Очень раннее утро. Район оцеплен. Объезд. Желтые ленты, машины с мигалками, копы, спецназ, ФБР, журналисты….

 

- Я бы не стал тебя тревожить, Марта, но у нас половина народу в отпуске…. Городские власти и сраные журналюги нас просто с дерьмом съедят, если мы не дадим им результат…. Это твой чемодан?

- Мой.

- Ну так положи его и пошли со мной…. О! Мисс Фиорентино, добрый день. Департамент внутренних расследований приходит на помощь?

- Нет, мистер Фрэзер. Мисс Фиорентино помогает мисс Сваровски. Я подожду здесь… Сколько это займет времени?

- Час-полтора…

- Я подожду. Марта Вас догонит, мистер Фрэзер… Марта, можно тебя на минутку?

- Что ты придумала?

- Идешь с шефом, все там расследуешь, допрашиваешь свидетелей… Все как обычно. И смотришь, где можно спрятать сраного карлика. Как только находишь, звонишь мне, я тащу чемодан…

- Как ты объяснишь оцеплению?...........

- Ты объяснишь… Скажешь, что у тебя в чемодане… ну какая-нибудь херня, которая тебе остро необходима…. Ну сыграем в игру «дуры-бабы»…

 

                                                 *   *   *

 

- Джо, я что-то никак не въеду. Сейчас 5.09. Они что, грабили банк ночью?..... В смысле, они грабили не как обычно – «Всем лежать! Деньги в мешок!» и потом сразу в тачку и по газам?

- Нет. Тут поработали какие-то офигенно умные засранцы. Вчера вечером, за полчаса до закрытия они вошли в банк и взяли в заложники всех, кто там был. Кто-то нажал кнопку – приехали патрульные. Патрульных обстреляли из крупнокалиберного пулемета. Они обдристались. Стало ясно, что тут не обдолбанные негритосы – вызвали спецназ. ФБР нарисовалось самостоятельно… Вот что интересно, Марта, никто ведь этим гондонам не звонил, вот откуда они узнали?

- Ты знаешь, Джо, мне иногда кажется, что ФБР само все это творит, а потом само расследует.

- Не одной тебе так кажется…. Короче, часам к 11 вечера картина следующая: все заложники в зале на первом этаже, там ни окон, ни дверей – о штурме не может быть и речи, преступники требуют военный грузовой вертолет и 8 миллионов мелкими купюрами…. Восемь лимонов, Марта, вынь да положь! Где их, сука, брать?! Ночь уже! И говорят, у вас час – через час мы грохнем одного из заложников.

А дальше был просто пиздец. Они говорят, для наглядности мы определим прямо сейчас того, кого грохнем…. Ну чтоб у полиции не возникало иллюзий, что мы блефуем… Что нам слабо убить человека. Через 5 минут из банка выходит мужик. Ортодоксальный еврей. С пейсами. На нем бомба. Преступники говорят, что еврей будет стоять как раз посередине между банком и спецназом, чтоб всем было хорошо видно, и что у нас осталось 48 минут.

- Успели?

- Может и успели бы, если б не занимались онанизмом… «Это не в нашей компетенции….» «… мы такие вопросы не решаем….» Через 20 минут приехали какие-то сионисты на двух автобусах и начали в мегафоны петь «Хаванагилу»….

- Пиздец…..

- Именно. Крику было! Но при этом деньги никто не предлагал…

- А вертолет?

- Марта, не смешно. Этому еврею было особенно не смешно. Секунда в секунду они его убили. Взрыв был совсем слабый. Хлопнуло так…. Ну как детская хлопушка… Он упал. Все думали, его в клочья разнесет, а он просто упал. После этого доложили президенту. Президент сказал собрать деньги и найти вертолет.

- Так они что, на вертолете улетели?!

- Они всех накололи, Марта. Накололи, как детей. Им не нужны были ни вертолет, ни 8 лимонов десятками.

- …..?

- Им нужно было время. Они вскрыли хранилище с личными сейфами, забрали там все: бабки, драгоценности, акции и спокойно ушли.

- Как ушли?!!!

- По канализации, Марта. Они готовились заранее. Из городской канализации они продолбили тоннель к банку. Оставили тонкую стенку… Все ведь как думали, как вошли – так и уйдут. Через парадный вход. Накололи нас просто классически!

- Известно, когда они ушли?

- В том то и дело, что нет. Они собрали всех заложников, сказали вести себя спокойно, тогда никто не пострадает. Спецназ ждал. ФБР собирало бабки и договаривалось насчет вертолета…. Никто их, конечно, отпускать не собирался. В 4.15 я звоню в банк, чтоб сказать, что все готово, и мы хотим видеть заложников. Живыми и невредимыми. Две минуты никто не брал трубку, потом «алле!»…. Какая-то барышня…. Говорит, террористов здесь нет, и где они, она не знает. Я понял, что это полная жопа и позвонил тебе. Дело – тухляк. Но нам надо сделать вид для прессы, что все под контролем.

- Ты говорил «трупы». Сколько убитых?

- Еврей и охранник. Какой-то идиот решил поиграть в ковбоев. Выхватил из кобуры револьвер.

- Он успел выстрелить?

- А хрен его знает. Наверное, успел. Перед тем, как его расстреляли из «томпсона».

- Сколько было преступников?

- Пока неизвестно. Сейчас будем все выяснять.

- Неплохо.

- Что значит, «неплохо»?!

- Я говорю, могло бы быть и хуже.

- Это точно. В это сторону мы можем двигаться бесконечно.

 

                                                *   *   *

 

На каждом этаже «Вестернбанка» по два туалета. Каждый туалет – это две комнаты: «Мэ» и «Жо». В подвале один туалет. Совсем маленький. Маленькое «Мэ» и маленькое «Жо». Дамская комната: три кабинки, умывальник с зеркалом, сушка. Крайняя кабинка завалена битым кирпичом и штукатуркой. В стене дыра два фута на три фута. Из дыры воняет дерьмом, аммиаком и еще какой-то сранью…

 

- Экспертов уже все тут осмотрели?

- Осмотрели. Несколько смазанных отпечатков обуви и все…

- И все? Джо, я хочу сама тут все обнюхать и пощупать.

- О’кей. А я пока побеседую со свидетелями.

- И еще, Джо…

- Что?

- Ладно, я сама….

- Что?.....

- Все, забудь…. Я сама справлюсь….

 

В красном «Крайслере» сидит Кармен. На нее время от времени поглядывает начальник спецназа – бравый вояка с выгоревшими рыжими усами. Его взгляд как бы говорит: «Сколько там той жизни, ты же видишь, красотка, этот день мог стать последним в моей жизни, так не перепихнуться ли нам сегодня вечером, ты красива, я – чертовски красив…. Не пропадать же генофонду?!»

Звонит телефон.

 

- ………………………….Да. ………………………Ты – гений………… Все поняла, просто беру чемодан и иду……………

 

Кармен вытаскивает из машины чемодан и катит его к входу «Вестернбанка». Ее останавливает ФБРовец.

 

- Сюда нельзя посторонним.

- Сотрудник отдела внутренних расследований Кармен Фиорентино.

- Насколько я разбираюсь в ситуации, тут пока нет никаких внутренних расследований.

- Вы абсолютно правы, но есть небольшая проблема, офицер…

- Какая проблема?

 

Кармен набирает номер Марты и дает телефон ФБРовцу.

 

- Марта Сваровски, отдел расследования убийств.

- Так какая у Вас проблема, Марта?

- У меня сегодня «красный день календаря», и мне нужны затычки.

- Не понял.

- Простите, как Вас зовут?

- Джордж Буш.

- Я серьезно…

- Я тоже. Мы с президентом тезки и однофамильцы.

- Ну хорошо…. Скажи, Джордж, ты знаешь, как устроена женщина?

- В общих чертах, мэм.

- Тогда ты должен знать, что у баб бывают месячные! Месячные, Джордж, ты знаешь, что это такое?.....

- Знаю, мэм.

- Женщина, которую ты видишь, - моя подруга Кармен и она несет мне «тампаксы»…

- А чемодан зачем?

- «Тампаксы» в нем… А ключ от чемодана у меня… Так получилось… Джордж, слушай, я пошевелиться не могу… Если я сейчас встану, из меня потечет. Ты хочешь, чтобы инспектор Сваровски опозорилась на весь город?

- Я все понял. Держитесь, инспектор. ……Проходите.

 

                                                   *   *   *

 

- «Я все понял. Держитесь, инспектор»!! Я чуть не обоссалась со смеху. Джордж Буш!

- Не расслабляйся дорогая. У нас очень мало времени. Доставай карлика.

 

Черный сюрреализм: Марта держит труп Джерри подмышкой и, замотав свою руку носовым платком, прикладывает его ладошку к сливному бачку, плинтусу и торцу дверцы кабинки. Еле-еле. Едва-едва…..

 

- Садись на унитаз.

- Что?!

- Кармен, мне нужно минуты 3-4. Садись на унитаз и ори «занято!!», если кто-то попытается зайти.

 

Марта прислоняет мертвого Джерри к стене, с трудом протискивается в дыру, втаскивает Джерри и, зажимая нос, исчезает. Через 4 минуты возвращается. Слышны странные звуки.

 

- Что за хрень?.....  Кармен? (шепотом)… Кармен, ты тут?

- Да дорогая. Извини, я немного отвлеклась……. Но я не виновата…. Посмотри сама….

 

Марта открывает дверь кабинки. Кармен сидит на унитазе. Черные трусики натянуты на загорелых икрах. Правая рука между ног, левая сжимает правый сосок. Большой темнокоричневый сосок. Большой темнокоричневый твердый сосок.

 

- Зайди.

- Кармен, не сейчас… Тебе надо срочно уносить отсюда свою задницу!

- Да, дорогая, но ты только глянь….

- Ну что тут у тебя??

 

На внутренней стороне дверцы скотчем приклеена фотография: два негра криминально-баскетбольной наружности трахают интеллигентную белую женщину. Интеллигентную белую женщину в деловом костюме и эксклюзивных очках. Они ее даже не раздели, только открыли доступ к нужным отверстиям. Женщина вот-вот кончит. Разглядывая фото, Марта поворачивается к подруге спиной.

 

- Как там Джерри? Он хорошо устроился?

- Что ты делаешь?

- Расслабься, Марта…… Расскажи, как пристроила сраного лилипута….

- Карлика, Кармен…

- Я знаю… Я специально… Слушай, мы ведь уже протрезвели?....... И трава давно выветрилась….

- Что ты творишь, Кармен…. А если кто-то войдет?.....

- Никто не войдет… Скажи, из тебя вся дурь выветрилась?

- Я не знаю… Должна выветриться, но меня, если честно, прет.

- Меня тоже. Я чувствую себя героиней комикса. «Марта и Кармен».

- «Марта Кармен против Дистрофика».

- «Марта и Кармен против Дистрофика и Карлика»!

- Я просто проломила ему башку… Треснула как следует об стену….. Что ты творишь?!..... И бросила в отстойник….. Там… там………………….. глубина…………. Там глубина метров 15, и такая вонь…… Я не представляю, как его будут доставать…..

- Но это не совсем то, что мы планировали…

- Не совсем, дорогая, но где я возьму пистолет! Может маленький говнюк и не заслужил такого погребения, но у нас нет выбора…. В конце концов……………. ………. …………..В конце концов, он сам все это начал….

 

Я даже не знаю, каким образом снята эта сцена. Так интересно, что на работу оператора не обращаешь внимания. Кстати, это показатель класса оператора. Но в конце совершенно однозначно: пальцы Марты Сваровски на дверце кабинки. Сверху. Крупно. Вид снаружи. Камера отъезжает…. Опускается…. Наезжает – под дверцей две пары ног: широко расставлены могучие ноги Марты в спущенных джинсах, за ними перекрещенные ноги Кармен, украшенные ажурными трусиками. Дамы тяжело дышат….

 

                                                   *   *   *

 

- 271.

- Не может быть!

- Чтоб я сдох! Без всяких тренировок! Ты чем занималась эти два дня?

- О, босс! Вы не поверите, если я расскажу Вам все подробно… Может чуть попозже я открою тебе, вождь, как все было… Мы сядем с тобой на террасе…. Возьмем пива…. И ты узнаешь всю правду о Марте Сваровски….

- Так, все. 271 – это не полная жопа, но это жопа. У нас осталось 12 дней и 71 фунт. Это много Марта. Ты сегодня бегала?

- 8 миль, Альфредо, до последнего дюйма.

- Хорошо. Поработай минут 40 с легкой штангой и гантелями, потом пресс… 10 подходов… Потом спарринг… Мигель хотел с тобой поработать. Если ты не против, конечно.

- Я не против……………… конечно… И я сегодня выбью все дерьмо из это маленького засранца…. Если ты не против, конечно.

 

                                                *    *   *

 

- Неплохо, Марта, неплохо….. Не надо так втыкать правой…. Ты что не понимаешь, что этот говнюк хочет тебя вымотать и уделать в последних раундах?!... Держи его джебом…. Ты же выше на полголовы!! Не подпускай его к себе! Забудь про правую вообще…. Прикрывай ей голову и печень и долби его джебом!..... И ногами работай… Полшага вперед –  полшага вправо… Так…. Так… Закручивай говнюка….  Закручивай!! И правый кросс!! ……………………….. Твою мать!!!!!!! …..  Мигель!!!

 

                                               *   *   *

 

- Мигель! Миге-е-ель…. Ты как?

- Нормально……………

- Честно? Посмотри на палец. Вправо. Влево.

- Ты же сказал «забудь про правую»…

- Я не тебе сказал. Я Марте сказал.

- Мигель, прости меня ради Бога… Я не хотела…

- Ага, не хотела…… «Я выбью дерьмо из маленького засранца»..

- Ну, я образно сказала. Мигель, ну извини меня….

- Да брось, ты, все о’кей…. Я сам виноват… Думал, ну что мне сможет сделать женщина. Тем более белая.

- Белые не умеют прыгать?

- При чем тут прыгать?

- Не при чем, Мигель… Кино такое было. Вуди Харрельсон и Весли Снайпс. Не видел?

- Может и видел… Про бокс?

- Про баскетбол…. Ну про другую хрень: дружбу там, любовь….

- Тогда не видел, в Мексике баскетбол всем по сараю. У нас средний рост мужчины 168 см. Отец ушел?

- Альфредо ушел. По-моему, он сильно расстроился, он даже не выкурил свою «гавану»…

- Плохо дело.

- Ну ты вообще как? Встать сможешь?

- Смогу…… Да все нормально, Марта… Если б ты знала как меня однажды отмудохали в Тихуане….

- Ты тоже из Тихуаны?

- Я из Гвадалахары. А кто у тебя из Тихуаны?

- Да уже никого… Так, был один парень… Вчера мы расстались…

- Ты, наверное, расстроилась? 

- Нисколько… Он был так себе.

- Ладно, не хочешь – не рассказывай…………   Слушай, Марта, есть у меня к тебе небольшое дельце… Только обещай, что никому не расскажешь. Особенно отцу.

- Обещаю.

- И даже если я расскажу тебе о чем-то противозаконном, это останется между нами. О’кей?

- Ну, если речь не идет о тяжком преступлении.

- Речь идет о нарушении Кодекса об азартных играх.

- Это фигня, малыш. Выкладывай.

- Обещаешь, что никому?

- Клянусь. ……….Клянусь пенсией полицейского, мать ее!

- Так вот, на этих нарушениях мы можем срубить капусты. По-легкому.

 

Глава 10. Вы будете смеяться, но это все еще второй раунд.

 

Воскресенье, а как же! Воскресное утро – лучшее время для ударов судьбы. Лучшее время для нанесения ударов.

Солнышко светит ясное,

здравствуй страна прекрасная,

юные нахимовцы тебе шлют привет,

нет у нас другой,

родины такой,

тым-дыр-дым-дыр-дым-тры-ты-ты-тым!!

Не подходит. Нужна американская песня. Короче, солнышко светит, птички поют, флаг американский развевается, радио передает новости….

Нет, не угадали. Новости тут не при чем. Во всяком случае, нашего маньячины в них нет. Есть стрелок из Сан-Франциско – 9 жертв, есть «кровавая бензопила» из Атланты – 4 жертвы, есть «муж на почве ревности застрелил жену из спортивного лука, привязав ее к дереву» - ну это вообще вяло.

Почтальон, сука, принес подарочек. Позвонил дважды. Марта ему открыла. Она только с утренней пробежки вернулась, румяная такая… Подмышки мокрые.… Ну, думает, сейчас в душ, потом легкий завтрак –мюсли и обезжиренный творог – и на службу, а то там шефа совсем задрали пацаки-практиканты. А шефу – 4 месяца до дембеля. То есть до пенсии. Чуть больше 4-х…

 

- Вам заказное письмо. Распишитесь.

 

Расписалась. Фото и листок, отпечатанный на принтере. Блин, как хорошо было Шерлоку Холмсу. Посмотрели бы мы на этого британского педрилу в сегодняшнем Лос-Анджелесе. Почерка нет, отпечатков обуви нет, самое главное – мотива нет. Пока нет.

На фото милашка фунтов на 400. Но ее никак не назовешь «жирная сука», очень милая барышня, пампушечка такая…. Крем-брюле. На любителя, естественно. Отлично подошла бы для рекламы одежды больших размеров.

«Здравствуй, дорогая Марта! Извини, что долго не писал. Все времени не было. И, ты знаешь, я, кажется, влюбился. Ты не поверишь. Она весит 400 фунтов. Мы уже целовались, и я подарил ей орхидеи. У нее удивительный смех, как будто звенит серебряный колокольчик.

Мне даже жаль, что я такой принципиальный. Все зависит от тебя. Ты же помнишь, Марта, 200 фунтов. Ровно 200. И тогда мы с моей «шоколадкой» летим в Вегас венчаться. Клянусь. В противном случае мне придется убить мою ненаглядную. Не расстраивай меня, Марта. Я и так ужасно мучаюсь.

                                                                      Твой тонкий стебелек.

P.S. У тебя может возникнуть мысль идентифицировать мою возлюбленную по фото. Не рекомендую. Если я замечу хоть что-то подозрительное, я ее убью. А я замечу – мы практически не расстаемся с моей крошкой.

P.P.S. И еще, ты не знаешь случайно, что такое муки совести? У меня какие-то странные ощущения. Может это и есть муки совести?»

 

                                                    *   *   *

 

«Dead Monkeys». Семь вечера. Пусто. За угловым столиком Марта и Мигель. Мигель в темных очках. Но это не мешает любоваться шикарным синяком всех цветов побежалости на пол-лица. Возле них стоит официант.

 

- Большую «Tequila Silver», как обычно?

- Нет. Не как обычно. Апельсиновый сок и фисташки.

- Вам, молодой человек?

- То же самое. И сделай музыку погромче, амиго. У нас тут серьезный разговор.

- Конечно, амиго.

 

Марта и Мигель потягивают сок. На всю катушку орет «Motorhead». Марта и Мигель перекрикивают музыку.

 

- 30 штук, Марта. Тебе 25, мне 5. Ты согласна?

- А если я проиграю?

- Если проиграешь – 3 штуки. Тебе 2 с половиной, мне 500. Но ты не проиграешь, Марта. У тебя больше вес и нокаутирующий удар. Ты – прирожденный панчер.

- Мне 36, Мигель…. И я кое-что усвоила в этой жизни, малыш.

- Не называй меня малыш.

- Извини, амиго, больше не буду. В этой жизни дилетанты не выигрывают, только профессионалы.

- Да какие, на хрен, профессионалы! Там же в основном одни понты! Чемпионка России по самбо… Большая Медведица из Сыктывкара!... Это ж для лохов все… Если б там кто-то был таким крутым – он бы работал на Дона Кинга и получал по несколько лимонов за бой… Тебе надо только один раз попасть в голову… Один раз – и бабки наши.

 

Мигель умолкает и выжидательно  смотрит. Марта сосредоточенно расковыривает фисташку.

 

- Я сошла с ума…. Я сошла с ума…

 

                                          *   *   *

 

Камера медленно движется вдоль ограждения из бетонных столбов и колючей проволоки. Ночь. Темно. Пустыня внемлет Богу, и звезда с звездою говорит…. Извините, не удержался…Синеватые лучи прожекторов. Военная база. КПП. Подъезжает «Роллс-ройс».

 

- Добрый вечер, сержант. Мы к мистеру Рурку. Он нас ждет. Вот наш пригласительный.

 

Сотня баков быстро исчезает в огромной пятерне сержанта. Он поднимает шлагбаум. Камера движется вверх и «провожает взглядом» «Роллс-ройс»: по бетонным плитам он едет к ангару. Там уже стоит десятка три дорогих машин. Возле двери крепкие парни в штатском. Они говорят по рации. Организатора подпольных боев без правил зовут Микки Рурк. Играть его должен тоже Микки Рурк. Желательно. Этакое бронебойное обаяние порока. Харизма цвета антрацита.

Обычно бои без правил проводят на восьмиугольнике, но Микки ведь бывший боксер, ему нравится ринг. В центре ангара – ринг. Бар. Три кассы для приема ставок. Около сотни кресел. Но никто не сидит, все тусуются.

На ринг выскакивает мужик с внешностью пожилого Элвиса и орет в микрофон «Лэйдиз энд джентлмен!!!!» «В синем углу ринга….» «В красном углу ринга…..»

Ребята, держитесь за что-нибудь. На помост поднимается Марта Сваровски. Инспектор убойного отдела Лос-Анджелеса. Черный атласный халат с капюшоном, под ним черное трико. За ней идут: Мигель, Альфредо Гарсия и «Тупак Шакур». Помните «Тупака Шакура»? Это команда Марты. На халате белые буквы – «MARTHA, The Iron Maiden». Звучит «Iron Maiden». «Железную деву» придумал Альфредо. Он в молодости перся от их музыки.

А вот и Большая Медведица из Сыктывкара! Непобедимая Татьяна Ростропович! Звучит «Черный Ворон». Халат Медведицы стилизован под сарафан ансамбля песни и пляски «Березка», русая коса до пояса, на голове кокошник. Щеки ярко нарумянены. Татьяна взлетает на ринг. Чтоб там не говорил Мигель, она хорошо подготовлена. Стальная пружина. На 10 сантиметров ниже Марты. Легче на 70 фунтов. Татьяна достает из кармана халата мухомор и поднимает его над головой… Пронзительно визжит. Публика смолкает. Татьяна медленно откусывает кусок мухомора и медленно его разжевывает. «Черный ворон» звучит просто оглушительно, какой-то адский ди-джей подмешивает в песню инфразвук и сэмплы алтайского комуса. Ребята, это ширево!  Большая Медведица начинает кружиться по рингу и завывать… Все быстрее и громче…. Музыка смолкает – Медведица падает. Проходит минута. Рефери:

 

- Танья-а-а, ты готова?

 

Невероятно – Татьяна вскакивает из положения по-пластунски, как она это сделала – одному Богу известно, изо рта свисает пена…. Медведица сбрасывает халат, срывает кокошник и парик с косой. Швыряет все за канаты. Она обрита под ноль. До блеска.

 

- Im ready!

- О’кей, леди. Я хочу напомнить, что есть только одно правило, и оно гласит – здесь нет никаких правил. Кто останется стоять на ногах – тот и победитель! ……………………. Да чуть не забыл…. Все хотел спросить……… Марта, ты действительно целка?

 

- Пошел на хер, старый педик!!!

 

Правый кулак прикрывает голову, правый локоть – печень. Левый джеб механически вылетает каждые шесть секунд. «Главное – не дай ей перевести бой в партер, там у тебя нет шансов. Твой шанс – зарядить ей в дыню. Она намного ниже, забудь про апперкоты и свинги, поймай прямым или кроссом…. Один точный удар, Марта, один удар…»

Пока не получается. Там одни понты!! У Дона Кинга!!! Эта русская уходит от всех ударов Марты. Пока просто уходит… Явно что-то замышляет. Щурит узкие глаза. Странно, какая она русская? У русских глаза не такие…

Марта так и не поняла, как это произошло. Калейдоскоп какой-то: ноги и голова Большой Медведицы поменялись местами,  и из глаз брызнули искры. Из глаз Марты, ясен месяц! Потом поменялись местами потолок и пол. Марта больно ударилась носом о настил ринга, но это была еще не боль… Настоящая боль пронзила левую ногу Марты через несколько секунд. Теряя сознание, инспектор Сваровски услышала победный вопль победительницы и хруст собственной лодыжки.

 

                                                    *   *   *

 

- Что с ногой, док?

- Растяжение связок. Сильное растяжение.

- Это надолго?

- В смысле?

- В смысле, когда я смогу продолжить тренировки?

- Если не нагружать левую ногу, то хоть завтра.

- А если нагружать?

- А если нагружать, месяца через три-четыре.

- А если….. как-нибудь обмотать?... Обезболить?....

- Да как хотите, мэм… Если Вас устраивает жизнь одноногой женщины – как хотите…

- О’кей, док, куда меня везут?

- Больница Святого Йоргена. У Вас ведь есть медицинская страховка?

- Да. Со страховкой все в порядке.

 

                                                   *   *   *

 

- Вы позволите, мэм?

- Валяй… Кстати, как тебя зовут?

- Бенджамен. Бенджамен Ганн. Можно просто Бен или Бенни.

- Что это у тебя, Бен? Цветы?! Ты принес мне цветы?!

- Все женщины любят цветы. И королева Великобритании, и мои черные проститутки. Все.

- Короче, Бенни, выкладывай с чем пришел. Где ты, кстати, потерял Альфредо и Мигеля?

- Альфредо с Мигелем просили передать конфеты. Две коробки.

- Конфеты? Они рехнулись?

- Они сказали, сегодня можно. Чтоб сладко спалось. Вишня в шоколаде. Вишня, замаринованная ромом, в черном шоколаде… Ей Богу, я еле удержался, чтоб не вытащить парочку…

- Какие проблемы, Бенни, открывай коробку и угощайся. А в другой какие?

- В другой – самые лучшие в мире конфеты – там твои 25 штук, Марта.

- Подожди… Я что-то не врублюсь… Я же проиграла.

- А мы на твой проигрыш и поставили. Если бы ты выиграла, я бы потерял 350 штук, половина которых – не мои. Нет, Марта, мы не могли рисковать, ты должна была проиграть. Наверняка.

- Ах вы уроды! Ну, сука, вы козлы!!... А если б мне эта сраная Медведица голову отвинтила?! Вы об этом не подумали, мать вашу!

- Не отвинтила бы… Все было под контролем… Ну извини….. Понимаешь, подставу публика сразу просекает… А ты ведь вышла не проигрывать, ты вышла срубить эту сучку одним ударом – и это чувствовалось…. Ты когда-нибудь слышала о русском режиссере Станиславском?

- Слушай, Бенни, я просто преклоняюсь перед тобой!.......... Кто бы мне еще рассказал про русского режиссера!...

- Как не черный пимп…

- Как не черный пимп.

- Так вот этот русский… Тоже, кстати, русский… Этот Станиславский, он внимательно смотрел на своих актеров, а потом как заорет: «Вы что, говнюки, мать вашу, за лоха меня держите! У нас тут что, школьная самодеятельность! Не верю!! Не верю ни одному слову и ни одному жесту!!»

- Слушай, Бенни, откуда ты знаешь всю эту херню?

- Я учился на режиссерском. На том же факультете, где учились Коппола и Джимми Моррисон…..   А на третьем курсе попался с наркотой. Шесть лет. А потом как-то не получилось у меня вернуться в большое кино…

- Ладно, Бенни, все понятно…. Хотя обидно…. Но ты мне скажи, что, кто-то ставил на меня?!

- Конечно, Марта. Америка – страна патриотов: всегда найдутся идиоты, сделавшие ставки из патриотизма. Я сам удивляюсь. На твой проигрыш принимали один к одному и пятнадцать сотых. Я поставил 350 штук, Альфредо с Мигелем еще 15, мы получили назад 420 штук без малого. Разница 700 «мистеров Франклинов». Неплохо за 3 минуты?

- Я продержалась 3 минуты?

- 2 минуты 52 секунды. И это неплохо, Марта.

- Давай, Бенни, я сама буду решать, что плохо, а что нет…. Спасибо, что зашел…

- Так я пойду?..........

- Да, Бенни. Девочкам привет.

- Может, что-то нужно?

- Да, Бенни, нужно. Притарабань мне штангу. Небольшую, сто фунтов – максимум, гантели и эту херню на батарейках, что заставляет мышцы работать….

 

Глава 11. Третий раунд. (Он будет долгим, этот третий раунд… Предчувствие такое…)

 

- Слушай, Марта, мне неудобно тебя напрягать… Я в курсе, что ты на больничном… Как, кстати, нога?

- Тебя волнует моя нога?

- Волнует… Клянусь, Марта, волнует!...

- Хватит. Хочешь знать мой вес? Он больше 200 фунтов. 225 фунтов. У меня не получилось. Ты доволен, урод?!

- Напрасно ты так думаешь обо мне… Я расстроен… Ей Богу, Марта… Я очень расстроен. Ты сбилась с графика, и мне теперь придется убить мою шоколадку. Мой соевый батончик покинет меня навсегда… Я не виню, тебя, Марта… Задание было очень сложным, да еще с этой ногой тебе не повезло, но договор есть договор.

- Какой договор?! Ты, сучий потрох! У тебя, что есть договор? С печатью и подписью?!........ Может, ты мне расскажешь, почему ты выбрал именно меня?

- ………………………………………….

- Хорошо, скажи, ты выбрал меня случайно или нет?

- Нет, Марта, конечно, нет…. Извини, у меня мало времени, мне тут надо совершить убийство…. Я тебе перезвоню…. Или ты мне перезвони…..

- ………….?!

- Перезвони, если сложишь два плюс два… Нет, не так: если сложишь три плюс один.

 

                                               *   *   *

 

- Повтори слово в слово.

- Господи-ты-боже-мой, Кармен, я тебе уже сто раз повторяла – «если сложишь три плюс один».

- Нет, ну твою мать, ну кто бы мог подумать, что в нашей обычной сраной жизни будет как в кино! «Молчание ягнят»!

- Может он намекает на какой-нибудь фильм? Три плюс один… «Три мушкетера и д’Артаньян»?...

- Три поросенка и волк… Марта, до хренища таких сюжетов: есть герой и три каких-нибудь объекта. Три карты, например… Кто-то из русских написал оперу про картежников, так там были три карты: тройка, семерка и туз…

- Слушай, давай только не будем о русских. У меня на русских аллергия.

- Не будем. Тут не кино и не книжки. Он не в загадки с тобой играет. Он тебя конкретно достает. Именно тебя. Вопрос – зачем?.. Или – за что?

- Зачем понятно, чтоб достать.

- За что… Сколько мы тогда насчитали? На Гавайях.

- 832 мужика. Теоретически. С которыми я была знакома… Да я если встречу кого-нибудь из них – хрен вспомню…

- Что, ни одного?

- Нет, человек 20 вспомню… Но это все не то, Кармен…. Все они были такими…. Нормальными, что ли…. как думаешь, маньяками рождаются или становятся?

- Хороший вопрос, девочка моя.

- Девочка моя… Я старше тебя на шесть лет….

- Тебе не нравится, когда я называю тебя «девочка моя»?

- Нравится…… Так становятся или рождаются? Или ты не знаешь? Или ты не психиатр?!

- Я психолог, Марта. Позволь мне ответить вопросом на вопрос: а толстыми рождаются или становятся? Ты уж извини, что я бью по больному месту, но, мне кажется, это удачная параллель… Почему одни люди едят шесть раз в день, причем все подряд и у них нормальный вес, а другие мучают себя всякими диетами и все равно толстеют? А, Марта?!

- ……………………

- Рождаются, девочка моя, рождаются… Только до поры это не очень заметно. А потом количество переходит в качество. Когда мальчишка поджигает муравейник – он, конечно, засранец, но из него вполне может вырасти какой-нибудь адвокат или стоматолог. А может быть и по-другому: с муравьев он перейдет на птичек, с птичек на кошек, с кошек на людей…

 

                                                    *   *   *

 

- Ты извини, Марта, мы вскрыли пакет. Не стали тебя дожидаться…

- Что там?

- Газета, Марта. Чилийская газета. «Сантьяго сосьедад».

- И все?

- И все. И еще куча отпечатков пальцев.

- Естественно. Его куча народу брала в руки.

- Пакет – да. А вот газету – нет…

- Отпечатки на газете?

- На внутренних страницах.

- Ну?................

- Ждем… Если на этого парня что-то есть, мы скоро узнаем его имя.

- Что в газете?

- То самое дерьмо…  Диего, прочитай!

- «Вчера, 11 сентября,  на высокогорном курорте Сьерра-Палья было обнаружено тело женщины, гражданки США Гэрриет Б. Стоу.  Группа туристов из КНР наткнулась на «ледяную лыжницу» - так они ее назвали. Туристы сначала подумали, что это местная достопримечательность –муляж… Манекен… Но, когда рядом они обнаружили одежду и рюкзачок с личными вещами погибшей, стало ясно, что разыгралась драма. Абсолютно голая Гэрриет Б. Стоу стояла на лыжах с палками в руках в позе слаломистки. Покойница была покрыта слоем льда около 3 см. Такая смерть не могла быть естественной, ведется следствие. Эксперты считают, что туристический бизнес в Сьерра-Палья не пострадает, напротив, уже заметен приток публики с нездоровым интересом. Известный датский порнофотограф Оле Педерсен выразил крайнее сожаление, что не успел сделать серию фотоснимков «ледяной лыжницы»…

- Хватит этой херни…. Все понятно…

- Марта, никто тебя не винит….

- Да мне по херу, Джо… То есть, не по херу… Короче, ты понял. Мне насрать, винит меня кто-то или не винит. Это раз. Этого гондона мы найдем – это два. И в плен брать его не будем – это три.

 

                                                  *   *   *

 

- Ты уверена?

- На 97 процентов. Пробей по базе два имени, и я буду уверена на все 100.

- Ладно, диктуй…

- Ширли О’Хара и Соня Рабиновитц. Обе 1970-го года рождения.

- Ты с ними училась?

- Да… И еще, я, кажется, догадалась как сложить три и один…

 

                                                  *   *   *

 

Документальное кино. Черно-белое. 1988 год. Марте – 18 лет. Выпускной класс. Кстати, надо подыскать актрису, похожую на Марту, но соответствующего возраста. А то, когда зрелые дядьки и тетки играют Ромео и Джульетту, получается херня какая-то. Вспомните Меньшикова в «Сибирском цирюльнике».

Марта, Ширли и Соня. Интернационал. Марта – немка, Ширли – ирландка, Соня – еврейка. Американки во втором поколении. Толстушки. Без комплексов толстушки. Ширли принесла в школу марихуану…

Ширли принесла в школу марихуану. Один косяк. Женская раздевалка в спортзале. 17.00. В школе никого. Марта, Ширли и Соня. Жарко. Ширли раздевается. Ширли уже курила марихуану, она учит это делать Соню и Марту. Жарко. Соня и Марта раздеваются… У Сони бутылка «Johnny Walker». 1 литр. Жарко. Толстым всегда жарче, чем нетолстым. Три потных толстушки в женской раздевалке. Смешно. От травы всегда пробивает на хи-хи. «Johnny Walker» тоже свое дело знает. Соня предлагает устроить конкурс «Мисс Жопа»… У кого самая толстая жопа. Соня первая снимает белье. И лифчик, и трусы. У нее неожиданно маленький бюст: острые козьи сиськи с маленькими темно-коричневыми сосками. Вокруг сосков жесткие черные волоски. Соня поворачивается жопой к зеркалу и рассматривает себя через плечо…

Справа и слева пристраиваются еще две жопы: конопатая розовая жопа Ширли и жопа Марты – большая, но какая-то невыразительная, без изюминки. У Марты вообще жопа никудышная: широковата, плосковата и практически нет талии. Талия – это не жопа, но без талии жопа совершенно не смотрится. Согласитесь. У Ширли жопа классная – правильной формы, с рыжими конопушками и курчавыми волосами, растущими из промежности почти до пояса. Ширли вообще вся правильной формы – все путем – только все это раза в полтора больше нормы.

 

- Так, опять евреи на первом месте!

- По жопам таки да! Жопы – это наш профиль. Национальный колорит, мать его!

Соня прикладывается к бутылке.

- Ирландцы выигрывают конкурс «Суперсиська»!

Соня и Ширли смотрят на Марту.

- Приз зрительских симпатий достается Марте Сва…

 

Марта вдруг резко подскакивает к двери и бьет в нее ногой.

 

- Этот засранец подглядывал за нами!!

- Он не только подглядывал, Марта, он еще и дрочил… Смотри у него там что-то торчит из штанов. Тебя как зовут, извращенец?!

 

Марта крепко держит за плечи худенького мальчишку лет 14-ти. На лбу у него вздувается шишка, он красный, как рак. Его поймали с поличным. Его поймали мастурбирующим. Его поймали три толстых голых девки. Три толстых, пьяных, обкуренных, голых девки. В женской раздевалке.

 

- Ну-ка, ну-ка…. Доклад по физике… Работа ученика Адольфа Фогеля.

 

Соня произносит «Адольфа» с ударением на первом слоге. Соня – американка. Но Соня еще и еврейка, имя Адольф – для нее не просто имя.

 

- Я слышала, что все Адольфы – извращенцы. У них оч-ч-ч-ч-е-е-е-ень маленькие члены… Просто микроскопические писюны… Как у Микки-мауса!

- Соня, ты видела писюн Микки-мауса?!

- Сейчас я покажу вам писюн Микки-мауса. Держите его крепче.

……………………………………………………………………………..

- Маленький бледный червячок. Личинка майского жука… Такая нежная…. Такая беспомощная…

- Да ты поэтесса, Соня… Прямо Эмили Дикинсон…

- Скажи, Адольф, когда ты подглядывал за нами, ты представлял, что трахаешь нас? Расскажи, как ты это представлял, маленький пидорчонок…

 

- …………………………………………………………………………….

 

- Адольфы не могут трахать. Им нечем трахать…

- Бедные Адольфы…

- Но они могут кончать.

- Если им подрочить?

- Им нечего дрочить. Что ты тут собралась дрочить, мать твою!!

- И как же они тогда кончают, Соня?

- Они кончают, если их обоссать…

- Как гремлины?

- Ширли, блядь, не умничай! Гремлины не кончали, а размножались. Эти маленькие ушастые гондоны размножаются почкованием, это каждый ребенок знает! Адольфы кончают от мочи. От теплой женской мочи… Ты готов, сраный ариец?!

 

На полу женской раздевалки лежит Адольф Фогель. Он не сопротивляется и не произносит ни звука. Соня прижала его ногой к полу.

 

- Не хотите пописать, девочки?......

 

Три теплых струи льются на Адольфа. Девочки крупные, у них много мочи. Соня старается попасть в лицо.

 

                                                 *   *   *

 

- Соня Рабиновитц, Чикаго, 1999 год, ритуальное убийство. Преступление нераскрыто.

 

Мелькают мелконарезанные кадры. Огромная женщина прибита гвоздями к полу. На стене мелом нарисованный Микки-маус с огромным эрегированным членом. Над жертвой пластиковая бочка, из нее тонкой струйкой льется что-то вязкое желтого цвета. Полиция, эксперты, фотограф… Голос: «Раны не смертельные… она захлебнулась… это обычный лимонный сироп…»

 

Ширли Родригес, в девичестве О’Хара, Висбаден, 2003 год, несчастный случай…

- Несчастный случай?

 

Опять мелкая черно-белая нарезка. Толстая женщина в закрытом купальнике у кафельной стены. «Гутен таг!» «Гутен таг!» - отвечает женщина в клеенчатом переднике и включает брандспойт. Тугие струи разминают рыхлые телеса Ширли.

«Майн гот!!» - хочет крикнуть женщина в клеенчатом переднике, но успевает произнести только «Ммаа..» Несколько секунд ужасные судороги сотрясают тело Ширли, и она падает на мокрый кафельный пол. Женщина в клеенчатом переднике, резиновых перчатках и резиновых ботах выключает  брандспойт и заглядывает в стальное сопло. Как будто оттуда вылетело нечто, убившее Ширли…

 

- Заключение немецких экспертов: в результате неисправности электропроводки и т. д. и т. п., бла-бла-бла….. поражение электротоком, летальный исход. Она принимала на курорте душ Шарко…

- Это Дистрофик.

- Никаких улик.

- Он мне угрожал по телефону, что убьет проститутку у себя в номере. Точно также. Током. Это он!

 

Глава 12. Семь, восемь, девять…. Аут!

 

- Адольф Фогель, 32 года. Он учился с тобой в одной школе. Четырьмя классами младше.

- Я знаю. Мы с Кармен вычислили этого засранца. Что там на него есть?

- Да не так много… Родители погибли, когда ему было 11 лет – какая-то авария на мысе Канаверал, подробности засекречены. Воспитал его дядя, брат матери – летчик ВМС в отставке. После школы технологический колледж в Миннесоте и работа в НАСА. Что-то по коммуникациям, подробности засекречены. В 99-м уволился из НАСА и поселился в Майами. Устроился преподавателем в школу. Физика и математика. Три месяца назад уволился,  продал дом и автомобиль, и исчез…

- Совсем исчез?

- Нет, мать твою не совсем, а ровно настолько, чтоб мочить время от времени жирных теток и тебя терроризировать!

- И никаких следов, Джо?

- Он замел все следы, Марта. Все электронные, блядь, следы! Он вычистил все за последние три месяца… Но, при этом оставил все, что было раньше. Объясни мне, почему!

 

                                                *   *   *

 

- Объясни мне, почему!

- Он хочет, чтобы его нашли…. Точнее, чтобы ты его нашла.

- Как тогда, за дверью раздевалки?

- Не знаю, так же или не так же, но он хочет все закончить.

- Это как, все закончить? Меня грохнуть?

- Нет, дорогая, если б он этого хотел, давно бы грохнул – у него это отлично получается…

- Слушай, давай без этого сраного юмора…

- Железная Марта нервничает? Не злись дорогая, я хочу, чтобы ты понимала ситуацию полностью. Дистрофик либо хочет доказать тебе, что он крут, как Бэтмен, а ты – полное дерьмо, и для этого вам надо схлестнуться один на один, либо у него кризис жанра и он хочет чтобы его убили… Ты убила…

- И для этого нам надо схлестнуться один на один.

- Именно. Похоже, тебе не удастся избежать свидания с мистером Фогелем.

- Вери гуд!! Мне уже снится это свидание! Я просто задушу эту гниду от избытка чувств!

- Только постарайся, дорогая, чтобы это выглядело как необходимая самооборона.

 

                                                     *   *   *

 

- Алло, это Адольф…

- ………………………………………………………

- Алло, Марта, ты меня слышишь? Это Адольф. Адольф Фогель…

- Слышу. Можешь там мочить кого угодно, террорист сраный, мне по херу…

- По херу?!

- По херу! Мне тут взрослые пацаны объяснили, чего ты хочешь… Ты хочешь встретиться со мной один на один – да, засранец?! Соня, Ширли…. Осталась я. Или тебе еще кому-то надо отомстить? На тебя больше никто не ссал, пидорчонок?

- ………………………………………………………..

- Не слышу ответа!

- В последний раз, Марта… Сыграем в последний раз. Я тут немного поменял правила: тебе больше не надо худеть, а я больше не буду мочить жирных теток…

- Ты что, говнюк, хочешь выйти из игры? Тебя ждет электрический стул…

- Нет, пупсик, я не хочу выходить из игры. Я хочу закончить игру. У вас там серьезно с Кармен?

- Я убью тебя, урод!

- Именно это я и хотел предложить: или ты убьешь меня, или я убью Кармен. Срок как обычно – неделя. Кстати, как погодка в L.A.? А то у нас тут уже неделю идут дожди…. Пип-пип-пип-пип……

 

                                                     *   *   *

 

- Не пересказывай, я все слышала.

- Он сказал, что убьет тебя.

- Если ты не убьешь его. Я поняла.

- Он не блефует, Кармен.

- Да что ты говоришь! Кто тут у нас психолог, что-то я не поняла… Я знаю, что он не блефует… Сопли подбери… Мы же не будем сидеть, сложа руки.

- Я уничтожу эту тварь!

- Так, только без фанатизма, дорогая. Просто так ты не можешь его убить – нам нужна необходимая оборона. Есть два варианта… Впрочем, он их уже предложил.

- Или найти и убить его, или убить его до того, как он убьет тебя… Пиздец какой-то! Какой-то сраный триллер для слабоумных… Что выберем?

- Ни то, ни другое. Мы вдвоем поедем искать его. Чтоб всегда под рукой были оба варианта.

- Поедем? Куда?

- Во Флориду. Вот метеосводка за последнюю неделю – только там неделю идут дожди. Ты же не думаешь, что он уехал из Штатов и звонит нам из какого-нибудь долбаного Пакистана?...

- До этого тоже было Майами… «…У нас уже неделю идут дожди….»

 

                                                 *   *   *

 

- Ровно неделю, мистер Фрезер… Джо, ну я прошу тебя!

- Сваровски, эти сказки про подлечиться на курорте ты будешь рассказывать в детском саду для особо тупых! Что вы там задумали с этой крашеной выдрой?!

- Не хочешь по-хорошему? ОК, я увольняюсь! Иди ты в жопу… Идите вы все в жопу! Я что, нанималась ебошить на это сраное государство?! Поддерживать этот сраный правопорядок?! Служить, блядь, и, сука, защищать!!! 

- Сваровски… Марта… Ну подожди… Сядь…

- Да иди ты…

- Сядь… Нет, в мое кресло… А теперь представь себе, что это ты старый черножопый Джо – начальник отдела…. Что тебе до пенсии чуть-чуть… И тут приходит… Приходишь ты и говоришь «Выдайте мне лицензию на отстрел маньяка»…. Молчишь?

- ………………………………………………………………………

- Он звонил еще раз?

- ………………………………………………………………………..

- Ладно, не отвечай. Как ты там говорила, гнаться на машине, потом верхом и нагнать гада на заброшенном цементном заводе?....

- Сталелитейном.

- Сталелитейном. Ровно неделя. И постарайся привезти набор билетов куда-нибудь на Багамы и обратно…

- Спасибо, Джо…

 

                                                     *   *   *

 

Я думаю, нет смысла описывать весь процесс поиска. Всем уже понятно, что маньяк устал от собственного маньячества, и хочет отдуплиться навеки. Но взять и застрелиться он не может. Не потому, что кишка тонка. Она оказалась очень даже не тонка – кишка Адольфа Фогеля. Нет. Адольф Фогель все-таки маньяк, а не какой-нибудь сраный неврастеник. Он хочет доиграть до конца. Он может и застрелится, если ему удастся убить Марту Сваровски, а потом еще и скрыться от правосудия. Но где-то там, в глубине своей темной маньячьей души, Адольф Фогель хочет, чтобы Марта Сваровски убила его. Круг должен замкнуться.

Поэтому надо как-то обозначить, что прошла неделя с момента последнего разговора Марты и маньяка. Можно просто нарезать короткие кадры, как Марта и Кармен носятся по Флориде и наводят справки, круг сужается… А на этих кадрах пустить титры: «первый день отпуска, второй день и т. д.».

«Седьмой день отпуска»…. Маленький аэродром. Флоридская глубинка. Вокруг болота, в воздухе пахнет малярией. Из маленького самолета вылезают (не выходят, не спускаются по трапу, а именно вылезают) Марта и Кармен. Самолет разворачивается и взлетает – назад на Восток, в Майами. Возле диспетчерской будки сидит старый кубинский эмигрант. Он курит «гавану» и пьет из горлышка «Gordons» (ненавязчивая реклама «Gordons»). На кубинце очень дорогой (когда-то) и очень засаленный костюм-тройка на голое тело. На ногах «Nike Air» (ненавязчивая реклама «Nike»). Носков нет.

- Буэнос диос, синьоры.

- Буэнос…

- Как тебя зовут? – грязный морщинистый палец нацелился на Кармен.

- Кармен.

- Сегодня ты умрешь, Кармен.

- …………………………………….. Спасибо, что предупредил, надо не пропустить.

Из диспетчерской выходит молодой парень тоже испанской наружности.

- Не слушайте этого старого пьяницу, синьоры…. Шел бы ты спать, дедушка…. Меня зовут Мигель Санчес, чем я могу помочь прекрасным синьорам?

- Ты видел этого человека, Мигель?

- Да. Его зовут Адольф, он немного странный…

- Странный?

- Да, синьоры, смотрит все время вдаль и улыбается…

- Ты знаешь, где его найти?

- Конечно, синьоры.

- Ну и где?

- Три сотни.

- Три сотни?! Да ты зарабатываешь тут как адвокат с 5-й авеню! Одна сотня.

- А он вам очень нужен, этот Адольф?

- Слушай амиго, с чего ты взял, что помочь двум дамам найти старого знакомого стоит триста баков. У тебя тут что бюро по розыску одноклассников?

- Дело в том, синьоры, что без меня вы его вообще не найдете. Этот парень на крокодильей ферме. Это в двадцати милях отсюда, вокруг сплошные болота. Или самолет, или катер. Катер у меня есть. Триста баков. Деньги вперед.

 

                                                     *   *   *

 

Закат солнца в болотах центральной Флориды. Это красиво. Знаете, у них там есть такие катера, не с винтом, а с пропеллером? Короче, чтобы посудина не увязла в водорослях, иле и прочем дерьме, надо чтобы осадка была минимальной. Поэтому катер – это бак, сваренный из стальных листов, на нем – здоровенный пропеллер в решетке, ну и какие-нибудь там мостики-перила для удобства. Вот такая хренотень несется строго на Север. За штурвалом Мигель, у него такое выражение лица, как будто он – капитан Морган, за поясом старый «Кольт» 45-го калибра (ненавязчивая реклама «Кольта»). На корме сидят Марта и Кармен. Им хочется писать. Это от избытка адреналина, но писать нельзя: назовите хоть один блокбастер, где дамы писали бы в кадре… Хотя нет! В «Прирожденных убийцах» Джульетт Льюис писала. Правда, писала она целомудренно – общим планом, никакой порнухи… Так что можно. Марта и Кармен приспускают джинсы и трусы и свешивают попы… Жопы? А ладно, попы… Свешивают попы за борт, держась за поручни. Марта слева от пропеллера, Кармен – справа. Слава богу, что датский порнофотограф Оле Педерсен не знал об этом эпизоде! Он бы сожрал свой «Хассельблад» с набором оптики и вспышкой от огорчения, что пропустил такую натуру…

Две мощных струи вспарывают тухлую воду, оставляя пенный след. Красное солнце коснулось верхушек деревьев…

Мигель делает «лево-руля» и сбавляет скорость. Катер точно вписывается в узкую протоку и на малых оборотах подходит к причалу. Причалу – это громко сказано. Четыре прогнивших доски на черных осклизлых сваях. К чахлому болотному деревцу гвоздями прибит кусок фанеры. Выцветшие буквы «Crocodile Farm».

- Когда за вами вернуться, синьоры?

- У тебя есть мобильный, Мигель?

- Есть, но тут нет связи… Глухомань… Доставка назад всего сто долларов…

- Ладно, амиго, приплывай завтра в это же время.

Мигель смотрит на свои часы (вы будете смеяться, но у него настоящий «Rolex»).

- Значит завтра около восьми вечера.

 

                                                       *   *   *

 

- Ну, и что теперь?

- Теперь? Это зависит от условий игры… Что вообще тут за срань? Какой-то гребаный крокодилярий? Ау!!! Люди!! Тут есть вообще кто живой кроме долбанного маньяка?!

- Адольф, ты тут!!? Ты тут, маленький пидорчонок?

 

Где-то недалеко слева что-то тяжело бухнуло в воду, и сразу заверещала птица прямо над головами Марты и Кармен. Еще две пичуги перепорхнули с ветки на ветки и тоже что-то затренькали… То ли друг другу, то ли заходящему солнцу, то ли нежданным гостям… Нежные пурпурные лучики заплясали в верхушках деревьев…

Один лучик заплясал на груди Кармен Фиорентино. Потом медленно поднялся и замер на лбу. Марта успела открыть рот и сделать неопределенное движение рукой – громко чавкнуло, и Кармен с аккуратной дырочкой во лбу рухнула навзничь.

 

                                                        *   *   *

 

Наверное, Марта должна была выхватить «пушку» и со словами «ты покойник!» ринуться в заросли острова… Наверное. Она сидела на земле и рыдала. Беззвучно. Без криков, стонов и слез. Под головой убитой подруги медленно растекалась темная лужа.

 

- Прости, что так получилось, но мы ведь договаривались, ровно неделя…

 

Марта выхватывает автоматический пистолет и стреляет. Четыре раза. Туда, откуда прозвучал голос. Голос сраного маньяка Адольфа Фогеля.

 

- Или ты убьешь меня, или я убью твою любовницу. А я еще жив, ты уж извини…

 

Еще четыре выстрела в кусты, откуда звучит голос, и Марта откатывается за дерево. Тишина. Через двадцать минут инспектор Сваровски по-пластунски подползает к небольшому магнитофону, висящему на сучке. К магнитофону скотчем приклеена записка.

 

 «Здравствуй, Марта! Рад, что ты приехала. Ты даже не представляешь себе, насколько я рад. Это остров. Вокруг болота. И, судя по тому, что ты читаешь эти строки, мы остались вдвоем. Здесь выращивают крокодилов, чтоб потом наделать из их кожи всякой галантереи и обуви. Бедные твари. Будь осторожна, смотри, куда идешь, а то останешься без ног – что мне потом с тобой делать?! Я хочу доиграть до конца.

 

Я что-то запутался в последнее время: не знаю, чего хочу. Чего-то хочу, а чего именно – не пойму. Стрелять я больше не буду, обещаю. А то это было бы совсем неинтересно – два выстрела – два трупа. Это не игра, это холокост какой-то.

                                   С надеждой на скорую встречу, Адольф Фогель.»

 

Три обоймы по десять патронов… Марта вытаскивает обойму из пистолета – в ней один патрон, и один в стволе. Марта – опытный коп: два патрона – это плохо, надо перезарядить… Целая обойма клацнула в рукоятке, затвор назад. А два патрона, что остались – в маленький кармашек джинсов, тот, что спереди справа. Это крупным планом, вы же понимаете, что эти патроны потом сыграют свою роль…

 

*   *   *

 

Помните «Остров сокровищ»? Нет, тут  у нас совершенно иной коленкор. Тут у нас не коленкор, а почти «синий бархат»…. А ля Дэвид Линч. О!! Дэвид Линч!! Вот еще кому я доверил бы снять этот фильм. Правда получилось бы совсем не смешно… Получилось бы очень глубоко и очень напряженно. И еще кадры были бы выверены от и до.

Нет, Тарковский и Параджанов, будь они даже живы, за это не взялись бы… Для них это попса. Ну и хрен с ними, с эстетами сраными!! Хотя я дико извиняюсь, все-таки классики…

И все-таки сраные эстеты. Если б не Совок, а нормальный рынок, хрен бы они чего сняли… Ни один продюсер не связался бы с режиссером, снявшим «Зеркало»….

Во лирика поперла! Видно накатило….

А вспомнил я их потому, что тоже умели выверять кадр до микрона.

 

                                               *   *   *

Так, тут у нас не «Остров сокровищ»…. Это я к чему?   А-а-а-а… Фогель как Бен Ганн, бегает где-то вдалеке и прикалывается: играет на губной гармошке «Майн либен Августин» и кричит всякие фашистские «кричалки». Типа «Дойчланд юбер аллес», «хенде хох», «хальт, цурюк, аусвайс контрол» и тому подобное.

Марту чуть не укусил за ногу крокодил.

А дело было так, сначала Марта взвела затвор и со словами «ну все, сука!» ломанулась в гниловатые заросли какой-то карликовой мимозы. Ломанулась на крик. Бежала минут семь. Сильно вспотела, но не устала. Остановилась, сосчитала пульс. Двадцать пять ударов за пятнадцать секунд – сто ударов в минуту… Нормально!! Дай Бог тебе здоровья Альфредо Гарсия! И сразу Марта вспомнила как гнусно наебали (уж извините, дорогие ревнители моральных норм, другого слова не подберешь) ее Альфредо с Мигелем и этот ниггер… Как бишь его? Тю, еб-тыть, Бенджамен Ганн!! Нет, тесен, тесен мир как кухня в «хрущовке»! Америкосам, правда этого не понять… Ну ладно, в американском переводе «как заднее сиденье «фольксвагена».

Так, о крокодиле… Сосчитала Марта пульс, вспомнила тренировки по боксу, как-то даже немного возгордилась, осторожно пукнула – беззвучно – ментовская (в смысле коповская) привычка – чтоб не спугнуть преступника и присела не столько передохнуть, сколько собраться с мыслями.

Я, честно говоря, уже не помню, какой у Марты вес. У них с маньяком все время там какие-то терки были – столько-то фунтов за столько-то дней… Если бы в килограммах, я бы еще запомнил, а в фунтах – извините. Фунты – это чистая экзотика, чтоб по Станиславскому все было натурально и правдоподобно. Где-то под девяносто килограммов в ней сейчас. И очень хорошо, что под девяносто, доложу я Вам, потому что села Марта прямо на крокодила. Он спал, никого не трогал, и тут конкретная такая жопа опускается между глаз. Девяносто килограммов – это не пятьдесят: не смог хищник резкий приемчик сделать.

Марта конечно тоже едва не обосралась, женщина все-таки, хоть и из убойного отдела. Это только в кино бабы такие крутые – «маваши-гири», ствол в нос и «вы имеете право на адвоката». А возьмите Настю Абдулову и посадите на живого крокодила длиной в пять метров! Вот именно – хрен вы ее посадите!

Но с другой стороны, это и есть кино – «Толстых не любит никто». Суперблокбастер. Парадоксальный триллер. С элементами эротики.

 

                                                    *   *   *

 

Я в детстве восемь раз ходил на «Табор уходит в небо». А знаете почему? А потому, что там Светлана Тома, которая играла цыганку Радду, показывает сиськи! Красивые сиськи у нее. Нам, пацанам семидесятых эти сиськи снились. Первые поллюции – результат демонстрации этих сисек. Причем заметьте, Рада и Лойко Зобар упали в воду, а потом сушили одежду у огня: все естественно и красиво… Эротика!.... Это к тому, что порнография уже заебала. Ей Богу!! Только зайдешь в Интернет и сразу www.pilotka.net, а хочется ну типа романтики, что ли?... Ну я не знаю…. Может это женское начало во мне заговорило?

 

                                                   *    *   *

Крокодил, во-первых, спал, он и не въехал сразу, может это конец света уже – Марта села ему жопой прямо на голову, там, где глаза – крокодил и не видит не фига, и больно ему, и неприятно… В общем он какие-то судорожные начал делать движения, а Марта, та ведь наоборот – вся на нервах – вскакивает как на пружинах, и пол-обоймы бедному пресмыкающемуся прямо в то место, где сидела – между глаз. Он хвостом по земле как начал колотить, сначала мощно так, а потом слабее, слабее….. А потом лапы задрожали мелко-мелко… И затих.

Минус пять патронов. Пять в обойме, еще одна обойма – десять и два в кармашке. Семнадцать патронов у Марты осталось. Семнадцати патронов на одного маньяка должно хватить… А с другой стороны, тринадцати патронов уже нет, а Фогеля-пидараса Марта еще в глаза не видела! Тенденция неприятная, однако…

 

                                                     *   *   *

 

Солнце село. Скоро станет совсем темно. Горячка прошла. Не бежит больше Марта с оскаленной физиономией за маньяком. Не стучит в висках кровь. Не потеет ладонь на рукояти пистолета. Марта медленно идет по тропинке, спрятав руки в рукава и натянув до самого носа капюшон спортивной куртки. Марту безжалостно жрут комары. Москиты… Какая-то мелкая мошка, от укусов которой тут же вздуваются зудящие волдыри. Больше всего кровососущие гады любят щиколотку. Это место защищено только тонким носком – кусай не хочу! Мысли о костре, о ночлеге, о спасительном дыме и предательском свете тяжело ворочаются в голове… Не рассчитывала Марта ночевать здесь одна. Одна против маньячины – Адольфа Фогеля – извращенца сраного!! Ведь подкрадется сзади незаметно, на цыпочках, в китайских кедах и черном спортивном костюме «Adidas»… Черный «Adidas», три черных полоски… Vintage – копия модели 1978 года. (Ненавязчивая реклама «Adidas»). Подкрадется незаметно сзади и как ебанет по затылку совковой лопатой!! Именно совковой! Не штыковой, не саперной, не педерастической бейсбольной битой!! Ну откуда тут на хрен бейсбольная бита!

Эта картина так явственно встала у Марты перед глазами, в таких мельчайших деталях увидела она себя, надламывающуюся в коленках и падающую лицом в гнилую болотную почву… А сверху торжествующий Адольф – безмолвный победитель. А потом он оттащит ее бездыханную в укромное место, надругается над ее телом, измучит ее душу и убьет…

Странная сладость посетила  сознание Марты при этих мыслях, она почувствовала себя героиней супербоевика… Бестселлера… Обладательницей «Оскара» за лучшую главную женскую роль…

Сбоку что-то мелькнуло. Марта резко присела и вытащила пистолет, почти бесшумно взвела курок…

 

                                                      *   *   *

 

В этой лампе было что-то странное, она горела как-то не так… Маленькая полянка, каморка из фанеры, каких-то деревянных обломков и рубероида. Возле двери маленький столик и скамейка…

Бог ты мой, да это керосинка! Ну конечно, откуда в этих дебрях электричество? На столе – керосинка и клочок бумаги, вокруг тишина, только гнус звенит в ушах и жалит тело.

 

«Все идет по плану. Добрый вечер, Марта! Располагайся, чувствуй себя как дома. Черепахового супа нет, извини, но есть хлеб, консервы, кола. Перекуси и ложись отдыхать, завтра нам надо все закончить.

                                                         Навеки твой, Адольф Фогель.»

 

 

Глава 13. Последний сон Марты Сваровски.

 

Это глава так называется – «Последний сон Марты Сваровски», а в фильме никаких глав нет, поэтому зритель сразу не должен врубиться, что это сон.

Марта прочитала бумажку и сунула ее в карман. Потушила лампу и медленно на цыпочках подкралась к двери. Прислушалась – вроде тихо. Бесшумно вошла в каморку. Вернулась с зажженной лампой и осмотрелась. Десять футов на десять футов. Гамак, шкафчик, табуретка и какой-то ящик в углу. Скорей всего с провизией… Так и есть: консервы, хлеб в целлофане, минеральная вода и кока-кола.

Есть не хотелось. Марта выбрала стеклянную бутылку с минералкой, внимательно осмотрела крышечку, откупорила о край ящика и не спеша выпила половину. «Даже если умираешь от жажды – пей немного, подожди и еще немного» - Марта помнила заветы Альфредо. Старого индейца. Старого жулика. Осторожно присела на край гамака. Ничего – выдержал.

Если поставить лампу перед входом, а самой сидеть в этой лачуге, вряд ли Адольф сможет подкрасться незаметно. Если заходишь со света в темноту, ни хрена не видно. Марта поставила три пустых бутылки сразу за порогом и вернулась к гамаку. На табуретку рядом положила пистолет. Сидела так минут пятнадцать, вслушивалась в ночные болотные звуки. Звуков было даже слишком много: одни насекомые издавали вариаций шесть-семь, плюс какие-то далекие всплески и хлюпанье. Подбородок ткнулся в грудь… Чуть не уснула! Марта влепила себе пару крепких пощечин, хотела еще растереть уши, но замерла. В ночных звуках появилась некая система… Ритм.

Так и есть, шаги. Быстрые шаги. По той же тропинке, что привела Марту к хибаре Адольфа Фогеля. Шаги остановились…

Тук-тук… Нет, это в женских романных «тук-тук»… А у Марты сердце стучало «бух-бух-бух» - паровой молот, а не сердце! Пламенный, блин, мотор!

И что теперь делать? Выйти? Так там лампа горит! А у Фогеля СВД. Он обещал, что не будет стрелять в Марту, но кто ж поверит маньяку?! Кто поверит психопату и убийце?!!! НЕТ!! Сидеть и ждать. Восемнадцать патронов. Должно хватить.

Тишина… В смысле не абсолютная тишина: нет ни шагов, ни других «человеческих» звуков. А вдруг маньяк подожжет свою хибару? Марта выскочит, а он ее из снайперской винтовки… Прямо в сердце. Или в голову… Нет, в сердце лучше. А то в голову – некрасиво. А в сердце хорошо. Всем героическим стандартам соответствует. А потом будут Марту хоронить всем отделом.. В красивом гробу. Под звездно-полосатым флагом. Старый Джо Фрэзер будет плакать. И Альфредо с Мигелем будут плакать. И даже Бенджамен Ганн смахнет слезу.

Вроде сзади что-то хрустнуло. Окон то в хибаре нет, только дверь – не посмотришь. Остается только сидеть и прокручивать мысли. Все мысли одинаково хреновые. Можно поджечь этот домик из картона и рубероида. Вспыхнет, как веник! Можно бросить дымовую шашку. Вообще просто. Можно запустить внутрь ядовитую змею. Даже не змею, а змей. Их тут, наверное, как грязи. Это вполне в стиле Адольфа Фогеля. Он ведь ждал Марту и Кармен. Все рассчитал, гений сраный. Кармен сразу ликвидировал, чтоб не мешала, а Марту решил помучить. Поизмываться.

Господи!!!! А может змеи уже тут? Или ядовитые пауки!! Так, не ссать, инспектор Сваровски!! Если б они были тут, твою толстую жопу давно бы уже укусили…

НЕТ!!! Не обманешь, псих вонючий!! Не возьмешь на испуг!!! Сидеть и ждать. Он себя выдаст. Восемнадцати патронов должно хватить.

Опять какой-то звук. Звук человека. Слева. Это Фогель… Точно маньяк. Больше некому. Эта гадина за тонкой стенкой…

За тонкой стенкой. За тонкой стенкой.. За тонкой стенкой…

ЗА ТОНКОЙ СТЕНКОЙ. Марта, вот же он. В пяти шагах. Положить пули квадратом: две вверху, две внизу и одну по центру. Только дождаться еще одного звука. Давай засранец, только пукни… Только вздохни, сука!!

Есть!! Бах-бах-бах-бах-бах!! И еще раз бах! По центру. Для верности.

Тишина. Все замолкло. Даже москиты, и те на время вроде как заткнулись.

И тут же, справа по стенке ударило твердым. За полсекунды Марта вставила новую обойму и за полторы выпустила ее в того, кто был снаружи. Она не могла промазать. Рубероид как решето. Неясный свет сочится сквозь дырки.

Пять минут… Десять… Двадцать.

Очень медленно и бесшумно Марта выходит из домика и заглядывает за угол – на земле валяется расстрелянная водяная крыса. Окровавленный комок мяса и шерсти.

Представьте себе лицо человека, который пытается понять, что с ним было – сон или не сон. Вот такое лицо было у Марты Сваровски. С одной стороны подсвеченное керосиновой лампой, с другой – розовыми лучиками рассвета.

Две пустые обоймы и одна дохлая водяная крыса. Нутрия, мать ее!

Нет, не может быть, что все это приснилось Марте! Разве она заснула? Сколько времени она просидела в гамаке Адольфа Фогеля?

Да, все-таки заснула. А потом услышала шорох и проснулась. Сначала слева, потом справа. Ну не могла же Марта во сне взять пистолет с табуретки, выпустить пол-обоймы, перезарядить и выпустить еще обойму! Нет, не могла.

Справа крыса. А что было слева? Вот они, шесть дырок: четыре образуют квадрат и две по центру. Пусто. Вытоптанная трава, серая пыль. В пыли следы. Естественно, это ведь жилище Адольфа Фогеля, и тут его следы. Везде. Кроссовки « Adidas Torsion», 10-й размер. Судя по отпечаткам, совсем новые. Есть хорошие отпечатки возле лужи. Грязь превосходной консистенции – не очень жидкая, не очень густая – мечта криминалиста. И какие-то пятнышки. Характерные. Сто раз видела Марта такие пятнышки… Мамма мия! Да это же кровь. Значит, попала Марта. Попала в маньячину.

Следы такие четкие по влажной тропке бегут. И через шаг несколько капель крови. Совсем свежей. Десяти минут не прошло. Все, сучонок, пиздец тебе!!

………………Так стоп. Стоп-стоп-стоп…… Осталось два патрона. Вот они, в кармашке джинсов. Вот они в обойме. Так, только спокойно… Спокойно, мать твою!...  Стрелять наверняка. В упор.  

Под ногами захлюпало, из травы выступила вода… Не наступить бы на крокодила…Тропинка закончилась. Впереди ярдов тридцать болота и хлипкий мостик, ведущий на островок, поросший гниловатой травкой и чахоточными кустиками. На острове ржавая будка из листового железа. На будке знак, обозначающий радиацию и надпись мелом «Долорес – сука драная». Надпись по-английски.

На мостике крови побольше. Наверное, маньяк замедлил ход. Это уже не капли, а почти непрерывная линия. Совсем свежая. Три минуты. Не больше.

Он здесь… Он в двух шагах. Только наверняка. Только в упор…

На середине следы закончились. А это значит?................ А это значит?.......... Это значит, что либо Адольф Фогель вернулся назад… И он сейчас за спиной… За спиной!!! Нет его за спиной…. Либо……………

Марта не успела додумать последнюю мысль. Сильный рывок сбросил ее с трухлявых деревяшек, и она рухнула навзничь, нелепо размахивая руками. Пистолет булькнул и исчез в бурой воде. Взамен выпорхнули мелкие пузырьки болотного газа.

Ну как вам это описать? Видели женский реслинг в грязи? Представьте, что туда каким-то чудом взяли барышню не за красивые сиськи-письки, а действительно мощную и злую. Это Марта. В семи футах от мостика, по пояс в воде.

Напротив Марты, спиной к мостику – Адольф Фогель, маньяк-убийца. Такой же мокрый и грязный.

- Ты, я слышал, занималась боксом… Я давно мечтал об этом, Марта… Помнишь, как ты тогда врезала мне в раздевалке?.. А потом вы втроем обоссали меня? Три жирных тупорылых суки!! Ну, давай, покажи, чему научил тебя старый индеец!

 

Надо заметить, что Адольф Фогель выглядит очень неплохо. Нет, он тоже, как и Марта весь в болотной жиже. К шее успели присосаться две жирных пиявки.

 

Крупно: жирные пиявки, сосущие кровь.

Волнообразные движения. Стук сердца. Искаженное бешенством лицо Марты.

 

Адольф неплох как спортсмен. Ни грамма лишнего. Видно, что жилист и цепок. У него есть шанс. Он ранен. Он точно ранен. Но крови не видно, значит рана ниже пояса – под водой.

Описывать бой без правил в болоте? Ну не знаю… Не вижу смысла. Это так же бессмысленно, как описывать половой акт. «Он развел ее стройные бедра и одним движением ввел свой огромный горячий член в ее трепещущее лоно»… Читали? Я звезденею от такой прозы!!! Нет – смысла нет. Если в двух словах: Марта измудохала Фогеля. Но не сразу. Во-первых, он ведь не боксер, а во-вторых, она просто озверела, переклинило ее по полной. Викинг под мухомором. Камикадзе, таранящий линкор. Короче, минуты три-четыре такого жесткого мочилова. Потом пауза – устала Марта. А маньяк повис на ней в клинче. И они, как голубки болотные, голова к голове стоят и дышат как паровозы.

- Ты думаешь, что победила, мой пупсик?.. Нет, Марта… Я победил. А тебе пиздец… Ты ничего не заметила? Никаких необычных ощущений?

 

Камера медленно отъезжает от обнявшихся бойцов. Фогель стал на голову выше Марты. Мостик у него за спиной.

 

- Забыл тебя предупредить, тут не только крокодилы, тут еще и болота – один неверный шаг и все. Лютики-одуванчики!... Можешь еще ударить меня. Апперкот уже не получится, а джеб вполне. У тебя отличный джеб, Марта! Если нет сил бить, можешь просто держать меня. Вот тебе мои руки, Марта… Сожми мои ладони. Я хочу чувствовать, как жизнь покинет тебя. У тебя несколько минут. Может, есть последнее желание? Даже не знаю, что тебе предложить, у меня нет ни сигарет, ни выпивки… Спеть тебе песню? Ты любишь музыку, Марта? Какая твоя любимая песня? Ну что ты так смотришь на меня, пупсик? У тебя такой взгляд!... Нет, извини, Марта, секса не будет. Ну посмотри сама, тут так негигиенично…

Ты улыбаешься? Ты смеешься? Чему ты смеешься, Марта?

 

После этих слов Марта Сваровски, инспектор убойного отдела лос-анджелесской полиции поднимает над водой правую руку и демонстрирует Адольфу маленький ключик. Одну секунду Адольф соображает, всего одну – он же умный, а Марта выбрасывает ключик себе за спину. Хлюп – взамен два пузырька метана. Крупно.

 С искаженным ненавистью лицом (он уже все понял) Адольф выдергивает из болота свою правую руку… Наручники. НАРУЧНИКИ!!! Правая рука Адольфа – левая рука Марты.

Болотная жижа поднялась до подбородка Марты. Адольфу вода достает до груди. Марта хохочет. Марта хохочет дьявольски громко. Камера медленно движется по кругу вокруг них. Потом зависает над. Потом берет в кадр испуганных птиц, взлетевших с веток соседних деревьев. Поднимается выше. Выше. В лучах восходящего солнца поблескивают пурпурным болота Флориды. Птицы сбиваются в огромную стаю и летят на Запад. К океану. Смеха Марты уже не слышно.

 

 

                                     Финальные титры.

 

 

 

 

 

 

 

 

Received: from spooler by mail-aux2.in-solve.hidden (Mercury/32 v4.52); 20 Oct 2009 18:39:19 +0400

X-Envelope-To: <post@roskino.com>

Return-path: <n0vak@rambler.ru>

Received: from mcgi69.rambler.ru (81.19.67.205) by mail.1gb.ru (Mercury/32 v4.52) with ESMTP ID MG002444;

   20 Oct 2009 18:39:12 +0400

Received: from [188.163.38.18] by mcgi69.rambler.ru with HTTP (mailimap); Tue, 20 Oct 2009 18:39:11 +0400

From: =?windows-1251?B?wuDk6OwgIM3u4uDq?= <n0vak@rambler.ru>

To: <post@roskino.com>

Subject: =?windows-1251?B?0fbl7eDw6Ok=?=

Date: Tue, 20 Oct 2009 18:39:11 +0400

MIME-Version: 1.0

Content-Transfer-Encoding: 8bit

Content-Type: multipart/mixed; boundary="_----------=_1256049551355631"

Message-Id: <290006478.1256049551.47704680.35563@mcgi69.rambler.ru>

X-Mailer: Ramail 3u, (untone), http://mail.rambler.ru