Калюк Марина Алексеевна

 

+7 (495) 590-35-10,  linivic@mail.ru.

 

 

 

 

 

Легенда галактического флота

 

(дипломный сценарий полнометражного художественного фильма)

 

 

 

 

 

 

Синопсис

 

 

 

Действие фильма «Легенда Галактического Флота» происходит в некой галактике, где ряд стран создали независимый галактический флот, главная задача которого – защита мира, как от внешнего врага, так и предотвращение воин и вооруженных конфликтов внутри галактики.

В честь 150-й годовщины создания командование флота решило устроить небольшой концертный вечер для лучших сотрудников, как из числа офицеров и солдат, так и обслуживающего персонала.

Заместитель командующего по тылу, глава одной из самых выдающихся династий флота, обязует своего младшего сына Миро, единственного из его потомков не ставшего офицером, но выросшего на борту боевых кораблей флота, присутствовать на вечере.

У входа в здание Миро знакомится с Ирмой, офицером-пилотом. Молодой человек честно признается, что он один из величайших танцоров галактики и сюда пришел по требованию отца, служащего на флоте.

Ирме нравится честность Миро, но она сама принадлежит к старой династии военных пилотов. Ее брат, так же приглашенный на вечер, убежден, что танцору, даже великому, не место рядом с ней. Он пытается отвадить танцора от сестры, но Ирма заявляет, что будет решать сама, с кем ей встречаться.

К столику Миро и Ирмы постоянно подходят пребывающие на вечер гости, в том числе лучший механик флота Вильям и офицер, лет пятнадцать прослужившим в отдаленном районе галактики, и когда-то нянчивший танцора. Последний сообщает Миро, что слышал о каком-то великом танцоре, который имел наглость взять псевдонимом имя и фамилию Миро. Узнав, что этот наглец и есть сам Миро, он приходит в ужас, кричит, куда смотрят семья Миро и командование флота, если они позволяют такому великому воину, совершившему столько великих дел и получившему столько высоких наград, уйти в артисты. В итоге он уходит совершенно подавленным, а Вильяму приходится успокаивать Миро, объясняя, что при его таланте и умении нужно быть рядом с Флотом, но не служить в нем.

Брат Ирмы приводит своего дедушку, чтобы он помог ему прогнать Миро, но тот одобряет общение внучки с танцором, которого, как оказалось, знает с детских лет и считает своим лучшим учеником.

Спустя два месяца после юбилейного концерта, Миро приходит в кабинет своего отца и просит совета, кого из его двенадцати сестер-офицеров Флота можно навестить, не причинив  лишних хлопот Флоту. Отец предлагает ему навестить сестру, командующую небольшой базой, заодно доставив ей пакет с заданием.

Миро прибывает на базу сестры в момент атаки на нее пиратов. Оказав помощь в защите базы, танцор отдает сестре пакет, содержащий приказ проследить за перемещениями генерала Генгара, с которым у Флота заключено три договора, позволяющие сдерживать его воинственные устремления и гарантом соблюдения которых является Миро. Получив в ходе нападения  ранение, сестра просит брата выполнить это задание за нее, и тот соглашается.

Выполняя задание, танцор становится свидетелем нарушения условий третьего договора, и вынужденно, в соответствии с полномочиями гаранта договора, отдает команду на уничтожение одной из гражданских баз страны-нарушительницы при появлении в ее районе кораблей генерала.

Начальник приговоренной к уничтожению базы связывается с командиром посланного танцором корабля, и договаривается о том, что тот пришлет истребитель за беременной женой одного из влиятельных офицеров, задержавшейся на этой базе, и переправит ее на базу Флота, дабы избежать дальнейших проблем. Так же он жалуется на проблемы с оборудованием в техническом секторе, а присланный с корабля специалист обнаруживает серьезные неполадки, могущие привести к гибели базы. Устранить неполадки не удается, и что бы избежать выброса вредных веществ базу решают уничтожить, предварительно эвакуировав население. Командир корабля пытается связаться с гарантом, но переговоры Миро и генерала идут без перерыва, и тот берет на себя ответственность за эвакуацию. К счастью, к этому моменту уничтожения базы в районе появляются корабли генерала.

За офицерской женой посылают Ирму. Доставив ее на базу, она соглашается присмотреть за ней до ее отбытия. Женщины быстро находят общий язык, и офицерская жена рассказывает Ирме занимательную историю своего замужества, устроенного гарантом договора.

Тайным козырем генерала является эскадра, под командованием мужа подопечной Ирмы. Тот когда-то имел возможность померяться с силами с танцором, в результате чего, оба дали клятву не встречаться на поле боя как противники. Эта клятва оставила генерала без поддержки. В отчаянии он посылает корабли к базе, на которой, как ему известно, находится жена его подчиненного. Когда командующий эскадры узнает о гибели базы, он обращается к вышестоящему командованию. Новость о гибели беременной женщины заставляет влиятельную семью генерала хранить молчание относительно его дальнейшей судьбы. В результате генерал по решению трибунала получает смертный приговор с немедленным исполнением.

Сообщая Миро о казни генерала, убитый горем муж в ответ получает поздравления с рождением сына. Боясь поверить счастью, он прибывает на базу Флота.

Увидев сына, он настаивает, чтобы его первенца звали Миро, но гарант категорически возражает. Мать ребенка примиряет спорщиков, объявив, что его уже назвали Мирославом.

Эта сцена происходит на глазах у изумленной Ирмы, которая теперь не знает как ей вести себя с танцором. Тот предлагает  относиться к нему как к мужу. Девушка колеблется, но появление командующего Флота и отца Миро, сообщившего о согласии отца девушки на ее брак с танцором, убеждают ее согласиться.

 

 

 

 

 

 

 

2004
Легенда галактического флота

 

Просторная столовая в стиле ампир. В центре комнаты – стол, на конце которого накрыт завтрак. Миро, молодой человек 25 лет, поправляет цветы в центре сервировки.

— Пап, ты будешь завтракать? Или мы сегодня на диете? – спрашивает Миро, чуть повернув голову в сторону двери и деловито разглядывая результат своей работы.

В дверях появляется Мстислав, седой мужчина в форме ярко-василькового цвета с золотой спиралью галактики на левой половине груди. Пройдя мимо сына, он останавливается во главе стола, на край которого кладет фуражку, и, оперевшись о спинку стула, оглядывает блюда.

— Диета. По-твоему с блинами и пирогом на завтрак можно сесть на диету? – с веселым любопытством спрашивает он у Миро.

— Почему бы нет? – пожимает тот плечами. – В крайнем случае, ты можешь сесть на диету, воздержавшись от них.

Мужчины задумчиво смотрят друг на друга. Миро, первым отведя взгляд, отодвигает ближайший стул.

— Ну, раз ты на диете… — молодой человек хочет сесть, но в последний момент останавливается и смотрит на отца.

— Я не говорил, что на диете, — строго произносит тот, но тут же, улыбнувшись, добавляет. – Ладно, давай есть.

Мстислав садится первым, Миро – вторым. Какое-то время они молча завтракают.

— Ты сегодня уезжаешь? – интересуется Мстислав у сына.

— Нет. Завтра собираю чемоданы, а уезжаю послезавтра.

— Далеко?

— На Кайру.

— Опять военные базы?

— Нет. Лучшие сцены страны. Месяца на два.

— Всего?

— Всего? По мне и это много. Публика жаждет видеть все, на что я гожусь. Выжмут, как лимон, и выкинут.

— Можно подумать, ты возненавидел танцы.

— Танцы… — задумчиво повторяет Миро, откидываясь на спинку стула. – Нет. Это святое. Просто не люблю выступать чаще раза в три дня. А тут…

— Каждый день? – улыбается отец.

— Если повезет. Очень повезет, — серьезно отвечает сын с тяжелым вздохом.

— Раз ты едешь послезавтра… — после паузы вновь заговаривает Мстислав. – Я хочу, чтобы ты сегодня присутствовал на торжественном вечере в честь 150-й годовщины Флота.

— Я?! – Миро подается в сторону отца. – Зачем?! Что я там забыл?! Танцевать не буду.

Скрестив руки на груди, молодой человек резко откидывается на спинку стула.

— Там будут лучшие из лучших. Учитывая, что ты вырос на боевых кораблях Флота, то у тебя есть шанс увидеться со многими друзьями и знакомыми. Я не хочу лишать их такой радости, а твои танцы там не нужны, — строго и холодно заканчивает Мстислав.

Миро задумчиво хмурится и качает головой, потом надевает отцовскую фуражку и, приложив руку к козырьку, произносит:

— Есть!

Мстислав дергает козырек фуражки вниз. Сын сердито поправляет головной убор. Встретившись взглядами, мужчины заливаются смехом.

 

Большое здание театра с колонами и длинной лестницей, по которой к центральному входу поднимаются, преимущественно молодые, люди в ярко-васильковой форме с золотой спиралью галактики на левой половине груди. У подножия лестницы останавливается такси.

 

— Да-а… Народу будет много, — медленно произносит Миро, глядя на здание с заднего сидения машины.

— Неприятная обязанность? – сочувственно интересуется водитель.

— Нет. Просто предстоит встреча с друзьями, знакомыми, учителями… — качает головой танцор, повернувшись к нему.

— И много их будет?

— Если вместе… Не знаю. Вряд ли меньше сотни.

— Сотня?! – удивляется шофер. – Трудноват-то  вам будет.

— Знаю, — тяжело вздыхает Миро.

Молча расплатившись, танцор выходит, и такси тут же уезжает. На молодом человеке ярко-васильковый костюм с белой рубашкой.

 

— Ну-с, молодой человек, приступим, — сам себе говорит Миро и снимает пиджак.

— Миро! – тут же раздается откуда-то с верхних ступенек мужской голос.

— Сработало, — улыбается танцор, и машет свободной рукой.

К нему сбегает офицер, на вид немного старше, с двумя крыльями под знаком галактики. Оба обнимаются.

— Не ожидал тебя увидеть. Как дела?

— Отлично, Томас. Наслышан о твоих успехах.

— Спасибо. До твоих мне еще… — Томас безнадежно машет рукой.

— Дорогу осилит идущий, — улыбаясь, Миро хлопает собеседника по плечу и, медленно поднимаясь по лестнице, оглядывает прибывающих гостей.

Томас следует за ним.

— Миро, пойдем, я тебя познакомлю…

— Познакомишь? И будешь вспоминать наши былые шалости? – с легким недовольством перебивает его танцор. – Не сейчас.

— Испугался? – ехидничает Томас.

— Нет. Но когда я буду здороваться с остальными? – смеется в ответ Миро.

Заинтересовавшись одиноко стоящей женщиной в офицерской форме, танцор берет собеседника под руку и, не выпуская ту из поля зрения, почти шепчет:

— Я тут немного занят… Ты извинись за меня перед твоими друзьями. Ладно? – Миро почти умоляюще смотрит на Томаса.

— Конечно. О чем речь? Увидимся, — смеется тот и быстро присоединяется к спутникам.

 

Миро медленно подходит к молодой женщине. У нее тот же, что и у Томаса, знак под спиралью галактики.

— Кого-то ждете? – любопытствует молодой человек.

— Нет, — поворачивается та и медленно оглядывает его. – А вы почему не в форме?

— Трудно одеть то, чего нет, — пожимает плечами танцор и весело улыбается.

— А если серьезно? – офицер улыбается в ответ.

— Я не служу во Флоте, но, будучи артистом, часто выступаю перед личным составом.

— Так вы участник концерта, — понимающе кивает женщина.

— Нет, но у меня много друзей, знакомых, родственников на Флоте. Папа потребовал, чтобы я с ними обязательно встретился.

— Он ваш продюсер?

— Нет. Офицер Флота. А как ваше имя?

— Ирма Турман. Офицер-пилот седьмой эскадры.

— Ну, зачем так официально? – морщится танцор и тут же принимает официальный вид. – Миро Кентерман. Величайший танцор галактики.

Оба смеются.

 

Зал театра. Вместо кресел в партере накрыты столики на 5—7 человек, некоторые из которых уже заняты. Миро под руку с Ирмой подходит к одному из свободных в центре.

— Кентерман известная фамилия, — рассказывает танцор, отодвигая стул для Турман. – Правда, она на слуху у всех не на Флоте, а в искусстве.

— Но ваш отец – офицер, и, кажется, я о нем слышала, — возражает девушка, сев за столик.

— Слышали, конечно. Он всегда был и есть офицер Флота, только всегда в тени.

— В тени?

— Да, — Миро садится напротив собеседницы, повесив пиджак на спинку стула. – Сначала в тени мамы, потом сестер. Их военные таланты намного больше его.

— А кто ваши мама и сестры?

— Мама погибла в бою много лет назад, а сестры – офицеры Флота. Точно даже не знаю кто из них кто.

— Вам не интересны их успехи?

— Очень интересны, но я не в состоянии уследить за их продвижением по службе.

— Так быстро двигаются? – смеется Ирма.

— Быстро, но проблема не в этом.

— А в чем?

— Их двенадцать. Все старше меня. Все с семьями. Все офицеры, если возраст позволяет. Попробуйте уследить за карьерой этой оравы? – недовольно предлагает танцор.

— Сложно, если у ваших сестер больше одного ребенка, — после паузы заключает Ирма, и продолжает. – Похоже, у вас целая династия?

— Да, но не династия Кентерман. Сестры носят фамилии мужей. После гибели мамы на Флоте известны только два Кентермана: я и папа.

— А в искусстве?

— Там много. У папы два брата: скульптор и музыкант. У них одни сыновья и все связаны с искусством. Меня часто принимают за сына то одного дяди, то другого.

— Привет, сестренка, — обращается к Ирме подошедший к столику молодой человек с двумя крылышками под знаком галактики.

— Привет, — отзывается Ирма. – Познакомьтесь.  Миро Кентерман. Величайший танцор галактики. Ричард Турман. Мой брат.

— Очень приятно, — встав, танцор протягивает руку офицеру.

Ричард не замечает этого, сердито разглядывая знакомого сестры.

— Что вы здесь делаете? В концерте не участвуют профессиональные артисты, — холодно замечает он.

— Встречаюсь с друзьями, родными, знакомыми, — отвечает Миро, убрав руку.

— Моя сестра не входит в их число.

— Это решать мне, Ричард, — холодно замечает девушка.

— Но Ирма…

— Прекрати, — перебивает та брата.

Ричард, зыркнув на танцора, резко поворачивается и уходит.

— Я слышал о династии военных пилотов Турман, но… — Миро садится.

— Не принимайте всерьез. Это свойственно только моим родным братьям и отцу, — виновато улыбается Ирма.

— Боятся, что выйдите замуж не за военного пилота? – шутливо интересуется тот.

— Да, — офицер тяжело вздыхает.

— Вы говорили, что у вас много знакомых… — Ирма оглядывает медленно наполняющийся зал.

— Много, но не среди сверстников, — поясняет Миро. – Хотя я хорошо знаю Томаса, с которым сейчас говорит ваш брат.

Ирма смотрит в указанную сторону на оживленно беседующих Ричарда и Томаса, с которым ее собеседник говорил на лестнице перед театром. Ричард недовольно уходит, а Томас, оглянувшись, замечает наблюдающих за ним и кивает в знак приветствия. Ирма с Миро отвечают тем же.

— Хотите, я вас познакомлю? – обращается Миро к Ирме.

— Хочу, — машинально отвечает та и смущенно отводит глаза, увидев улыбку танцора.

Молодой человек встает и идет к Томасу. Девушка наблюдает, как тот знакомит танцора со своими спутниками, после чего Миро и трое офицеров идут к ее столику.

— Познакомьтесь. Томас Ренберг и его молодые коллеги: Луиза и Станислав. Ирма Турман, — танцор представляет молодых людей друг другу, отодвигая стул для Луизы.

Луиза благодарит. Все садятся.

— Ирма Турман. Я слышал о вас, — обращается к девушке Томас. – У вас большой талант к пилотированию. И наше знакомство лишь подтверждает это.

— Хочешь взять ее в ученицы? – интересуется Станислав.

— Я?! – Томас тычет пальцем себе в грудь. – Ты что? Куда мне до Миро? Я был его худшим учеником, а учитель из меня… — Томас безнадежно качает головой.

— Томас, я ее не учил, — успокаивает его Миро, но, заметив его удивление, поясняет. – Мы только познакомились.

— Как?! Вы учили его летать? – Ирма недоуменно переводит взгляд с танцора на Томаса и обратно.

— Не то, чтобы учил… Он сделал меня пилотом, — Томасу становится неуютно под взглядом девушки.

— Только не надо вспоминать былые шалости. Все были детьми и шалили, — с легким раздражением просит Кентерман.

— Только твои шалости спасали Флот, — парирует Томас. – Пойдемте, ребята.

Ренберг встает, за ним поднимаются и Луиза со Станиславом.

— Извините Ирма. К сожалению, в присутствии Миро я могу говорить только о Миро. Таких, как я, сегодня будет много. Это, кажется, к тебе, — тронув танцора за плечо, Томас указывает на группу вошедших в зал офицеров, что, оглядевшись, как раз направились в их сторону.

— Да, это ко мне, — жалобно посмотрев на Ирму, Миро с тяжелым вздохом поднимается.

Томас с коллегами уходит.

Сделав несколько шагов, танцор оказывается  в окружении офицеров. Весело улыбаясь, Турман наблюдает, как ее новый знакомый переходит из одних дружеских объятий в другие. Последним Кентермана обнимает крепкий мужчина средних лет с сединой в волосах. Обняв, он отстраняет молодого человека, держа его за плечи, и внимательно разглядывает.

— Вылитый отец, но глаза мамины, — очень серьезно произносит мужчина.

Миро, не выдержав, смеется и отводит взгляд. Офицер отпускает его и, хлопнув по плечу, предлагает:

— Пойдем, сядешь с нами.

— Я не один, — танцор отрицательно машет головой.

— Это твоя самая очаровательная ученица, — глядя на Ирму, замечает офицер.

Ирма и Миро переглядываются.

— Это еще почему? – интересуется девушка.

— Не знаю, но вы самая очаровательная ученица Миро из всех, кого я видел.

— Вообще-то я хотела узнать, почему ученица?

— Он больше не желает быть вашим учителем?

— Я им и не был. Мы только познакомились, — поясняет Миро.

— Значит…

— Ничего это не значит, — перебивает Ирма офицера. – Нам и в голову не приходило, что я могу у него чему-то научиться.

Все удивленно глядят на танцора. Тот кивает.

— Вы самая удивительная женщина, которую я встречал в жизни, — обращается потрясенный офицер к Турман. – Миро не любит учить, но не учиться у него… Мне казалось, такого быть не может.

Он хочет что-то сказать танцору, но, махнув рукой, со всей компанией уходит в другой конец зала. Молодой человек, виновато пожимая плечами, смотрит на Ирму.

— Миро! Сынок! – восклицает пожилой мужчина с молотком под знаком галактики на груди.

Молодой человек едва успевает обернуться, как тот заключает его в объятия.

— А я все гляжу: ты это или не ты? Мог бы одеться и более заметно, — укоризненно замечает тот.

— И превратить юбилейный вечер во встречу с собой? – смеется в ответ Миро.

— Многим бы это пошло на пользу. Твоя мама была права. Вряд ли кто-то знает о военном деле больше тебя, но ты — не офицер.

Миро тяжело вздыхает:

— Нет, дедушка Вильям.

— И правильно, — собеседник назидательно приближает поднятый указательный палец к лицу танцора. – Один человек Флота не заменит. Даже если это будешь ты. С кем это ты здесь? – Вильям кивает с сторону сидящей Ирмы.

— Познакомьтесь. Ирма Турман. Офицер-пилот седьмой эскадры. Дедушка Вильям. Лучший механик Флота.

— Был бы Миро офицером, был бы я вторым, — улыбается Вильям, присаживаясь рядом с девушкой. – Жуть как приятно, когда ученики тебя на порядок превосходят.

— Это вы о ком?

— О Миро. Он соберет и разберет корабль прямо во время боя. Противник и не заметит.

Растерянности и недоумению Турман нет предела. Вильям смеется и берет ее за руку. Миро садится на свой стул с висящим на спинке пиджаком и очень внимательно изучает прибывающих гостей.

— Успокойтесь, родная. Миро – универсал. Он величайший танцор, но и величайший воин галактики. Когда-то я учил его ремонтировать корабли, а теперь пора самому у него уроки брать. Он все может.

Ирма задумчиво смотрит на танцора.

— Здравствуйте, — раздается женский голос за спиной Вильяма.

Женщина в форме с крылышками на груди обнимает сидящего механика.

— Здравствуй, пчелка. Все жужжишь? – смеется Вильям.

— Конечно. Что мне сделается? – отзывается та.

Сев рядом с Миро, по-прежнему изучающего окружающих, тихонько трогает его за плечо.

— Привет, Мирушко.

— Отстань, пчелка, — танцор движением плеча сбрасывает ее руку.

— Из-за чего поссорились? – любопытствует Вильям.

— Не из-за чего. Каждый раз, когда она говорит мне «Мирушко», ей от меня что-то нужно, — жалуется Миро, повернувшись к нему, и пристально посмотрев на женщину, добавляет. – Ну, не хочу я тебе помогать. Ясно?

— Ясно, — та опускает голову, потом вновь умоляюще глядит на Миро. – Честное слово, я пробовала. И с другими, и сама. Ну, не выходит у меня без тебя. Ну, Мирушко, — женщина берет танцора за руку. – Ну, пожалуйста, ну, Мирушко…

— О чем хоть речь? – Миро забирает у нее руку.

— О чечетке. Ну, помнишь?

— Помню. Далась она тебе?

— Мне сегодня надо с ней… — женщина обречено глядит в сторону сцены.

— Мои танцы здесь не нужны, — резко бросает танцор, но, увидев ее растерянность, смеется и добавляет. – Но тебе помогу. По-родственному.

— Миро, ты чудо! – женщина вскакивает и обнимает танцора.

Миро смотрит на Ирму и Вильяма, словно хочет сказать: « Я же вам говорил». Те улыбаются.

— Стой! – останавливает он, уже направившуюся к сцене женщину. – Познакомьтесь. Ирма Турман. Пилот седьмой эскадры. Ты сейчас чем командуешь? – обращается Миро к  женщине.

— Тем же, — отзывается та. – Александра Ронер. Командир девятой эскадры. Приятно познакомиться, — улыбается она Ирме, потрясенно глядящей не нее.

— И моя десятая сестренка, — добавляет Миро. – Я ничего не напутал?

— Ничего. Увидимся. Она прелесть, — и Александра уходит.

— Тоже хочет невестку-офицера. Ну, как ваши братья зятя-пилота, — улыбается молодой человек.

— Вот подчиненные дивятся. На корабле она – лед, — смеется Вильям, кивая в сторону уходящей Александры и похлопывая Ирму по руке.

— Я слышала. А почему вы называете ее «пчелкой»?

— Детское прозвище. Очень подходит ей, когда она не на службе, — поясняет Вильям.

— Приветствую технические войска, — подошедший с двумя офицерами Томас пожимает руку Вильяму. – Извини, Миро, что беспокою, но нужна твоя помощь.

— Им? – Миро кивает в сторону приведенных Томасом офицеров со знаком парашюта на груди.

— Да. Эти два десантника поспорили о национальной принадлежности жены Рашида Дармана.

— Рашида Дармана? Кто это? – интересуется Ирма.

— Офицер Генгара. Командует эскадрой. Один из самых выдающихся военных своей страны. Повезло тем, кто его не знает, — поясняет Миро, как-то между прочим.

— Почему повезло? – удивляется один из десантников.

— Опасный противник.

— И много он тебе уступает? – уточняет Вильям.

— Ни-че-го, — медленно и по слогам отвечает танцор.

— У-у-у, — протягивают Вильям и Томас, переглянувшись.

— Короче. В чем спор? – возвращается к началу разговора Кентерман.

— Я считаю, что жена у Дармана нареянка, а он – мальвийка, — объясняет второй десантник, указав на первого.

— Томас, ты им сказал о моих условиях?

— Да. Если оба проиграли, то половина проспоренного каждым – твоя.

— Верно. Значит, так. Вы оба проиграли. Жена Дармана – сунирийка.

Все присутствующие пристально смотрят на Миро.

— Ты не ошибся, Миро? Сунирийка и генгарец. Да, они лбами столкнуться и то друг друга не заметят, — выражает общее удивление механик.

— Не заметят, — соглашается тот. – Я был у них на свадьбе. Жена Дармана – Шелли Мерган.

— Лучшая вышивальщица Сунира? – удивляется Вильям. – Вот жена удивится. Она у меня вышивкой увлекается, — поясняет механик.

— Сунирийка, — переглядываются с тяжелым вздохом оба десантника, отсчитывая проигрыш, тут же спрятанный танцором в карман пиджака.

— Спасибо за помощь и извините за беспокойство. Пойдемте, ребята. Угощаю, — обращается Томас к десантникам, уводя их от столика.

Проходящий мимо офицер средних лет останавливается и пристально всматривается в лицо танцора, прислушиваясь к разговору.

— Удивительно, — не в силах поверить турман качает головой.

— Любовь – штука сложная, — пожимает плечами молодой человек.

— Интересная у тебя профессия, Миро. У таких людей на свадьбе бываешь, — замечает Вильям.

— Миро? Миро Кентерман? — уточняет, подойдя к столику, наблюдавший за ними офицер.

— Да. Миро Кентерман, — танцор поворачивается к офицеру и, узнав его, бросается обнимать. — Дядя Роман!

— А я все смотрю – ты или не ты? – радуется офицер, в ответ обнимая молодого человека. – Подумать только – сколько лет? Кажется вчера только под стол пешком ходил. Сколько ж лет я тебя не видел? Пятнадцать?

— Какие пятнадцать? Двадцать. Даже больше, дядя Роман.

— А ты почему не в форме? Получил повышение и еще не сшил новой? Твоя мама, при всем моем уважении, была не права. Ты – прирожденный офицер Флота. Твои детские шалости тому доказательство. Сам бы не видел – не поверил бы.

— Только не надо о шалостях, дядя Роман, — раздраженно просит Миро.

— Ладно-ладно, не буду. Кстати, ты слышал? – Роман хлопает ладонью танцора по груди.

— О чем? – настораживается тот.

— О танцоре? Я его не видел, но говорят – великий талант. Но дело не в этом. Талант талантом, но и совесть иметь надо. А у этого ее и не было. Ты представляешь, он псевдонимом твои имя с фамилией взял? Каков наглец?! А?!

— Миро Кентерман? Танцор? Танцует все подряд и по всей галактике? А папа у него офицер Флота?

— Вроде, да. Так ты о нем слышал? – радуется роман.

— Да. Слышал. Это я, дядя Роман.

— Ты?!! – офицер отступает и потрясенно рассматривает танцора, словно видит впервые. – Ты. Танцор. Ты – офицер по рождению. Танцор. Как… Как ты мог?

— Вот так, — несколько растерянно откликается Кентерман.

Вильям и Ирма внимательно наблюдают за собеседниками, с возрастающим беспокойством глядя на побледневшего офицера.

— Как ты мог? Или это не ты выигрывал почти проигранные битвы? Не ты спасал эскадры, чтобы на выходные погонять на истребителях вместе с сестрой? Или не тебе давали высшие награды всех стран за спасение?

— Я выигрывал. Я спасал. Мне давали.

— Тогда почему? Почему танцы?! Ты…

— Прекрати, дядя Роман! – срывается танцор. – Потому, что выигрывал, спасал и получал. Потому, что за шестнадцать лет не пропустил не одного сражения. Потому, что устал!

— Устал?! – в ответ кричит офицер.

да! Устал! Устал воевать! Я жить хочу, а не сражаться! Все, баста! Я человек, а не ружье!

— Человек?!

— Да, человек! Это ты в трех боях был и гордишься этим. А я… Я до ста считал, а потом бросил… У тебя три битвы, а у меня к девяти годам – сто. Хлебни с мое, а там посмотрим, дядя Роман.

— Я – простой вояка, а ты… Миро, ты не прав… Ты не прав…

Роман потрясенно качает головой и уходит, глядя себе под ноги.

Миро резко отворачивается, с грохотом отодвигает стул, садится, обхватив голову руками, и вопрошает, ни к кому не обращаясь:

— Почему? Почему все хотят, чтобы я был офицером?

— Не все. Я – не хочу, — тихо говорит Ирма, гладя молодого человека по плечу.

 Вильям встает, подходит к танцору, и, положив руку ему на голову, объясняет:

— Этот дядя Роман сам сказал. Он простой вояка. У таких, как он, все просто. С тобой же рядом им служить было бы намного легче, но... Но и лениться тоже. Значит, и ты бы разучился, и они не научились бы. А случись что, все бы полегли. Им не понять, что твое место рядом с Флотом, но не в нем. Ты все сделал правильно. Не мучай себя.

— Все правильно? – жалобно спрашивает Миро.

— Да, все правильно. Успокойся, — вторит Вильяму девушка, но любопытство берет верх. – Извини, а у тебя действительно есть высшие награды разных стран?

— Есть, — Миро поднимает голову, опустив руки.

Рука Вильяма соскальзывает ему на плечо.

— Можно латы из них делать. Правда теперь у меня и за танцы наград хватает, — молодой человек улыбается Турман.

— Ты где этого красавца подхватила, внучка? – трогает Ирму за плечо подошедший вместе с ее братом Ричардом пожилой офицер с крылышками под спиралью галактики на груди.

Ирма резко оборачивается, наградив брата строгим взглядом, улыбается пожилому офицеру.

— На лестнице у театра, дедушка. Познакомьтесь. Миро Кентерман. Величайший танцор галактики. Мой дедушка Леонард Турман.

Миро и Леонард одновременно кивают друг другу в знак приветствия.

— Вот что, Ричард. Ты, конечно, прав. Рядом с Ирмой должен быть пилот. Твои возражения против этого танцора я приму если… Если с часовой форой ты на средней дистанции второй степени сложности придешь вместе с ним.

— Дедушка, ты считаешь, что он может меня обогнать? – Ричард взглядом измеряет Миро сверху вниз.

— Не знаю, что тебе и сказать. Год назад я на этой дистанции да с такой форой пять минут ему проиграл, — спокойно и серьезно глядя на танцора, отвечает внуку Леонард Турман.

— Не пять, а четыре с половиной, — в тон ему уточняет Кентерман.

— А вы год назад встречались? – любопытствует Вильям, заглядывая Миро в глаза.

Ирма с Ричардом настороженно смотрят то на дедушку, то на танцора.

— Встречались. Традиция у нас такая, — отвечает Леонард. – При каждой встрече проверяю, как он мои уроки усвоил.

— Так вы его учили летать? – обращается механик к дедушке Ирмы.

— Да.

— А теперь, по возможности, сами у него уроки берете?

— Да.

— Понятно. Я же говорил – универсал, — хлопнув танцора по плечу, Вильям возвращается на свое место за столом.

— Кто тут обижает моего маленького братика? – строго спрашивает подошедшая Александра Ронер.

— Никто. Что еще? – поворачивается к ней Миро.

— Нас сейчас объявлять будут, — отвечает та, тыча пальцем в сторону сцены.

— И ты еще здесь?! – танцор делает сердитое лицо.

— Нет, за кулисами, — и Александра с напускным испугом бросается к сцене.

— Прошу прошения, — Миро поднимается и направляется к сцене, на ходу надевая пиджак.

— Командир девятой эскадры, — удивленно шепчет Ричард.

— Да, и десятая сестра Миро, — добавляет Ирма с язвительной улыбкой.

Ричард хочет ответить ей, но дедушка останавливает его.

— Садись, внучек. Насладимся искусством танца.

— У Миро во Флоте есть родственники и покруче Александры Ронер, — уточняет механик.

Леонард и Ричард садятся.

 

На сцене ведущий концерта уходит. Александра выходит из-за кулис, а Миро поднимается на сцену прямо из зала и подходит к сестре. С первыми звуками музыки они исполняют великолепный совместный номер с чечеткой.

 

Титры: «Два месяца спустя».

 

Длинный коридор в генеральном штабе командования Галактического Флота. Танцор проходит по нему в том же ярко-васильковом костюме, в котором был на юбилейном вечере, постоянно обмениваясь приветственными кивками с проходящими мимо офицерами, и заходит в помещение, на двери которого висит табличка: «Заместитель командира Галактического Флота по тылу Кентерман М.».

 

Зайдя в приемную, где ожидают несколько офицеров, Миро скромно устраивается в углу, недалеко от двери.

Секретарша, сидящая за столом у окна, смотрит на вошедшего и тут же возвращается к своим делам.

В приемную входит командующий Галактического Флота, крепкий, подтянутый мужчина средних лет с седыми волосами со спиралью галактики на левой половине груди. Все присутствующие офицеры встают в по стойке смирно. Миро тоже встает.

— Вольно, — говорит командующий Флотом, но, ощутив движение за спиной, оборачивается и узнает молодого человека. – Миро! Ты-то мне и нужен. Пойдем.

Оба заходят в кабинет Мстислава Кентермана, откуда как раз выходит офицер.

 

— Здравствуйте! Посмотрите, кого я вам привел? – обращается командующий Флота к встающему из-за стола заместителю, хлопая Миро по плечу.

— Здравствуйте! Спасибо за такого гостя, — говорит Мстислав, которого мы видели за завтраком в начале, пожимая протянутую руку командующего, и обращается к сыну. – Никак гастроли закончились? Садись. Давно ты у меня не был.

Миро берет ближайший стул, но садится последним.

— Ну, рассказывай, как гастроли? – обращается к нему командующий.

— Как всегда. Полный аншлаг. Следующие не скоро. Вот, решил узнать, кого из сестренок можно навестить, не нарушив планов Флота, — молодой человек переводит взгляд с одного собеседника на другого.

— Ну, если не нарушить… — задумывается командующий Флота.

— То, пожалуй, Римму, — заканчивает фразу Мстислав.

— Римму? Точно, — оживляется командующий. – За одно пакет ей отвезешь.

— Это можно, — улыбается танцор. – давно я Римму не видел. Где она сейчас?

— В скоплении Ларены. Базой командует, — поясняет ему отец.

— Кстати, а где твоя форма? – любопытствует старший по званию офицер.

— Какая форма? – настораживается Миро.

— Твоя. Тебе ведь за заслуги перед Флотом лейтенанта дали? – поясняет тот.

дали, вроде, — неопределенно пожимает плечами молодой человек.

— А что висит в шкафу рядом с моей парадной? – с лукавой улыбкой вступает в разговор хозяин кабинета.

Миро морщится и сердито глядит на отца.

Офицеры, переглянувшись, тихонько смеются.

— Я тут думал дать тебе для испытания по дороге один истребитель, но без формы… Извини, не могу, — командующий галактического Флота  с наигранным сожалением разводит руками.

— Да, жаль. Хороший самолетик. Новинка, — поддакивает ему Мстислав.

— Издеваетесь, да? И не стыдно? – тяжело вздыхает танцор.

— Стыдно, — уже серьезно отвечает командующий Флота. – Но без формы дать не могу. В общем так. Либо в форме – на истребителе, либо без формы – своим ходом.

— А что хоть за истребитель? Можно узнать? – начинает уступать Миро.

С молчаливого согласия командующего, Кентерман-старший достает из сейфа папку и отдает ее сыну. Тот листает ее. Попеременно на лице молодого человека появляются любопытство, интерес и, наконец, восхищение. Закрыв папку, Миро смотрит на нее, потом решительно протягивает отцу.

— Ладно. Одену, — говорит он, словно соглашается на величайшую авантюру, и тут же уточняет. – Где пакет?

 

Приемная Мстислава Кентермана. Танцор выходит из кабинета отца с большим конвертом в руках.

— Нашли работу? – улыбается ему секретарша.

— Не работу, а удовольствие, — с улыбкой подходит к ней молодой человек. – Кстати, вы в отпуск к родным когда собираетесь?

— А что? – с некоторым вызовом отзывается та.

— Да, ничего такого. Через два с небольшим месяца у меня гастроли в тех краях. Хотел вас с семьей на концерт пригласить, — в тон ей отвечает Миро.

— Жаль. Отпуск у меня позднее, — тяжело вздыхает та.

— Действительно, жаль. Я тут еще зайду. Если вашим что передать, то я с радостью. У вашей  мамы такие пирожки… И пироги… — Миро мечтательно прикрывает глаза.

— Ладно, ладно… Я скажу маме, — смеется секретарша.

— Обязательно скажите. Я  зайду, — и Миро уходит.

 

Титры: «Научно-испытательная база Флота».

Два офицера технических войск с молотком под знаком галактики на груди идут по ангару между кораблями разных видов. Оба мужчины средних лет, но крепкие и подтянутые.

— Да знаю я, что ты создавал «сестренку» для великого танцора и прекрасного пилота Миро, но летать на испытываемом истребителе может только офицер Флота, — с легким раздражением объясняет один из офицеров другому.

— Да знаю я это. Поворчать уж нельзя,  — отмахивается тот. – Какой-то ты сегодня нервный, Петр Николаевич.

— Да, нервный, — соглашается Петр Николаевич и, сделав паузу, поясняет. — Нашли пилота для «сестренки». Думаю, знакомство будет полезно вам обоим.

— Нашли? Наконец-то. Что ж ты сразу не сказал? – оживился второй офицер.

— Тебя не было, Григорий Иванович. И лейтенант так просил глянуть на «сестренку»… В общем я… — Петр Николаевич резко останавливается, делая собеседнику знак молчать.

До обоих доносятся яростные крики двух молодых мужских голосов: «Мальчик! Девочка!» Офицеры оглядываются и обходят один из ближайших кораблей, более изящный, чем другие. С другой стороны молодой офицер с молотком на груди ожесточенно спорит с Миро, одетым в скафандр для полетов.

— Мальчик! – кричит офицер.

— Девочка! Девочка! Да ты посмотри на нее! – танцор благоговейно протягивает руки в сторону корабля, который только что обходили офицеры. – Какие формы! Какая защита! А макияж… Тьфу ты… Маскировка…

— А оружие? Последние разработки! – отзывается механик.

— Вот и славно. В наше время любая девочка должна уметь постоять за себя, — замечает танцор, вновь поворачиваясь к собеседнику. – Попробуй со старым отбиться от мальвийских истребителей?

— Да ты их видел-то?

— Видел. Даже бил.

— И куда же?

— И в хвост, и в гриву, и куда давали, и куда просили, — начинает погружаться в воспоминания Кентерман.

— Можно подумать «сестренку» для тебя делали? – фыркает молодой офицер.

— А для кого еще?! – спрашивает танцор с таким изумлением и возмущением, что его собеседник и подошедшие офицеры взрываются смехом.

Миро кривится и вновь поворачивается к истребителю.

— Мне когда-то один конструктор обещал… Обещал сделать истребитель-сестренку. И не одну, а три, — с грустью замечает молодой человек.

— И кто же этот конструктор? Ваши документы, лейтенант, — интересуется Перт Николаевич, протягивая конверт обернувшемуся танцору.

— Этот, — кивает Кентерман на Григория Ивановича, принимая документы.

Петр Николаевич и механик переглядываются потрясенно.

— Я же говорил, что Миро сразу «сестренку» признает, — смеется Григория Иванович. – С тебя обед, Петр Николаевич. Я с его отцом на одной базе когда-то был.

— Постой. Ты же говорил, что он танцор? – пытается разобраться Петр Николаевич.

— Я не знал, что он офицером стал. Давно? – кивает на скафандр Миро Григорий Иванович.

— Мне лейтенанта в шестнадцать лет дали. За заслуги перед Флотом. Только забыли «почетный» дописать. – Танцор виновато разводит руками. – Когда надо – лейтенант Флота, а так – танцор.

— Ну ты, парень, даешь, — качает головой молодой офицер.

— А я их знакомить собрался? Ладно. Проехали. Можете лететь прямо сейчас, лейтенант, — вздыхает Петр Николаевич.

— Надеюсь, обойдется без задержек, — замечает Григорий Иванович.

— Когда это я собирался задержаться, и когда без задержки обходилось? – вздыхает Миро.

ладно. Будем надеяться. Порадуй старика. Крутани перед скачком, — просит конструктор.

Миро кивает и садится в истребитель.

 

Три офицера стоят у огромного окна. На фоне звезд резко выделяется силуэт «сестренки». Сначала она медленно удаляется по прямой, потом, резко набрав скорость, словно пустившись в огневую пляску, совершает несколько сложнейший виражей и исчезает, совершив скачок в пространство.

— Да он корабль развалит! – возмущается молодой офицер.

— Ничего подобного. Я «сестренку» на него рассчитывал да еще с запасом, — возражает Григорий Иванович.

Офицер качает головой и уходит.

— Да, летает он здорово. Надеюсь, ты не будешь утверждать, что этот лейтенант и есть тот самый легендарный пилот Миро Кентерман? – интересуется  Петр Николаевич.

— Нет. Миро Кентерман – это герой всех легенд всего Галактического Флота за четверть века. Максималист. На мелочи не разменивается.

— Кстати, а что вы «задержками» называли?

 — Неприятности. То, что может привести к войне. – Григорий Иванович поворачивается к собеседнику. – Удивительно, но факт. Самые большие неприятности у Флота в последние годы случаются там, где Миро.

— Он их притягивает, что ли? – улыбается тот.

— Может и притягивает, — задумчиво пожимает плечами Григорий Иванович.

Петр Николаевич внимательно смотрит на сослуживца.

 

Титры: «База Флота в скоплении Ларены».

Сравнительно небольшая по размерам база подвергается нападению нескольких десятков кораблей. Несмотря на умение личного состава, база получает серьезные повреждения и несет потери. Неожиданно возникает «сестренка», завершая скачок. Совершая невероятные виражи, истребитель избегает как столкновений, так и попаданий, и при этом меткими выстрелами резко сокращает численность нападающих. «Сестренку» пытаются уничтожить, но после нескольких неудачных попыток корабли нападающих скрываются. Кто-то совершает скачок в пространство, кто-то уходит в глубь скопления. Корабли защитников возвращаются на базу.

За кадром звучат голоса.

— Курьер из генерального штаба командования Галактического Флота. Имею пакет к начальнику базы. Мои коды. Прошу разрешить посадку, — звучит спокойный и ровный голос Миро.

— Какая посадка?! Какие коды?! – отзывается нервно-возбужденный мужской голос. – Слепой что ли?

— Офицер, успокойтесь. Я зрячий. Подтвердите коды и дайте разрешение на посадку.

— Зрячий он, — мужской голос становится чуть спокойнее, но раздраженнее. – Коды подтверждаю. Садись куда сможешь. Тоже мне, умник, выискался.

— Спасибо, офицер, за комплемент. Вообще-то я гораздо хуже, — замечает с тем же спокойствием голос танцора.

Слышен смех говорившего с ним офицера.

 

В посадочном ангаре базы среди обломков и кораблей с ювелирной точностью садится «сестренка». Миро с сумкой выходит из корабля, трогает за плечо ближайшего человека в скафандре и что-то спрашивает. Тот выслушивает его и указывает направление. Миро уходит в указанную сторону.

 

Палата в медицинском блоке базы. В кровати, укрытая одеялом, лежит женщина с забинтованной головой. Глаза ее закрыты.

В помещение входят двое мужчин: Миро в форме офицера Флота с золотой спиралью галактики на левой половине груди и сопровождающий его офицер средних лет с рукой на перевязи.

— Привет,  Римма. Врач сказал, что скоро встанешь, — обращается Миро к женщине, подходя к постели.

— Мне лежать некогда. Привет, — открыв глаза,  улыбается та брату и обращается к его спутнику. – Что с рукой?

— Пустяки. Ушиб, — отмахивается офицер.

— Мне для тебя конверт передали. Вот, — Кентерман протягивает сестре конверт, с которым вышел из кабинета отца.

Римма берет конверт, рассматривает его и возвращает брату.

— Открой, — просит она. – Как приятно видеть тебя в форме. Представляю, чего это стоило папе.

а вот и нет, — возражает танцор, вскрывая конверт. – Это был честный обмен. Мне за форму дали на новинке полетать. она – чудо!

В восторге закатив глаза, Миро отдает вскрытый конверт женщине. Римма и офицер улыбаются, глядя на него. Сестра танцора достает содержимое конверта, читает и вкладывает обратно.

— Только этого не хватало, — тяжело вздыхает она, и закрывает глаза. Открыв их, она смотрит на брата, словно прикидывая, как быстро он справится с этим делом.

— Вот так на меня смотреть не надо. У меня гастроли через два месяца. Не надо! – начинает нервничать Миро.

Офицер недоуменно смотрит на него.

— Надо. Надо, — смеется Римма. – Командование хочет, чтобы я последила за одним генералом Генгара. Куда мне? Да еще сейчас, — тяжело заканчивает женщина.

— Да-а-а. Порядок наводить долго.

— Лететь надо сейчас. Выручи по-родственному. Крейсер дам. Экипаж тоже.

— Информацию – тоже, — заканчивает танцор. – Что за генерал?

— Шенад. Он что-то затевает, но… Не пойман – не вор.

— Шенад? Это какой?

— Тот, что первым назвал гаранта наших с Генгаром договоров старой развалиной?

— Последить надо? – медленно, с ленцой, молодой человек потягивается. – Это можно. Только, чур, крейсер самый целый. Отдыхай, — улыбнувшись сестре и кивнув офицеру, танцор покидает палату.

— Задержитесь, Вильгельм.

— Да, Римма, — офицер подходит ближе к кровати.

— Полетите с ним. Он – главный. Не хмурь бровь. Это мой брат. тот самый. Спаситель Флота и гарант договоров.

— Тот самый? – в изумлении Вильгельм глядит на дверь. – Этот мальчишка? – Вильгельм смотрит на женщину, ткнув большим пальцем правой руки в сторону двери.

— Да. Он у нас самый младший.

 

Рубка крейсера. Миро, Вильгельм и находящиеся в помещении офицеры смотрят на большой экран, где, совершая скачок в пространство, исчезает большая эскадра.

— Опоздали. Слишком поздно, чтобы определить, куда они отправились, — беспокоится Вильгельм.

— Где бессильны приборы, помогает логика, — пожимает плечами танцор. – Дайте карту на экран.

На большом экране возникает карта. В ее центре изображена большая глыба, под которой виден знак крейсера, а с другой стороны – знак базы Флота.

— Сейчас прикинем. Мы внизу. Вверху база… Если я точно помню… — бормочет Кентерман про себя.

— Вы зря запретили маскировку. Шенад нас точно заметил, — сожалеет Вильгельм.

— Заметил. Потому и прыгнул. Наш крейсер так прыгать не может. Значит, база, — заключает танцор.

Значок базы резко вспыхивает на карте.

— Если он намерен атаковать эту базу, то мы бессильны. Он ее пять раз уничтожит, пока мы эту глыбу обойдем. Она нам даже предупредить их не позволит.

— Не позволит. Но обходить ее мы не будем, — продолжает рассматривать карту Миро.

— И бросим базу без помощи? Она же не чета нашей, — возмущается Вильгельм.

— Нет. Мы пройдем глыбу насквозь и выйдем у базы. Самое позднее – в начале боя, — танцор поворачивается спиной к экрану. – Полный вперед. Передать управление на мой пульт.

— Но… — растерянно пытается возразить ему Вильгельм.

— Оставьте. Этот кусок сыра только отсюда монолитом кажется. Я тяжелый крейсер в любую из его дырок проведу. А наш… Не глядя, — Миро внимательно глядит на Вильгельма. – Взгляните на карты и убедитесь сами.

— Какие карты?

— Увижу зятя – поколочу. За десять лет так и не сделал карту проходов в этой глыбе. Клялся же. – Возмущается танцор и тут же поясняет. – Мы ее с ним когда-то всю излазили.

 

База Флота по ту сторону глыбы. Рядом с ней, завершая скачок, появляется эскадра генерала Шенада.

 

Рубка крейсера. Миро, сидя в кресле капитана, управляет кораблем. Вильгельм подходит к нему:

вы сбавили скорость.

— Да. Хочу дать Шенаду больше времени, — не глядя на него, отзывается танцор.

— Надеетесь, что он передумает?

— Нет. Просто будет легче наказать его, если у нас будут доказательства его нападения на базу.

— Легче наказать?! – удивляется Вильгельм.

— Именно. Если генерал Шенад пошел на нарушения, то это не дает нам права сделать то же самое, — Кентерман поворачивается к собеседнику, не отрываясь от основного занятия. – Особенно мне, гаранту соблюдения договора.

 

База Флота. Эскадра генерала Шенада атакует ее. На поверхности базы вспыхивают огни от точных попаданий. В тылу атакующей эскадры из темной поверхности глыбы выходит крейсер Флота.

 

Рубка крейсера. На большом экране видна атака эскадры генерала Шенада на базу Флота.

— Как раз вовремя. Потери невелики и доказательства есть, — Миро поворачивает голову к стоящему рядом Вильгельму и подмигивает ему. – Теперь посмотрим, что он будет делать.

— Эскадра была больше, — замечает тот.

— Я заметил. Возможно, нам это на руку, — задумчиво произносит танцор. – Передайте по всем каналам: «Я, Миро Кентерман, гарант соблюдения условий договоров Генгара и Галактического Флота, наблюдаю нарушение условий третьего договора эскадрой Генгара. Данной мне властью требую прекратить огонь. Флоту на провокации Генгара не отвечать. Опознавательные коды прилагаю. Командующему генгарской эскадры немедленно связаться со мной».

 

Рубка генгарского корабля. В кресле капитана сидит мужчина 30-40 лет, спокойный и сосредоточенный. В рубке голос Кентермана повторяет сообщение.

— Коды опознаны? – обращается мужчина к одному из членов экипажа.

— Да, капитан Дарман. Это голос гаранта, — отвечает тот.

— Значит, гарант на базе или рядом с ней, — тихо произносит капитан и, после паузы, отдает команду. – На сообщения от генерала Шенада не отвечать, на позывные тоже.

— Но капитан! – восклицает один из офицеров.

— Я дал великую клятву не воевать против гаранта. Если он там, то меня и вас не существует, — повернувшись к офицеру, резко отвечает капитан.

— Великую клятву! Капитан… — и офицер потрясенно умолкает.

Дарман обводит взглядом потрясенно умолкший экипаж.

когда-то мы с гарантом померились силами на тренажерах. От них остался только лом. Тогда мы оба дали великую клятву не воевать против друг друга.

Экипаж облегченно вздыхает.

— Вы лично знакомы с гарантом? – любопытствует все тот же офицер.

— Да. И мы все знаем, что без нас генерал Шенад не выполнит намеченного. Присутствие гаранта – это наш единственный шанс остановить генерала и сохранить воинскую честь.

 

Рубка крейсера. На большом экране экипаж наблюдает, как бой прекращается, но несколько генгарских кораблей дают залп по базе. Провокация остается без ответа.

— На связи генерал Шенад, — сообщает один из офицеров.

— Дайте на большой экран, – просит Миро.

На большом экране появляется пожилой, совершенно седой, но подтянутый мужчина. Он и Кентерман пристально рассматривают друг друга.

— Я буду говорить только с гарантом, — холодно заявляет Шенад.

— Он перед вами, — также холодно отвечает Кентерман.

— Не слишком ли вы молоды для этого, лейтенант? – усмехается генерал.

— Скорее слишком стар. Вы нарушили условия договора. Я вынужден наказать Генгар.

— И как же? – по-прежнему усмехается Шенад.

— Офицер, найдите условия третьего договора Генгара и Флота, — просит танцор, не отрывая глаз от собеседника.

— Есть, — отзывается офицер, не тот, что сообщил о связи с генералом.

— Найдите пункт, в котором упоминаются боевые действия в этом районе. Прочтите о наказании Генгара за нападение на объекты Флота.

— «За намеренное и не спровоцированное нападение войск Генгара на объекты Галактического Флота допускается уничтожение одной или нескольких баз из нижеприведенного списка по выбору гаранта…» — читает офицер.

— Прочтите список, — прерывает его Миро, все также глядя на генгарца.

— «Лурана». «Антара». «Шенара».

— «Лурана». Велика честь. «Шенара» слишком далеко, а «Антара» — в самый раз. Правда, генерал Шенад? – Кентерман мило улыбается собеседнику.

Генерал перестает усмехаться и напряженно смотрит на танцора.

— Офицер, узнайте обо всех встречах Флота и войск Генгара за последний год. Сколько и какие?

— Никаких встреч не было, кроме официальных, — отзывается тот, получив ответ на запрос.

— И так, генерал. Вашу атаку считаю намеренной и не спровоцированной со стороны Флота. – Миро впервые отворачивается от генерала Шенада в сторону офицера, сообщавшего о связи. – Запросите от имени гаранта у командования войск Флота в этом районе тяжелый крейсер. Пусть его капитан свяжется с нами.

— Хотите произвести впечатление, лейтенант? – стараясь сохранить спокойствие, интересуется Шенад.

— Нет. Просто выполняю обязанности гаранта, — отзывается, не поворачиваясь, танцор.

— Капитан «Звездной  ночи» на связи.

— Дайте его на второй экран, — Миро поворачивается к генералу. – Думаю, вам будет приятно увидеть капитана «Звездной ночи» лично.

Шенад сдерживается, но бледнеет. Кентерман поворачивается в кресле так, чтобы видеть обоих собеседников. На втором экране появляется пожилой офицер с суровым выражением лица.

— «Звездная ночь» готова выполнить ваш приказ, гарант, — чеканит капитан.

— Здравствуйте, капитан Зартан. Генерал Шенад, — Миро кивает в сторону большого экрана. – Его действия в отношении Флота вынудили меня… Мне жаль, но… Капитан. Я приказываю вам подойти к научно-исследовательской базе Генгара «Антара» и, при появлении любого из кораблей генерала в том районе, уничтожить ее.

Танцор молча переводит взгляд с капитана на генгарца. Лицо Зартана остается прежним, а на лице Шенада появляется нежелание верить в серьезность происходящего.

— Вам ясен мой приказ, капитан? – уточняет Миро.

— Да. Подойти к научно-исследовательской базе генгара «Антара» и, при появлении в том районе любого из кораблей генерала Шенада, уничтожить ее, — повторяет приказ Зартан.

— Все точно. Данные о кораблях генерала Шенада вам сейчас передадут. Выполняйте приказ.

Капитан отдает честь и экран гаснет. Танцор тяжело вздыхает.

— Вот так, генерал Шенад. Нам обоим есть, о чем подумать. Через четыре часа жду вас на своем корабле, — заключает танцор и делает знак отключить связь.

Генгарец хочет что-то сказать, но его изображение исчезает с большого экрана.

 

Словно сквозь туман виден коридор, по которому идут Миро и капитан Дарман. Мужчины о чем-то горячо спорят, но слов не слышно. Они заходят в какое-то помещение. Какая-то фраза Дармана заставляет танцора резко остановиться. Кентерман потрясенно глядит на собеседника и резко бросается на него с явным намерением избить.

 

Титры: «База «Антара».

Просторная спальня. Молодая беременная женщина резко садится в постели.

— Тьфу ты… Приснится же такое… — качает она головой, потирая виски.

Женщина медленно оглядывает комнату.

— Та-а-ак. Ругались, явно ругались, — женщина тяжело вздыхает и гладит живот. – Спокойно, малыш, спокойно. Сейчас мама встанет, соберется… Все будет хорошо.

Женщина встает и надевает халат поверх ночной сорочки.

— Фатима! Фатима! Вечно ее нет, когда нужна, — ворчит она. – Фатима!

Женщина выходит из спальни.

 

Рубка «Звездной ночи».

— На связи начальник базы «Антара», — сообщает один из офицеров.

— Только прибыли, — дивится капитан Зартан. – Дайте на экран.

На экране появляется изображение полноватого мужчины средних лет.

— Мухамед Вальзи. Начальник базы «Антара». Хотелось бы узнать причину появления столь грозного соседа? – представляется мужчина, не скрывая беспокойства.

— Капитан Зартан. Удивлен вашей наблюдательностью. Цель визита – уничтожение «Антары» при появлении кораблей генерала Шенада.

— Так и знал, — Вальзи со злостью ударяет кулаком по ладони другой руки. – Когда-то они должны были столкнуться.

— Это вы о ком? – настораживается Зартан.

— О Шенаде и гаранте. У генерала влиятельная родня и тоска по былым завоеваниям Генгара. У гаранта мертвая хватка и резкое неприятие завоевателей, — Вальзи разводит руками. – Столкновение неизбежно.

— Ваша информированность поражает, — улыбается капитан «Звездной ночи».

— С такой гостьей, как у меня, это естественно.

— А что за гостья?

— Шелли Дарман. Жена Рашида Дармана. Он один из офицеров генерала.

— Теперь понятно, — кивает Зартан.

— Кстати, о Шелли, — тон Мухамеда Вальзи становится холодным и серьезным. – Если с нее упадет пылинка, то и Флот пострадать может.

Зартан настораживается.

— Видно вы не знаете. Рашид Дарман – невероятно одаренный человек, — поясняет начальник базы.

— Этого я не знал. Хотя слышал, что при любых обстоятельствах генгарцы добиваются выполнения только двух вещей: соблюдения великой клятвы и появления потомства у одаренных людей.

— Да, все верно. С детьми у Дармана были большие проблемы. Шелли нашли чудом, и она вот-вот родит, — сделав паузу, Вальзи интересуется. – Можете себе представить, что будет, если Шелли погибнет вместе с «Антарой»?

— Нет. Что-то большое и ужасное. У вас есть предложения?

— Заберите Шелли к себе. Живая Шелли больших бед не вызовет, — улыбается Вальзи.

— Уж точно меньше, чем мертвая. Я пришлю за ней пилота. Предупредите ее.

— Хорошо, — кивает генгарец. – Но у меня еще одна небольшая проблема.

— Еще одна гостья? – смеется капитан Зартан.

— Нет. Проблемы в техническом секторе базы. Нет нужного специалиста, — Мухамед Вальзи нервно трет руки.

— Хорошо, будет вам и специалист. Мне не нужны лишние проблемы при выполнении приказа, — вздыхает капитан «Звездной ночи».

 

База «Антара». Просторная комната. На диване сидит женщина, сон которой мы видели. Пред ней на низком столике стоит открытый чемодан. женщина складывает в него вещи для новорожденного, делая это быстро и аккуратно.

— Фатима, ты долго еще будешь искать второй чемодан? – кричит женщина.

— Уже нашла, Шелли, — отзывается Фатима из другой комнаты.

Входит девушка с чемоданом и кладет его на диван рядом с Шелли, немного пододвинув к ней стопку детских вещей.

— Сложишь сюда драгоценности, белье, пару платьев… А там посмотрим, — не отрываясь от своего занятия, распоряжается Шелли.

Фатима молча кивает, уходит в другую комнату и вскоре возвращается со стопкой одежды:

— Вот одежда, а где драгоценности я не помню.

Шелли замирает, но тут же продолжает складывать вещи.

— Они у Вальзи. Надо будет забрать.

Фатима начинает поковать чемодан, но тут  раздается сигнал, извещающий о госте.

— Впусти, Фатима, — просит Дарман.

Девушка уходит и возвращается вместе с начальником базы. Вальзи с удивлением глядит на чемоданы. Шелли, уложив последнюю вещь, закрывает крышку чемодана.

— Главное – сложили, — Шелли поднимает глаза на гостя. – Здравствуйте, Вальзи. Немедленно верните мне мои драгоценности, что хранятся у вас.

— Конечно… А что случилось?

— Сон, — поясняет Фатима, складывая вещи.

— Сон? – недоумевает Вальзи.

— Да, сон, — подтверждает Шелли. – Рашид с гарантом ругались. Это к проблемам, а их я предпочитаю встречать одетой и сидя на чемоданах. Кстати, а вы с чем пришли?

— С проблемами, — вздыхает генгарец. – Пришел корабль Флота по нашу душу…

— Меня отвезут к ним? – перебивает его женщина.

Фатима выпрямляется и внимательно смотрит на обоих собеседников.

— Да. Капитан Зартан пришлет пилота, — растерянно подтверждает Вальзи.

— Вот и славно. Пришлите драгоценности и я… — Шелли поворачивается к Фатиме. – Вечно ты копаешься! Закрой чемодан.

Дарман хлопает ладонью по уложенному ею чемодану.

 

Рубка «Звездной ночи».

— Пилот Ирма Турман по вашему приказанию прибыла, — рапортует Турман капитану Зартану.

— Полетите на «Антару». Заберете там Шелли Дарман и отвезете на нашу базу. Координаты вам сообщат. Будьте предельно внимательны и любезны с пассажиркой. Она вот-вот родит. За нее и ребенка отвечаете лично. Если возникнет необходимость, то останетесь на базе. Это все. Можете идти, — ставит ей задачу Зартан.

Ирма отдает честь и покидает помещение.

— Есть связь с гарантом? – спрашивает капитан «Звездной ночи» у одного из офицеров экипажа.

— Связи нет. Гарант ведет переговоры с генералом Шенадом. Он просил соединить его с нами только в случае выполнения приказа, — отвечает тот.

— Что ж. Будем выкручиваться сами, — вздыхает Зартан.

 

Кабинет начальника базы «Антара». Вальзи достает из сейфа шкатулку и протягивает ее стоящему рядом молодому генгарцу.

— Отдай это Шелли Дарман и проводи ее на корабль, — распоряжается Вальзи.

— Хорошо, — кивает молодой человек и уходит.

— Теперь с тобой, — обращается начальник базы к сидящему у стола мужчине, примерно одного с ним возраста. – Капитан Зартан обещал прислать специалиста. Покажешь ему все.

— Конечно. Может, разберется что к чему, — соглашается мужчина. – Что-то у меня плохие предчувствия на счет этих проблем.

— И у него тоже! – Вальзи хлопает ладонью по столу. – Мало мне Шелли, так еще и ты. Ладно, займись делом. Нас еще могут и не уничтожить.

— Могут, — вздыхает мужчина, поднимаясь.

 

База «Антара» с расположенной относительно недалеко от нее «Звездной ночью». Видно, как от крейсера отделяется небольшой кораблик, летит к базе, садится, но вскоре взлетает и летит прочь от «Звездной ночи» и базы.

 

Рубка «Звездной ночи».

— Капитан, на связи начальник базы, — сообщает офицер.

— Дайте на экран, — откликается Зартан.

На экране возникают Вальзи и офицер Флота.

— У нас проблемы, капитан, — начинает офицер. – Неполадки слишком серьезные. Гибель базы неизбежна, плюс заражение всего района в ближайшие часы.

— Что предлагаете? – холодно спрашивает капитан «Звездной ночи».

— Эвакуировать людей и полностью уничтожить базу из главного орудия. Это позволит избежать заражения, — отвечает офицер.

— Я согласен с этим. Нужна ваша помощь в эвакуации и место для размещения людей, — добавляет начальник «Антары».

— Сможете избежать паники? – интересуется Зартан.

— Какая паника, капитан? – машет рукой Вальзи. – У нас научно-исследовательская база и эвакуации привычное дело.

— Хорошо. Я договорюсь с базами Флота о транспорте и размещении и сообщу вам. Сколько у вас людей?

четырнадцать тысяч с хвостиком, — отвечает начальник базы.

— Хорошо. Приступайте к эвакуации, — соглашается капитан Зартан и обращается к офицеру. – Сможете выиграть нужное время?

— Думаю, да. Уже принимаю меры, — отвечает офицер.

— Тогда все, — Зартан кивает собеседникам и отключает связь.

— Свяжитесь с ближайшими базами Флота, — командует капитан и бормочет про себя. – Надеюсь, я смогу выполнить приказ гаранта.

 

Титры: «Ближайшая к «Антаре» база Флота».

Небольшая стандартная жилая комната на трех человек. Входят Шелли и Ирма с Фатимой, несущие по чемодану. Дарман сразу садится на одну из кроватей.

— Наконец-то. Как я устала от этих перелетов, — облегченно вздыхает она.

Ирма ставит чемоданы в угол. Фатима садится на другую кровать.

— Пока здесь постоят. Скоро принесут обед, — сообщает офицер.

— Очень кстати. Извините, что я не отпустила вас на корабль. Мне так хочется пообщаться с офицером Флота, а то все генгарцы, сунирийцы… — жалуется Шелли.

— Разве мы плохо к вам относимся? – беспокоится Фатима.

— Ну, что ты! Конечно, нет, — успокаивает та ее и поясняет Турман. – Генгарцы смотрят на меня, как на чудо, а сунирийцы никак не определятся.

— И то, и другое утомляет, — смеется Ирма. – Что ж вы за генгарца вышли?

— Я вышла? Да мы всегда супругами были, — отмахивается Дарман.

— Это как? – удивляется офицер.

— Да вот так, — разводит руками Шелли. – С легкой руки гаранта. Его дядя и мой отец – скульпторы. Часто вместе работают. Как-то раз я с гарантом одновременно оказались в гостях у его дяди.

 

Просторная столовая с окнами в сад. За столом сидят Миро и Шелли и пью чай с разнообразной домашней выпечкой. Раздается звонок.

— Я открою, — поднимается из-за стола Шелли.

Танцор молча кивает. Сунирийка выходит из столовой в прихожую и открывает дверь. За дверью стоит Рашид Дарман, который объяснял экипажу, почему он не воюет против гаранта. В руках у него солидная папка. Увидев друг друга, они делают вид, что никого не видят. Рашид пытается рассмотреть, где Миро, но вскоре сдается.

— Гарант здесь? – умоляюще, через силу, спрашивает он.

— Да, — неохотно отвечает Шелли и, пропуская его в прихожую, кричит танцору. – Гарант, к тебе генгарец!

— Пусть проходит! – кричит в ответ Кентерман.

Шелли молча проводит Дармана в столовую и садится на прежнее место. Миро встает, жмет руку Рашида и, взяв у него папку, вновь садится, отодвигает посуду и, раскрыв папку на столе, изучает ее содержимое. Дарман стоит возле танцора, со все возрастающим недовольством поглядывая на сунирийку.

— Гарант, это важные документы, — не выдерживает генгарец.

— Знаю. Других ты мне не возишь, — переворачивает страницу гарант, не отрываясь от чтения.

— Тогда почему ты изучаешь их при посторонних?

— Это не посторонние.

— А кто? – раздраженно спрашивает Рашид.

твоя жена.

Шелли замирает, подозрительно глядя на Миро. Дарман потрясенно глядит на нее. Желая что-то сказать, он открывает рот.

— И мать твоих детей, — опережает его Миро, переворачивая очередную страницу.

Рашид с громким клацанием закрывает рот. Шелли переводит на него взгляд и смущенно смеется.

— Ваш Шенад – будущая беда Генгара, — закрывая папку, заключает танцор. Миро встает, берет Дармана под руку и ведет к выходу, помахивая папкой в другой руке в такт своим словам. – Похоже, этого многие не понимают. Мне, как гаранту, его на место не поставить. Возьмите Шенада под пристальное наблюдение. Где-то и когда-то он даст повод отдать себя под трибунал. Другого выхода я не вижу.

Дарман рассеяно слушает. У дверей он резко останавливается.

— За такие шутки бить надо.

— Какие шутки? – удивляется Кентерман.

— За эти. Ты же знаешь, какие у меня проблемы с потомством.

Танцор, закатив глаза, тяжело вздыхает, ударяет папкой в грудь генгарца. Рашид машинально прижимает папку. Миро, резко поворачивается и идет в столовую.

— Шелли, родная, подари локон, — ласково шепчет Кентерман почти на ухо сунирийке.

Та смотрит на него, пожимает плечами и, взяв нож, отрезает небольшой локон.

— Ты – прелесть, — благодарно улыбается ей танцор, забирая волосы.

Миро возвращается к Дарману, берет его руку, поворачивает ладонью вверх, кладет локон и сжимает кулак.

— Думаю, этих объяснений тебе будет достаточно, — выставляет за дверь генгарца танцор.

 

Космопорт. Миро провожает Шелли на посадку.

— С того визита для Рашида все и началось, но не для меня. С совершенно спокойной совестью две недели спустя я улетела домой, — звучит за кадром голос Шелли.

Миро смотрит, как скрывается Шелли, и идет к большому окну, открывающему вид на взлетное поле.

— Гарант! – раздается крик Дармана.

Танцор поворачивается на голос, и генгарец едва не налетает на него.

— Где Шелли?

— Домой летит, — недоуменно указывает на взлетающий корабль гарант.

Дарман смотрит в указанную сторону, бледнеет и с криком «Нет!» ударяет по стеклу, которое тут же покрывается многочисленными трещинами.

— Ты что, сдурел?!  — кричит на него изумленный Кентерман.

— Я сдурел?! – поворачивается к нему генгерец. – Это ты сдурел! Отправил ее домой! Как ты мог?

— Молча. Это не повод бить окна.

— Не повод, — соглашается Рашид. – Но теперь я остался и без жены, и без детей. А это повод.

Подбежавшая к ним охрана, останавливается поблизости, не желая вмешиваться в спор мужчин раньше времени.

— Ты о чем? – недоумевает гарант.

— Я о нашей полной совместимости с Шелли. Второго раза может и не быть.

— Ясно, — кивает Миро. – Успокойся. Я проблему создал, я ее и решу.

— Он решит, — ворчит Дарман, успокаиваясь.

— Решу, — твердо заявляет Кентерман и указывает на охрану космопорта. – Но проблему окна решай сам.

Миро уходит, а Рашид подходит к представителям охраны космопорта.

За кадром звучит голос Шелли:

— Не знаю уж как, но гарант добился визы для Рашида.

 

Просторная прихожая. Шелли идет открывать дверь.

— Месяца через два после возвращения я опять открыла дверь, — звучит за кадром ее голос.

Шелли открывает дверь. На пороге стоит Дарман с огромным букетом и чемоданом у ног.

— Здравствуй, родная, — уверенно переступает порог генгарец. – Это тебе.

Рашид протягивает букет. Шелли недоуменно берет его и вздрагивает от неожиданного поцелуя в щеку.

— Я просил у командования отпуск на месяц. Думал, не дадут. Это тоже тебе, – генгарец ставит чемодан у ног Шелли. – Только заикнулся, что к тебе надо ехать. Три дали. Представляешь? Три месяца.

— Шелли, кто там? – спрашивает, выглядывая из комнаты, мужчина средних лет.

— Зять и я, — отвечает, переступая порог с чемоданом в руках, Миро, и опуская ношу возле генгарца.

Мужчина с озадаченным видом входит в прихожую.

— Чей зять? – спрашивает он, переводя взгляд с одного из присутствующих на другого.

— Наш, папа, — смеется молодой сунириец, зашедший за танцором. – Ты бы видел, как он покупал цветы для Шелли! У продавца было такое лицо…

Брат Шелли пытается показать выражение лица продавца, но не выдерживает и смеется. К нему присоединяются остальные.

 

Комната на базе Флота. Фатима и Турман сидят на одной кровати, а Шелли на второй. Все смеются.

— Вот так и началась моя семейная жизнь, — заканчивает рассказ Шелли, поглаживая живот. – Кстати, никто не знает, как рождаются маленькие генгарцы? Что-то малыш приумолк.

— Не знаю, но врача вызову, — встает Ирма. – На всякий случай.

 

Рубка «Звездной ночи».

— Радиосвязь с «Антарой», — сообщает офицер.

— Дайте немедленно, — отзывается капитан Зартан.

— Немедленно приступайте к уничтожению… Да шевелись же ты… Начинайте с технического сектора… Живее ребята. Мы успеем, — звучит прерывистый голос того офицера, что докладывал Зартану о неполадках на базе.

— Главное орудие готово?

— Да, капитан.

— Огонь! – командует Зартан.

— Капитан, в секторе появились корабли. Они опознаны как корабли генерала Шенада.

— Приказ выполнен, — облегченно вздыхает Зартан. – Доложите гаранту.

 

База «Антара». Над ней висит «Звездная ночь». Луч от главного орудия тяжелого крейсера медленно движется по поверхности базы, вызывая столбы огня. С охваченной огнем стороны базы приближается несколько кораблей генерала Шенада. С противоположной стороны от «Антары» отделяется маленький кораблик и устремляется к «Звездной ночи».

 

Рубка корабля Рашида Дармана.

— Капитан, есть сообщение для гаранта, — сообщает один из офицеров.

— О чем? – спрашивает Дарман.

— База «Антара» уничтожена… — потрясенно отвечает тот.

— Шелли, — шепчет Рашид, впиваясь  в подлокотники кресла, но вскоре командует. – Связь с командующим. Немедленно.

 

Кают-компания на крейсере, которым командует гарант. С довольным видом генерал Шенад развалился в кресле. Миро нервно меряет помещение.

— Вам никого не жаль. Вы страшный человек, генерал, — не глядя на собеседника, говорит Кентерман.

— Я военный человек, — уточняет тот.

Открываются двери и входят Дарман и несколько вооруженных генгарцев.

— Имею приказ арестовать и доставить на ближайшую военную базу Генгара генерала Шенада, — сообщает ледяным тоном танцору Рашид.

— Выполняйте приказ, — отвечает Миро.

Дарман делает знак спутникам, которые довольно грубо обыскивают, обезоруживают и, сковав наручниками, выводят из помещения ошеломленного Шенада. Рашид молча наблюдает за их действиями, потом поворачивается к танцору.

— Ты знал, что Шелли на «Антаре»?

Миро бледнеет и обессилено  опускается на пол.

— Как на «Антаре»? – шепчет он.

— Генерал Шенад тебе не сказал?

— Нет… Вот сволочь! Даже придушить его мало! – взрывается танцор, вскакивая.

— Уймись. Его ждет трибунал. Ты был прав. Шенад дал повод. Вот только… — Рашид зажмуривается глаза, пытаясь сдержать слезы.

— Держись, Рашид. Чудеса иногда бывают. Я узнаю. Может Шелли и жива. Свяжись со мной позже, — танцор ободряюще хлопает генгарца по плечу.

 

Рубка того же крейсера. Миро сидит в капитанском кресле, а на большом экране изображение Рашида Дармана.

— Церемониться с Шенадом не стали. Боялись, что вмешается его родня, но та просто молчала, — рассказывает генгарец.

— Много дали? – спрашивает танцор.

— Высшую меру. Приговор уже выполнен. В общем все. У меня еще дела, — прощается Дарман.

— Стой! Я тебя еще не поздравил, — останавливает его Миро.

— С чем?

— С прибавлением в семье.

— Какой семье?

— В твоей семье. Или с рождением сына в Генгаре не поздравляют?

— Шелли?! – кричит Рашид, резко поддавшись вперед.

— Жива Шелли. И сына родила. Командующий базы разрешил тебе их навестить. Одному, — уточняет Кентерман.

Дарман исчезает с экрана. Пустой экран гаснет. Смеясь, Миро качает головой.

 

Тот же коридор, что снился Шелли. Миро и Рашид идут по нему.

— Моего сына будут звать Миро.

— Только не Миро.

— Только Миро. Смерть обернувшаяся жизнью. Уничтожение ставшее спасением. Только Миро.

— В этой галактике хватит уже гениальных Миро, — возражает танцор.

— Ты не понимаешь…

— Да все я понимаю. Неужели так трудно взять другое имя? – раздражается танцор, вместе с генгарцем заходя в комнату, в которой поселили Шелли на ближайшей от «Антары» базе Флота.

Шелли с Турман разбирают чемодан с детскими вещами. Услышав мужчин, они поворачиваются к ним.

— Вещий, — шепчет про себя сунирийка.

— Это мой сын. Миро! – решительно заявляет генгарец.

Миро ошарашено смотрит на него и внезапно кидается с кулаками.

— Стоять! —   вопит Шелли, а Ирма бросается разнимать.

Мужчины замирают, а Ирма втискивается между ними.

— Мне плевать, как зовут ваших сыновей, — грозно заявляет Шелли. – Согласно выданного мне начальником этой базы документа моего первенца зовут Мирославом. Ясно?

— Ясно, — хором отвечают мужчины, переглянувшись.

— Шелли, твоя предусмотрительность восхитительна. Прими мои поздравления, — Миро галантно целует ей руку.

— И мои тоже, — отстраняя гаранта, спешит обнять жену Рашид.

— Спасибо, родной. Малыш в медблоке. Хотите взглянуть, гарант?

— А можно? – косится на отца ребенка танцор.

— Конечно, — смеется Шелли.

— Гарант? – недоуменно смотрит то на Миро, то на сунирийку Турман. – Какой он гарант? Это же танцор Миро Кентерман. А почему вы в форме офицера Флота?

— Ирма, извини, — начинает Миро.

— Лучше я, — перебивает его Шелли. – Основная профессия Миро Кентермана – танцы. Но он сын двух выдающихся офицеров, выросший на боевых кораблях Флота. Свой гений он впервые проявил именно на Флоте. За это ему дали звание лейтенанта, а также другие державы свалили на него обязанности гаранта.

— Так он и гарант, и танцор, и пилот, и… — медленно перечисляет Турман.

— Он все это и еще чуть-чуть, — останавливает ее Шелли.

— И как мне к нему относиться? – интересуется Ирма.

— Как к мужу, — тут же предлагает танцор.

— Как к мужу?! – восклицает пилот. – Да я без полетов жить не смогу!

— Значит, будет летать вместе с вами, — заявляет командующий Галактического Флота, заходя вместе с Мстиславом Кентерманом.

Миро и Ирма отдают честь.

— Я не ослышался, Миро? Ты сделал предложение этой девушке? – спрашивает командующий у гаранта.

— Делаю, — уточняет тот.

— Не буду мешать.

Командующий удобно устраивается на одной из кроватей. Его примеру следует отец Миро и супруги Дарман.

— Ирма, выходи за меня замуж, — просит танцор.

— И ты будешь летать со мной? – уточняет пилот.

— Будет, будет, — заверяет ее Мстислав.

— Ну, папа! Зачем ты вмешиваешься? – возмущается Миро.

— Ну, хочу я, чтобы она стала моей невесткой. Даже ее отец согласился, — объясняет Кентерман-старший.

— Миро, а кто твой папа? – тихо спрашивает Турман.

— Заместитель командующего Галактическим Флотом по тылу.

— Я готовить не умею.

— Мне жена надо, а не повариха. Ребеночка родишь? – просит танцор.

Ирма кивает.

— А замуж за меня пойдешь?

— Пойду, — тихо отвечает Турман.

Миро обнимает невесту, а его отец подходит к ним, на ходу доставая коробочку. Танцор открывает коробочку, в которой оказываются два обручальных кольца.

— Выбирай, — предлагает он Ирме.