ГУРМАН ЛЮБВИ

 

   Лирическая мелодрама(романтическо-гастрономическая комедия)

 

                 Оригинальный сценарий

 

 

              Автор: Елена Миронова, Москва.

                                              a-fishka@mail.ru

                                             тел. 8*903*503*1555

 

 

 

             

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ:

 

УСТИНЬЯ – простая деревенская девушка, приехавшая в столицу. Добрая,  немного грубоватая и простоватая, откровенная, но от этого не менее милая.

ПАВЕЛ – надменный ленивый метросексуал, озабоченный лишь своей внешностью. Инфантильный паразит. Устинья его полностью обслуживает, поэтому он с ней и живёт. Никого не любит, кроме себя.

ИННА МАКСИМОВНА– его бабушка, бывшая балерина, желчная старуха со снобистскими замашками. Считает себя и своего внука венцом творения. Озабочена собственным весом, который и так чуть больше веса колибри.

 

                           

                                               

 

                                                СИНОПСИС

 

Устинья Стелькина– провинциальная девушка – работает официанткой в ресторане. Она не собиралась долго здесь задерживаться, но влюбилась в Павлика – бармена, поэтому, чтобы быть с любимым рядом, продолжает выполнять ненавистные функции официантки. Это ей не всегда удаётся, чаще всего Устинья получает недовольство клиентов ресторана, а потом и нагоняй от администратора. Но она решительно терпит всё это из-за Павлика, с которым они вместе снимают квартиру. У Устиньи есть только одна отдушина – повариха в ресторане разрешает ей помогать при приготовлении блюд, заметив, что у девушки есть талант к кулинарии. Устинья знакомится с бабушкой Павла, Инной Максимовной, чопорной и сухой бывшей балериной, и та, конечно, недовольна, что эта девица собирается выйти замуж за её внука. Она постоянно делает замечания Устинье, но та вынуждена терпеть. Павел собирается ехать в Прагу на международный конкурс барменов, вследствие чего почти всё время проводит на работе – тренируется. Устинья же в свободное время шлифует свой кулинарный талант, изгаляясь в приготовлении экзотических блюд. Разумеется, она их пробует, что не может потихоньку не сказываться на её весе. Однажды Устинья навещает Павла в ресторане( у неё выходной), и вдруг видит его откровенно флиртующего с новой тощей официанткой. От расстройства Стелькина устраивает ему истерику, и выливает на голову новенькой заказ какого-то клиента. Администратор ресторана тут же её увольняет. Вечером ей приходится извиняться перед Павликом, который на следующий день уезжает на конкурс. Устинье звонит заболевшая Инна Максимовна, и просит её привезти ей лекарства. Устинья, желающая услужить, мчится на помощь, а прихворавшая балерина, поедая приготовленный девушкой обед, сообщает ей, что она не пара её внуку, что он коренной москвич, из интеллигентной семьи, что он учится в институте, (Устинья напоминает, что он тоже обслуживающий персонал) и лишь по недоразумению работает в ресторане. Девушка тут же говорит, что уже не работает официанткой. А какая разница, говорит бабка, не в этом – так в другом. «Такие девушки, как ты, могут работать только официантками». К тому же старуха замечает, что Устинья поправилась.

Стелькина, вся в слезах, возвращается домой и решает доказать Инне Максимовне, что та коренным образом не права. Она собирается найти себе новую работу, и-похудеть. Но перед похудением следует посыпать свои раны… сахаром, а точнее – сладкими десертами! Вдоволь наевшись, Устинья приступает к выполнению своего плана.  Она покупает газету с объявлениями, и отправляется  в ресторан, в котором требуются повара и официантки. Девушка на собеседовании безбожно врёт о том, что она – супер-пупер-повар, что работала в «Метрополе» и «Пекине», разумеется, её сразу же берут. Однако проблема состоит в том, что на самом деле она мало что умеет, так что ей приходится срочно штудировать кулинарные книги, а свою неопытность перед другими поварами маскировать. Устинья, приготовив невероятный, несочетаемый десерт, тут же сообщает, что это подают во Франции, например. Словом, в глазах других она выглядит поваром, предпочитающим изысканные и экстравагантные блюда. Однако посетители ресторана, расположенного в спальном районе, с удовольствием пробуют её творения с такими красивыми названиями – каждому хочется приобщиться к европейской культуре…

Увы, похудеть Стелькиной не удаётся. Да и как похудеешь, будучи поваром? Она стремительно продолжает набирать вес. Но вот настаёт день, когда возвращается со своего конкурса Павлик. Устинья звонит ему и узнаёт, что тот не приедет сегодня к ней, он заедет к  бабушке, и останется у неё переночевать. Девушка, ничуть не смущаясь, решает сделать ему сюрприз. Она лично готовит торт, и приезжает с ним к Инне Максимовне. И вот тут её ждёт пренеприятнейший сюрприз. В гостях у бывшей балерины не только внук, но и та новенькая официантка. В результате вечер получился отвратительным: старуха за столом всё время подкалывает Устинью, предлагает ей вместо ростбифа листья салата и обезжиренный творог, Павлик даже не смотрит на неё, бабушка откровенно радуется. Устинья психует и интересуется – почему она довольна его новой подружкой, ведь она тоже – официантка. На что та заявляет, что эта девушка – москвичка, и она просто вынуждена работать в ресторане. Устинья понимает, что все её усилия будут тщетными, что бы она не сказала, и уходит домой. Но вслед новая подружка Павла кричит ей, чтобы Стелькина забрала торт, мол, все они следят за своими фигурами. Не выдержав, Устинья залепляет этим тортом ей физиономию, и, наконец, ставит точку в своих отношениях с Павлом.

Идёт время, она с каждым днём готовит всё лучше, в ресторане она приобрела себе друзей среди персонала, ей повышают зарплату, и, кажется, всё хорошо. И становится ещё лучше, когда один из постоянных посетителей ресторана, неуклюжий и толстоватый Игорь, приглашает её на свидание. Он в восторге от её блинчиков, и просит рецепт. Он тоже любит готовить, к тому же его недавно бросила девушка. Устинья его утешает, но вскоре дружеские отношения перетекают в романтические. Однажды, гуляя по торговому центру, Игорь замечает ругающуюся парочку, показывает на них Устинье, и замечает, что они ругаются, потому что тощие и недовольные жизнью, потому что голодны. Устинья узнаёт в той парочке своего бывшего парня с его новой подружкой.  В это время Игорь, ласково называя её всякими гастрономическими прозвищами, предлагает ей продумать меню на их свадьбу. И сообщает, что разведётся с ней только в одном случае – если Устинья похудеет…

 

Миронова Елена,

8*903*503*1555

 

 

 

 

 

 

 

ИНТ. ЗАЛ НЕБОЛЬШОГО РЕСТОРАНА «СТАРАЯ ПРАГА». ОСЕНЬ. ДЕНЬ.

 

В зале занято несколько столиков. УСТИНЬЯ – симпатичная, крепенькая официантка лет 24, с длинной косой, стоит в уголке с подносом, и мечтательно смотрит за барную стойку. Там стоит красивый парень, ПАВЕЛ -  высокий, стройный, он подбрасывает бутылки, красиво разливает коктейли и пр. Он отрывает взгляд от работы,  смотрит на девушку, и тоже улыбается ей. С одного из столиков машут руками, чтобы привлечь внимание официантки. Но Устинья продолжает пялиться на Павла, и ничего не видит. С другого конца зала за этим безобразием наблюдает АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ – администратор, который делает пометки себе в блокнот.

 

                          КЛИЕНТ

                     (орёт)

                   Эй, ты ослепла? Принеси ещё пива!

                   Два!

 

                          УСТИНЬЯ

                      (поворачивается к нему,

                      её лицо меняется)

                   Два-так два. И чего орать?

                      (бурчит себе под нос)

                   Куда тебе ещё пиво, скоро лопнешь!

 

Подходит к барной стойке, умильно смотрит на Павла, который, красуясь и любуясь собой в зеркальце на барной стойке, наливает пиво.

 

                          ПАВЕЛ

                   Андрей Георгиевич тебе снова штраф

                   выписал. Будь внимательнее.

 

                          УСТИНЬЯ

                       (беспечно машет рукой)

                   Ничего страшного, с  голоду не умру!

 

                           ПАВЕЛ

                       (выставляя перед ней пиво)

                  Вообще-то нам за квартиру скоро

                  платить.

 

                           УСТИНЬЯ

                  Ну так у тебя же завтра зарплата!

 

                           ПАВЕЛ

                  Вообще-то я тебе говорил, что еду

                  На Международный конкурс барменов.

                  Как ты думаешь, мне понадобятся деньги

                  в Праге?

 

                           УСТИНЬЯ

                        (вздыхает)

                  Ладно, что-нибудь придумаю.Я юбку

                  хотела купить,значит, обойдусь.

 

                           КЛИЕНТ

                        (орёт)

                  Эй, ты принесёшь мне пиво, наконец?

 

                           УСТИНЬЯ

                  Уже несу!

 

Подхватывает две пивных кружки и идёт к клиенту. Подходит к его столику, ставит одну кружку, а вторая случайно выскальзывает с её пальцев, и выливается почти полностью на штаны клиента. Устинья замирает в ужасе. Клиент матерится и орёт на неё.

 

                           АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                        (подбегая, клиенту)

                   О, как неловко получилось! Простите,

                   пожалуйста, сейчас я всё исправлю!

                        (хватает со стола салфетки, оттирает

                        брюки клиента)

                   Все убытки вам будут возмещены,

                   разумеется!

                        (поворачивается к Устинье)

                   Из твоей зарплаты, как обычно!

 

                            УСТИНЬЯ

                        (разводит руками)

                   Не, ну я как будто специально это

                   сделала!

 

                            АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                         (Устинье)

                   Неси нашему гостю два пива, да

                   поживей!

                         (клиенту)

                   Не хотите ли отужинать за счёт

                   ресторана?

 

Устинья уже отходит за пивом, но, услышав последнюю фразу, возвращается.

 

                          УСТИНЬЯ

                   То есть за мой счёт?

 

                          КЛИЕНТ

                   С удовольствием!Неси меню, да

                   пошевеливайся!

 

                          УСТИНЬЯ

                      (жалобно, Андрею Георгиевичу)

                   Андрей Георгиевич, но ведь это

                   несправедливо – я же его только

                   пивом облила, а не едой заляпала!

 

Андрей Георгиевич оттаскивает девушку за локоть в сторону.

 

                          АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                   А жизнь вообще несправедлива, дорогуша.

                   Разве это правильно, что я, кандидат

                   исторических наук, вынужден вытирать

                   пиво с колен какого-то пьянчуги? Пиво,

                   разлитое тобой, между прочим! И разве

                   справедливо, что я каждый день должен

                   лицезреть тебя, неповоротливую и ленивую

                   корову?

 

                           УСТИНЬЯ

                     (по щеке у неё течёт слеза)

                   Каждый норовит девушку обидеть…

 

                           АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                   Я держу тебя здесь только потому, что

                   в душе я – неисправимый романтик. И

                   ваши с Павликом отношения вносят в

                   мою пропахшую супом и жульеном

                   жизнь струю свежего воздуха. Вообще,

                   любовь среди кастрюль и стаканов – это

                   очень, очень романтично!

                      (протирает стёкла очков)

                   Иди отсюда, я всё сказал!Принеси гостю

                   пиво и меню, а счёт оплатишь сама. И

                   скажи спасибо, что я тебя пока ещё не

                   выгнал.

 

                            УСТИНЬЯ

                       (обиженно)

                   Спасибо!

 

Отходит к барной стойке, за которой стоит её возлюбленный и протирает стаканы, глядя на свет.

 

                                                                 

                            ПАВЕЛ

                   Ну что, уволил?

 

                            УСТИНЬЯ

                   Нет.Но ползарплаты придётся отдать.

 

                            ПАВЕЛ

                  Он поэтому тебя здесь и держит, что

                  ты работаешь практически бесплатно.

                  Тина, ну почему ты такая неуклюжая?

 

Устинья вздыхает и с умилением смотрит на него, гладит его по руке.

 

 

ИНТ. ТОТ-ЖЕ РЕСТОРАН. КУХНЯ.ТОТ-ЖЕ ДЕНЬ.

 

Устинья вертится у кастрюль, пожилая повариха что-то быстро режет и засыпает в кастрюлю.

 

                         ПОВАРИХА

                   Устинья, помешай соус, я отойду на

                   минутку.

 

Устинья встаёт к кастрюле, мешает. Затем подносит ложку к губам и пробует. Покачивает головой, словно раздумывает. Затем отставляет кастрюльку с огня, и достаёт из шкафчика над головой специи. Перебирает пакетики, думает, затем выуживает один, щедро насыпает в соус специй, затем достаёт ещё один, и снова их сыпет. Возвращается повариха.

 

                        ПОВАРИХА

                    (тянет носом)

                  Что за запах? Имбирь, что ли?

   

                        УСТИНЬЯ

                    (довольно)

                  И мускатный орех. А ещё – чёрный

                  перец. Ну-ка, попробуй!

             

Протягивает ложку с соусом поварихе. Та пробует. Ей нравится, она кивает.

 

                        ПОВАРИХА

                  Вкусно.

 

Идёт и выливает соус в раковину, берёт новую кастрюлю, заново наливает туда воды, кладёт томатную пасту, обжаривает муку на сковороде. Расстроенная, даже уничтоженная увиденным Устинья смотрит на неё.

                                                       

                        ПОВАРИХА

                  Что смотришь? Это соус для обеда

                  Андрея Георгиевича. А он у нас язвенник,

                  ему острое нельзя. Так что ты мне медвежью

                  услугу оказала. Иди, Устинья, не мешай.

 

Устинья, расстроенная, быстро выходит из кухни, широко открывает двери, и слышит за дверями ойканье. Она прикрывает двери, и видит директора ресторана, который держится за голову.

 

                        УСТИНЬЯ

                  Извините, Юрий Львович, я нечаянно…

 

                        ЮРИЙ ЛЬВОВИЧ

                  Намеренно ты или нечаянно – это

                  ничего не меняет!Мне от этого не

                  менее больно!

 

Уничижительно смотрит на неё, и проходит мимо. Поворачивается – на лбу его большое красное пятно, явно собирающееся перерасти в шишку.   Устинья пожимает плечами и подходит к Павлику, суетящемуся за барной стойкой.

 

                        УСТИНЬЯ

                  Павлуша, когда ты освободишься?

                  Что-то я сегодня устала, домой хочу.

 

                        ПАВЕЛ

                    (морщится)

                  Я же просил тебя не называть меня

                  Павлушей!Что это ещё за деревенский

                  сленг? Кстати, бабушка сегодня пригласила

                  нас на ужин.

 

                        УСТИНЬЯ

                    (ахает)

                  Как? Почему же ты раньше не сказал?

                  На мне сегодня старая юбка…

 

                        ПАВЕЛ

                  Ну ты всегда чем-то недовольна! То

                  ныла, хотела познакомиться с моей

                  бабулей, а теперь – в кусты! И чего

                  нацепила свою старую юбку, если знала,

                  что мы в гости идём? Это было известно

                  ещё на прошлой неделе!Теперь бабушка

                  будет думать, что ты всегда ходишь в

                  обносках! Тина, ну сколько можно!

 

                        УСТИНЬЯ

                  Я же не знала, что мы сегодня идём

                  к ней! Ты, наверное, забыл меня

                  предупредить!

                                                

                        ПАВЕЛ

                     (отмахиваясь)

                  Это ты сама забыла о встрече! И

                  теперь валишь с больной головы на

                  здоровую!Иди, приведи себя в порядок,

                  через час выходим!

                    

 

                        УСТИНЬЯ

                      (сияя)

                  Не волнуйся, я понравлюсь твоей

                  бабушке, вот увидишь!

 

Устинья направляется в женскую раздевалку, снимает форму официантки, переодевается в старомодную кофточку и юбку, и, вооружившись большой косметичкой, идёт к зеркалу. Достаёт чёрный карандаш, вздыхает, и приступает к наведению красоты.

 

ИНТ. КВАРТИРА БАБУШКИ ПАВЛА. ВЕЧЕР.

 

Ухоженная квартира в «сталинке», антикварная мебель, много старинных предметов. На стенах картины. Худощавая бабушка – ИННА МАКСИМОВНА – встречает внука и его подружку в прихожей. Одета она в строгую белую блузку, застёгнутую на все пуговицы, тёмную длинную юбку, туфли на каблуке. У неё выправка, как у военных, прямая спина, поднятый вверх подбородок. На голове – прилизанные, сложенные в «гулю», волосы. Она неодобрительно смотрит, как неуклюже раздевается Устинья. Та, снимая куртку, умудряется сбить локтем фарфоровую собачку с полочки.

 

                        ИННА МАКСИМОВНА

                    Добрый вечер. Пожалуйста, проходите

                    в гостиную.

 

Устинья собирается пройти в гостиную, но Инна Максимовна её останавливает.

 

                        ИННА МАКСИМОВНА

                    А в ванную вы сначала не хотите зайти?

 

                        УСТИНЬЯ

                    Зачем? Я перед выходом в туалет сходила,

                    спасибо!

 

                        ИННА МАКСИМОВНА

                     (закатывая глаза)

                   А руки перед ужином вас не учили мыть?

 

                        УСТИНЬЯ

                     (пожимает плечами)

                   Ну вы же сами сказали идти в гостиную…

                   Ну ладно, пойду помою руки. Хотя они у

                   меня чистые!

 

 

ГОСТИНАЯ.

 

Устинья, Инна Максимовна и Павел сидят за накрытым столом в гостиной. На столе – салат из капусты с морковкой, листья пекинской капусты и рукколы, свекольные котлеты. Плетёная корзиночка с чёрным хлебом. Горчица, соль, перец. Но сервировка такая, словно они попали в шикарный ресторан. Возле тарелок стоят бокалы, в которых налита минеральная вода.

Павел и его бабушка едят салат аккуратно, вилкой и ножом, Устинья же быстро работает одной вилкой.

 

                      ИННА МАКСИМОВНА

                 Устинья, а как вы познакомились с

                 моим внуком?

 

                      УСТИНЬЯ

                 Да я просто пришла устраиваться на

                 работу в ресторан, и увидела там Павлушу.

                 Как увидела – сразу влюбилась, и решила,

                 что должна работать только там!

 

                      ИННА МАКСИМОВНА

                 Откуда вы приехали?

 

                      УСТИНЬЯ

                 А что, видно, да? Ну и ничо, не всем же

                 быть москвичками! Я из Кукушкино, это

                 село под Ярославлем.

                   (тянется за биточком, по дороге

                   сбивает перец. Начинает чихать и

                   кашлять, испортив всем аппетит)

 

                      ИННА МАКСИМОВНА

                 Выйдите в ванную, приведите себя в порядок.

 

Устинья встаёт и послушно выходит, глядя на бабку с опаской. Инна Максимовна и Павел остаются вдвоём.

         

                      ИННА МАКСИМОВНА

                   (с сарказмом)

                 Тина?

 

                      ГОЛОС УСТИНЬИ

                 А меня так Павлуша называет, ему

                 так больше нравится. А-апчхи!

 

Слышен звон чего-то, похоже, Устинья снова что-то разбила. Инна Максимовна закрывает на минутку лицо руками.

 

                      ИННА МАКСИМОВНА

                 Не ожидала я от тебя такого, Павел…

 

                      ПАВЕЛ

                  (оглядываясь, шёпотом)

                 Да я сам от себя не ожидал. Бабушка, ну

                 сама посуди, она устроила на меня форменную

                 атаку! Проявляла знаки внимания, первая

                 пригласила в гости… Но она не такая плохая,

                 ба! Она же сама платит за квартиру, готовит,

                 стирает, убирает…

 

                       ИННА МАКСИМОВНА

                Так и скажи – завёл себе домработницу.

               А то туда же – «моя девушка». Это же

               слон в посудной лавке, а не девушка!

 

Возвращается Устинья, садится за стол, и накладывает себе чего-нибудь, полную тарелку.

 

                        УСТИНЬЯ

                 А майонеза нет?

 

                         ПАВЕЛ

                 Тина, замолчи, иначе у бабушки будет

                 инфаркт. Она же бывшая балерина, у

                 неё не может быть майонеза!

 

                         УСТИНЬЯ

                 Но она же бывшая балерина. Это тогда

                 было нельзя, а теперь – можно. Да, Инна

                 Максимовна?

 

                         ИННА МАКСИМОВНА

                 Нет. Бывших балерин не бывает. Я и

                 сейчас балерина, просто не работаю по

                 специальности. Устинья, я бы не советовала

                 вам так налегать на хлеб.

 

                         УСТИНЬЯ

                     (простодушно)

                 Так больше же ничего нет! Только салатные

                 листья да котлеты из буряка!

 

Инна Максимовна становится пунцовой, Павел под столом толкает ногой Устинью, та вскрикивает.

 

                         ПАВЕЛ

                  В отличие от тебя, бабушка следит за

                  своим здоровьем. И за моим следила, пока

                  я не стал жить с тобой.

 

                         УСТИНЬЯ

                    (обиженно)

                  А я думала, тебе нравятся мои борщи и

                  запечённая свининка!

 

                         ИННА МАКСИМОВНА

                    (шокированная)

                  Павел, ты ешь свинину?

 

                         УСТИНЬЯ

                  Ну он же не мусульманин, ему можно!

                  Он же мужчина, а не козёл, чтобы питаться

                  капустными листьями!

 

                        

                         ИННА МАКСИМОВНА

                     (Устинье)

                   Видимо, там, откуда вы приехали, и

                   понятия не имеют о здоровом питании.

                   Впрочем, откуда вам о нём знать – вы

                   же работаете официанткой!

 

                         УСТИНЬЯ

                   По правде сказать, я хочу сменить профессию.

                   Мотаться с подносом мне совсем не

                   нравится!

 

                                 

                            ИННА МАКСИМОВНА

                      (Устинье)

                    Ну, будете работать продавщицей в

                    овощной палатке.В любом случае, это

                    называется одним словом –

                    обслуживающий персонал.

 

                            УСТИНЬЯ

                      (выковыривая морковь из зуба)

                    Вообще-то это два слова – обслуживающий

                    персонал. И, потом, ваш внук тоже

                    обслуживающий персонал, если вы забыли!

 

                            ИННА МАКСИМОВНА

                    В нашем роду никогда не было…

                    работников ресторана. И я уверена, что

                    Павлу эта должность так же неприятна,

                    как и мне. Просто в наше время молодой

                    человек вынужден где-то работать даже

                    во время учёбы, чтобы содержать себя.

                    Так что, как только мой внук закончит

                    институт, сразу же уволится. Я права,

                    Павел?

 

                             ПАВЕЛ

                    Конечно, бабушка, ты права, как всегда!

 

                             УСТИНЬЯ

                       (намазывая горчицу на хлеб)

                    А мне кажется, что Павлуше нравится

                    работать барменом. Он даже на конкурс

                    едет, в Прагу!

 

                              ПАВЕЛ

                       (оправдываясь, бабушке)

                    Ну а когда я ещё побываю в Праге? К

                    тому же лучше прогуливаться по европейскому

                    городу, чем работать  в душном ресторане!

                    Ну ладно, бабушка, нам пора, завтра рано                     

 

                   вставать! Спасибо, всё было очень вкусно –

                   как всегда.

 

Бабуля и внук поднимаются из-за стола. Устинья быстро оглядывает стол, понимает, что больше съесть нечего, и тоже встаёт. Её стул падает. Бабка с внуком снисходительно, с жалостью на неё смотрят. Она глупо хихикает, поднимает стул и идёт за ними в прихожую. Они одеваются, бабка смотрит, как Устинья долго не может зашнуровать свои ботинки. Когда покрасневшая от усердия девушка выпрямляется, бабка язвительно отпускает замечание.

 

                         ИННА МАКСИМОВНА

                   Дорогая, вам и вправду не надо

                   увлекаться мучными изделиями. Вы

                   же молодая женщина, а наклоняетесь

                   с трудом.

 

                         УСТИНЬЯ

                     (Инне)

                   Да нет, просто ботинки старые, шнурки всё

                   время рвутся.

 

                         ИННА МАКСИМОВНА

                   Что же, вам некогда купить себе

                   новую обувь?

 

                         УСТИНЬЯ

                   У меня сейчас денег нет. Мы же

                   снимаем квартиру, и Павлуше ещё

                   на дорогу надо. Ну ничего, вот он

                   вернётся, ему поднимут зарплату, и

                   я куплю себе новые ботинки. Или даже

                   сапожки. Правда, Павлуша?

 

                         ПАВЕЛ

                     (ему неудобно, он не смотрит на бабку,

                      шипит)

                   Я же просил не называть меня этим

                   дурацким именем!

 

                         УСТИНЬЯ

                   Почему-дурацким? Очень домашнее,

                   ласковое прозвище.

 

                         ИННА МАКСИМОВНА

                   Ну что-ж, всего доброго вам, удачно

                   добраться до дома, Устинья и … Павлуша!

 

Она торжествующе улыбается и смотрит на внука. Тот не знает, куда девать глаза. Они с Устиньей выходят за дверь.

 

 ИНТ. СНИМАЕМАЯ КВАРТИРА УСТИНЬИ И ПАВЛА.  ТОТ-ЖЕ ВЕЧЕР.

 

ВАННАЯ.

 

Павел сидит в ванной, наполненной пеной, вокруг него куча всяких пузырьков и тюбиков. Он их перебирает, достаёт одну баночку, берёт в руку зеркальце, и начинает мазать себе лицо. Иногда вытягивает ногу или руку, полюбуется на неё, и продолжает дальше любовно мазать физиономию.Затем вдруг пугается, отстраняет от себя зеркало.

 

                          ПАВЕЛ

                       (кричит)

                      Тина!

 

КОМНАТА.

 

В стандартно обставленной для снимаемой жилплощади комнате стоит Устинья, гладит Павлу рубашку. На часах- 23.30. Услышав его вопль, она отрывается от глажки, ставит утюг и несётся в ванную.

 

ВАННАЯ.

 

                          ПАВЕЛ

                      Посмотри-ка, это что – прыщ?!!

                       (показывает ей красное пятно

                        над бровью)

 

                         УСТИНЬЯ

                       (смотрит)

                     Да он же маленький, чего ты так

                     расстроился!

 

                          ПАВЕЛ

                     Это тебе можно не расстраиваться – на

                     твоей физиономии наличие прыща никак не

                     скажется, а для меня это трагедия.

 

                          УСТИНЬЯ

                       (целует его)

                     Ну не волнуйся, пройдёт! Хочешь, я

                     тебе молочка горячего принесу?

 

                          ПАВЕЛ

                     С мёдом? Неси. И, слышь, ещё

                     пирога хочется…

 

                          УСТИНЬЯ

                     Оно и понятно, после бабушкиного

                     ужина. Только, Павлуша, поздно уже,

                     может, завтра?

 

                                                               

 

 

                          ПАВЕЛ

                      (надувшись)

                   А говорила, что любишь, что всё

                  для меня сделаешь!

 

                         УСТИНЬЯ

                 Ну хорошо, хорошо, только брюки

                 твои поглажу, и испеку пирог!

 

Выходит из ванной. Павел рассматривает себя в зеркальце. Потом берёт пинцет и начинает выщипывать лишние волоски на бровях.

 

КОМНАТА.

 

Устинья входит, разгорячённая, с пирогом на овальном блюде, которое держит в руках. Подразумевается, что её выход должен быть оформлен фанфарами, она торжественно улыбается. Однако… горит ночник, а Павлик спит. На нём тёплая пижамка с Винни-Пухами.  На голове его красуется один бигудь – на чёлке. На часах – 1.20 м

Она ставит пирог на стол, подходит к нему, любуется, поправляет одеяло, и осторожно целует его в щёку.

 

ИНТ. РЕСТОРАН. ДЕНЬ. ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ.

 

Устинья вытирает стол после посетителя, ей надоедает оттирать пятно, она воровато оглядывается, и стелит скатерть прямо на пятно. Оно слегка проступает. Устинья ставит на него вазочку с искусственными цветами. Издалека за ней наблюдает Андрей Георгиевич, которого она не заметила. Он сокрушённо качает головой, и снова строчит что-то в своём блокноте. Устинья выпрямляется, и в этот момент приходят новые клиенты, она стоит рядом, ждёт, пока они сделают заказ.

 

                        КЛИЕНТ

                     (тычет в меню)

                  А что это такое – фондю с мясом?

 

                        УСТИНЬЯ

                     (машет рукой)

                  А, это такая фигня с горячим сыром.

 

                        КЛИЕНТ

                  Хм… А киш по-итальянски вкусный?

 

                        УСТИНЬЯ

                   (простодушно)

                  Да откуда я знаю!Вы что, думаете,

                  нам дают это пробовать? Для персонала

                  готовят отдельно, всякие там борщи

                  да макароны по-флотски. С нами никто

                  не церемонится!Это вы можете выбирать,

                  да перебирать.

 

Андрей Георгиевич, подобравшийся поближе, напряжённо вслушивается, хмурится и вмешивается.

 

                        АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                     (клиентам)

                  Киш- это открытый пирог, он очень,

                  очень вкусный! Рекомендую. А к нему

                  возьмите белого вина…

 

                        КЛИЕНТ

                  Давайте вино, а насчёт киша мы

                  передумали. Дайте лучше свинину

                  под луковым соусом и ваши фирменные

                  закуски к вину.

 

Устинья уходит за заказом, Андрей Георгиевич отходит от столика, вытирает пот со лба и злобно смотрит ей вслед. Тут же  к нему подходит хорошенькая худенькая блондинка, улыбается.

 

                       БЛОНДИНКА

                  Здравствуйте, Андрей Георгиевич.

                  Я пришла, как мы и договаривались.

                                                      

                      АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                   (расцветает)

                  Анечка, вы прелестны! Я так рад, что

                  вы будете у нас работать! Пожалуйста,

                  идите переодевайтесь, раздевалка у нас

                  вон там. Там на плечиках висит ваша

                  форма. Надеюсь, будет по размеру.

 

Он плотоядно оглядывает девушку, она ему улыбается, словно даёт аванс, и направляется в раздевалку. Он смотрит ей вслед, чуть ли не облизываясь. Продолжает туда поглядывать, пока она не появляется оттуда. Форма официантки на Анечке сидит как влитая, по её модельной фигурке. Анечка к нему подходит.

 

                        АНЕЧКА

                    Ну как вам?

                     (крутится)

                    Только, мне кажется, юбка коротковата.

 

                       АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                    Это не юбка коротковата, это ножки у

                    вас длинные! Но потрясающе, потрясающе!

 

                       АНЕЧКА

                    Вы введёте меня в курс дела?

 

                                                           

 

 

                      АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                 Конечно!Обязательно… введу…

 

И тут Анечка замечает красавца Павлика. Тот, по своему обыкновению, рисуется перед посетителями, жонглирует бутылками, фигурно трясёт шейкером, и пр. Анечка направляется прямо к нему, не отводя от него глаз, которые блестят.

 

                      АНЕЧКА

                 Привет!Я- новенькая официантка.

                 Меня зовут Аня.

 

                      ПАВЕЛ

                 А я – старенький бармен. Павел.

 

                      АНЕЧКА

                   (хихикая)

                 Ну так уж и старый!Песок ещё не

                 сыплется?

 

Павел ставит бутылки на место, и интимно наклоняется через стойку к девушке. Она ему нравится, они флиртуют.

 

                       ПАВЕЛ

                    (поправляя завитую чёлку)

                 А что такая красотка делает в этом

                 забытом богом месте?

 

                       АНЕЧКА

                 Я со своим отцом поссорилась,

                 и он заблокировал мою кредитку. Вот и

                 пришлось идти работать. Но я не

                 собираюсь здесь задерживаться.

                 А ты здорово это делаешь…

                 Ну-ка, покажи!

 

                        ПАВЕЛ

                 Ого, прямо здесь?

 

                        АНЕЧКА

                 Да я про бутылки!

 

Оба смеются, поглядывая друг на друга. Из двери кухни выходит Устинья, в каждой руке у неё по тарелке. К ней подскакивает Андрей Георгиевич.

 

 

                       АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                  Я тебе сколько раз буду повторять,

                  бери поднос! У нас тут не столовая!

 

                                                                      

 

                         УСТИНЬЯ

                 Так в столовых как раз еду разносят

                 на подносах! У нас в Кукушкине,

                 например…

 

                         АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                    (злится, психует)

                 Да меня не волнует, как там у вас в

                 Кукушкине было! Иди скорее, уже

                 всё остыло!

 

                         УСТИНЬЯ

                    (погружает палец в свинину)

                 Да нет, ещё тёплая!

 

Андрей Георгиевич хватается за голову. Устинья направляется к клиентам, а потом, вдруг бросив взгляд за барную стойку, видит смеющихся и флиртующих Анечку и Павла. Недолго думая, Устинья разворачивается почти у столика клиентов, и быстро идёт назад вместе с тарелками. Подходит к барной стойке. У Павла сползает с лица улыбка. Анечка продолжает улыбаться.

 

                          УСТИНЬЯ

                   Что тут такое?

                      (Анечке)

                   Ты кто?

 

                          АНЕЧКА

                   Я- новая официантка.

 

                          УСТИНЬЯ

                   Вот это номер!Я вообще-то и

                   одна неплохо справляюсь. А

                   если ты новая официантка, то

                   нечего жопу отсиживать, иди

                   работай!

 

                           АНЕЧКА

                   Так ведь пока никого нет. А я

                   с Павликом  познакомилась.

                   Вот где прячутся красивые парни-

                   в средненьких ресторанчиках!

 

                           УСТИНЬЯ

                   Ну так походи по ресторанчикам,

                   может, найдёшь себе парня.

 

                           АНЕЧКА

                     (смотрит на Павла)

                   Похоже, я уже нашла!

 

                                                                         

 

                          УСТИНЬЯ

                   Это - мой парень. И вообще, не

                   подходи к нему.

 

Андрей Георгиевич подходит к  барной стойке, шипит на Устинью.

 

                          АНДРЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

                      (Устинье)

                   Ну всё. Моё терпение кончилось.

                   Ты уволена.

 

                          УСТИНЬЯ

                  А кто будет вместо меня? Эта?

                      (кивает на Анечку)

                  Тогда на, держи!

                      (суёт девушке тарелки).

                          АНЕЧКА

                      (возмущённо)

                 Нет,  ты уж обслужи столик, раз

                 начала!

                     (брезгливо отталкивает тарелки)

 

                          УСТИНЬЯ

                 Ну, как хочешь!

 

Устинья с довольным видом вываливает на голову Анечке содержимое обеих тарелок. Андрей Георгиевич визжит и брызжит слюной, не в силах сказать членораздельное предложение. Анечка стоит столбом, не веря, что это произошло с ней.

 

                          ПАВЕЛ

                    (Устинье)